Фанфик по роману Стивена Чбоски «Воображаемый друг».
ПРЕДИСЛОВИЕ
Говорят, что: «Писать эротические фанфики оказалось полезно для психики, показало исследование. Люди, которые регулярно записывали свои фантазии и истории, уже через месяц отмечали снижение тревожности и улучшение эмоционального состояния. По словам психологов, такой формат помогает мозгу чаще концентрироваться на приятных мыслях, снижает уровень стресса и работает как эмоциональная разгрузка».
Это типа проба пера, созданная после Кристофера и до всех остальных моих творений. Чисто «на любителя». Сейчас, 3 года спустя, я, наверное, такое уже не написал бы. Но, как получилось, так и вышло. Судить только вам.
Фанфик написан по роману Стивена Чбоски [Stephen Chbosky] «Воображаемый друг».
Аннотация к сюжету оригинальной книги:
Вообразите, что вы – школьник по имени Кристофер. Вы не понимаете, почему нужно покинуть дом посреди ночи, но чувствуете, что мама, как бы ни старалась это скрыть, напугана не меньше вашего…
Вообразите, что вы приезжаете в небольшой городок и поступаете в новую школу, где все будто бы создано для того, чтобы еще больше усложнить вашу и без того непростую жизнь. А затем вы начинаете слышать голос… таинственный шепот нового друга, который вас понимает и знает, как помочь.
Вообразите, что, следуя за голосом, вы уходите все дальше в дремучий лес и… пропадаете на шесть дней. Когда вы внезапно возвращаетесь домой, то ничего не помните о случившемся.
Вообразите, что это событие изменило все. Что исполнились все самые тайные желания. Что за пределами городка лежит иной, воображаемый мир, где живет друг, готовый помочь. Однако рано или поздно ему самому потребуется помощь… Что вы будете делать тогда?
* * *
Фанфик не привязан к сюжетной линии оригинальной книги, описанные тут события в ней не происходили и предпосылок к ним не было. Можно сказать, что это просто дополнительная глава, не влияющая на ход сюжета оригинала.
Все действующие лица и их характеристики взяты из первоисточника. Возраст героев в нем указан, но не указан здесь (непосвященный читатель пусть придумает им возраст сам). Автор фанфика не претендует на оригинальность, славу и почёт. Он просто дает волю своему видению возможного развития сюжета.
Действующие лица:
Кристофер – Главный герой
Братья M&M's aka Майк и Мэтт – двойняшки, одноклассники Главного героя.
Тормоз Эд – неказистый, но боевой друг и одноклассник вышеуказанных героев (имя/кличка даны, как в оригинале)
Прочие друзья даны без имен и характеристик, на сюжет не влияют.
Славный человек – воображаемый друг Главного героя из параллельного мира. Так он назван в оригинале, без имени.
Шептунья – антагонист славного человека из параллельного мира.
Дэвид – мальчик, застрявший в параллельном мире 50 лет назад. Младший брат Эмброуза, живущего до сих пор. В свое время выполнял ту же миссию, которую сейчас выполняет Кристофер.
Сюжет фанфика относится к событиям примерно из середины оригинальной книги.
Здешний Главный герой не имеет никакого отношения к моему рассказу «Кристофер». Просто так совпало имя.
…Но больше всего Кристоферу старались помочь братья Майк и Мэтт! Они-то понимали – ну или догадывались – что сила от двойняшек может быть не просто двукратной, а даже четырехкратной. Потому что сила каждого отражалась в его альтер-эго, коим являлись брат для брата.
Майк и Мэтт, однако, не были абсолютно похожи, как отражения в зеркале. Майк был на пару сантиметров выше и худее, да и на пару минут старше Мэтта. Было и еще несколько непохожестей. Как в задании про 2 картинки, где надо найти «10 отличий». Коих, все же, было меньше 10, и не бросались в глаза с первого взгляда, но которые все равно позволяли понять, что Майк и Мэтт не потерялись и не растворились друг в друге своей полной идентичностью.
Мэтт был более косматым, хоть и у обоих были короткие тёмно-русые прически. У Майка была небольшая родинка над верхней губой справа, размером со спичечную головку, а то и меньше. У Мэтта был от рождения «ленивый» правый глаз, который, все же, после стараний и колдований Кристофера, в последнее время все больше выздоравливал «прямо на глазах» и, к тому же, начал приобретать волшебные свойства – Мэтт при желании мог видеть им параллельный воображаемый мир. Ужасный и прекрасный мир, пугающий и завораживающий Мэтта одновременно. Такая способность Мэтта также позволяла друзьям более тщательно и аккуратно просчитывать планы будущей битвы за вызволение оттуда Дэвида. И вызывала некоторую зависть у Майка.
Еще одно отличие между братьями оставалось скрытым от посторонних глаз и позволяло определить разницу разве что только наощупь в темной комнате. Ну, или в светлой и на взгляд. Если бы кому-то дали задачу определить различие между ними в таким образом поставленных условиях – то именно по этому критерию проще всего было бы определить, кто есть кто: у Майка был более тонкий и длинный, чем у Мэтта, член с немного приоткрытой головкой, которая оставалась такой в любом его состоянии. Тогда как член Мэтта приоткрывался лишь ненамного и лишь в возбужденном положении.
Эта их отличительная черта также была одним из примеров изучения и открытия ими друг друга с самого раннего детства. Когда их родственники или друзья, или друзья родственников, или родственники друзей заикались о том, «какие же мальчики прям одинаковые», Майк порывался сразу при всех схватиться за резинки своих и брата штанов и сдернуть их вниз. Чтобы доказать всем раз и навсегда, что они с братом не точная копия друг друга, а каждый сам по себе уникален и индивидуален. В такие моменты более скромный от природы Мэтт (еще одно их отличие!) как по заученной команде спохватывался и кидался удержать Майка от такого необдуманного (или вполне себе обдуманного) шага.
Вот и сейчас, получив от Кристофера мысленную команду – а точнее, просьбу – помочь ему с добычей дополнительной энергии для борьбы с шептуньей, оба мальчика переглянулись. Майк при этом потянулся рукой к веревочке, завязанной на поясе его штанов, а Мэтт машинально потянулся туда же, но с целью не дать брату совершить очередной наглый и глупый поступок. И лишь пару мгновений спустя спохватился, сообразив уже трезво, что как раз в данный момент движения Майка вполне себе оправданы.
Энергию для Кристофера оба брата, как и остальные их друзья, получившие такую же просьбу, собирались добывать… из самих себя.
Этот способ, как объяснил им всем Кристофер впопыхах, является самым быстрым и надежным, а результат будет явным и очевидным.
- Ребята, я вас прошу, пожалуйста, только не удивляйтесь и не пугайтесь. Времени не так много, я потом все объясню. Но сейчас мне нужна от вас всех вместе взятых такая сила и мощь, которой хватило бы мне, чтобы одолеть всю мощь и силу шептуньи и вызволить славного человека и Дэвида из воображаемого мира. Прозвучит это необычно, а для Эда еще и смешно – я знаю – но мне будет недостаточно, чтобы вы просто спокойно погрузились в свои мысли и дистанционно послали мне свою энергию. Добыть ее нужно гарантированно и быстро, не боясь сбиться мыслями и не теряя времени на то, чтобы обратно настроиться. Ребята, вам придется выдрочить эту энергию из себя. А я по одному от каждого из вас буду ее собирать в себе. Потом объясню. Вы готовы на такое?
- Ха! Спрашиваешь! Да не вопрос, - первым в мыслях Кристофера отозвался Тормоз Эд. – И почему «придется»? Это не такой уж прям адский труд, которым надо заниматься через «не могу». Не дрейфь, Крис, все пучком, щас тебе все организуем. Правда, М-энд-М'сы? Ау, прием?
(Все ребята вели этот разговор телепатически, само собой).
- Да, кхм, поможем, конечно, - запинаясь, мысленно прошептал Мэтт.
- Без проблем, Крис, - более уверенно продолжил за братом Майк. – Только скажи, как быстро тебе надо, и как ты эту свою, то есть нашу, энергию от нас получишь?
- Парни, время еще есть, но слишком не затягивайте. Я, уж извините, буду следить за вами, и когда ваша сила высвободится, я это сразу пойму. Соответственно, если что-то пойдет не так или у кого-то из вас возникнут сложности – я окажу помощь. Эд, хватит уже ржать!
- Да я чего? Я ничего! Вот прям такую сложную задачу ты нам задал - даже не знаем, справимся ли мы без тебя вообще!))
- Короче, ребята, я на вас рассчитываю. Не отвлекайтесь и не думайте ни о чем другом, кроме как о предстоящей миссии. Нет, Эд, под «миссией» я имею в виду спасение Дэвида и славного человека из рук шептуньи, если это до сих пор кому-то не было понятно.
- Все понятно, чего ж тут непонятного. Ладно, пацаны, за дело!
Мысленные диалоги в голове у Майка и Мэтта затихли и, как по щелчку тумблера, мальчики одновременно повернулись друг к другу, сидя на кровати в своей общей комнате.
Майк хитро улыбался. Мэтт опустил глаза в пол. Он понимал, что Майк заметил проступивший на его щеках стыдливый румянец. И понимал, что Майк знает этому румянцу причину. Майк знал, что Мэтту нравится Кристофер. Даже не так: Майк знал, что его брат давно влюблен в Криса. И что теперь природная скромность Мэтта будет бороться у него внутри с желанием во что бы то ни стало Крису помочь. Мэтт был готов на все ради объекта своей любви, настолько чистой и невинной, что сама мысль о том, что Крис будет «наблюдать и помогать» ему и всем остальным добывать для него столь нужную от них энергию, - эта мысль приводила Мэтта в тихий ужас и ступор. И Мэтт силился прогнать эти ощущения прочь.
Сколько раз Мэтт представлял себе, как, оставшись наедине, он обнимает Кристофера, гладит его прямые светлые волосы, дышит ему в шею! Как Кристофер гладит его по спине, опускаясь рукой все ниже и ниже. Такие фантазии Мэтту претворялись и во снах. И Мэтт в них сам себя стеснялся, поэтому никогда у них с Крисом в этих мечтаниях ничего не заходило дальше обнимашек и поглаживаний. Даже поцеловать Криса во сне Мэтт не решался. Но практически каждый раз потом просыпался весь мокрый от жара и с твердостью внизу живота.
И практически каждый раз, проснувшись, видел, как на него лежа рядом смотрит Майк: успокаивающе, одобрительно, без насмешки или неуместных слов. Майк все понимал про своего брата и не осуждал его ни капли. Потому что, когда любишь родного человека, не осуждаешь его, а стараешься понять и принять как есть.
На счастье, Майк был рядом и в этот раз. Его Мэтт тоже любил и, в отличие от чувств к Кристоферу, не имел перед братом стеснений и неловкостей. Он имел все это раньше, конечно. Однако брат постепенно и терпеливо приучал Мэтта к тому, что родного человека, знакомого ему с самого рождения, стесняться и бояться просто нет смысла.
У братьев не было друг от друга секретов. Не было и недомолвок. Ни страха, ни стыда. Все это было бы впустую и зря, и оба брата это давно для себя усвоили. И с инициативы старшего оба они давно договорились о том, что всегда будут доверять друг другу, выручать и не давать в обиду.
Поэтому сейчас Мэтт, взглянув на хитро улыбающегося Майка, сам отбросил – ну, по крайней мере, постарался – все ненужные неловкости и опасения. А Майк, заметив это в долю секунды, в следующую же долю секунды подпрыгнул к Мэтту и одним натренированным движением сдернул с Мэтта штаны и трусы одновременно:
- Как там сказал Крис? Не теряем времени!
Щеки Мэтта вновь зарделись румянцем при упоминании имени Кристофера. Но, взглянув снова на Майка и увидев в его глазах и улыбке всю братскую поддержку, которая только могла бы быть необходимой сейчас, Мэтт тоже осмелел и, хоть и не так резко и проворно, но не менее привычно снял с Майка штаны – в момент, когда тот уже стягивал свою футболку через голову и плечи, а она закрывала ему лицо.
- Ах ты ж! Подгадал же, мелкий, чтобы я не смог сопротивляться! – засмеялся Майк, продолжая стаскивать футболку через голову. – Ну, берегись у меня сейчас!
Мэтт тоже засмеялся. А Майк, все еще ничего не видя повернувшись в сторону, откуда доносился смех брата, ринулся на него и повалил с ног на их общую двуспальную кровать.
Оба они были уже раздетыми снизу, а Мэтт – еще и сверху. Майк, наконец, избавился от треклятой футболки, застрявшей на локтях и голове, и швырнул ее в угол комнаты. Наконец он смог все видеть, и первое, на что он устремил свой взгляд, было голое тело Мэтта.
«Классный все-таки у меня брат, что ни говори. Всем на зависть».
Майк сел рядом, наклонился вбок и положил свою голову на грудь Мэтта. Его взору открылось уже привычное, но оттого не менее завораживающее зрелище:
Сфокусировав взгляд на ближний вид, Майк поглядел на пуговку в животе Мэтта. Они у обоих братьев были одинаковые, тут уж различий между ними не имелось. Протянул указательный палец, нажал брату на пупок.
- Бииип! – прогудел смешливый голос Мэтта сзади.
Как будто эта кнопка-пуговка включала какой-то механизм в теле мальчика.
Мэтт продолжил. Издавал звуки, как будто работал конвейер на заводе. Или будто это были движения робота, как в фильме.
Под эти звуки двигалось его тело. А брат просто лежал и наблюдал.
Вот согнулась и выпрямилась левая нога Мэтта. Затем, под те же звуки, задвигалась правая. Потом обе согнулись и развернулись в стороны, в позе лотоса. Майк смотрел на самый главный и важный сейчас «механизм» своего брата. Под те же механические звуки, издаваемые Мэттом, маленький членик начал расти, двигаясь в сторону лица Майка.
Майк наблюдал, молча прищурившись.
Затем, издав такой же долгий механический звук, направил свою голову навстречу членику Мэтта. И уперся в него губами.
Мэтт картинно издал механический звук удивления, поднимая тональность вверх. А когда губы Майка обхватили его закрытую кожицей головку, Мэтт издал еще один звук, опуская тональность вниз.
- Спутник успешно пристыкован к кораблю! – озвучил он результат процесса, как будто делая доклад по рации. – Но вот что-то пошло не так! Корабль не был полностью готов к пристыковке, резьба не насаживается на главный болт спутника! Требуется подмога!
Мэтт увлекся своей ролью капитана экипажа и комментировал действия между «спутником» и «кораблем», которые то состыковывались, то снова расстыковывались.
Наконец, Майк не выдержал и рассмеялся, держа «болт» у себя во рту. Разжал губы и, не отпуская его, нечленораздельно, но относительно понятно сказал:
- Мэтт, хорош! Я сосредоточиться не могу. Резьбу твою никак не поймаю!
Мэтт засмеялся механическим голосом робота, потом вышел из роли и смеялся уже по-человечески – открыто, свободно и искренне.
Майк, не отвлекаясь, наугад запрокинул руку позади себя и попытался легонько шлепнуть брата хоть куда-нибудь. Но промахнулся – Мэтт вовремя увильнул от взмаха и шлепнул брата по руке в ответ.
Наконец, оба успокоились. Мэтт зажмурился и теперь стал похож на блаженно мурчащего котенка на солнышке.
Майк продолжал налаживать «состыковку» с братом. Губы его двигались вокруг болтика то быстрее, то медленнее, будто закручивая его по резьбе (поймал ее все-таки!). Языком он щекотал головку, теперь уже немного приоткрытую, а руками гладил бедра изнутри и снаружи. Он давно уже выучил тело Мэтта, все его участки и реакции на них. Как-никак, они были чертовски похожи в прочувствовании ощущений друг друга, их «особые» точки на теле практически совпадали. Майк знал, как сделать так, чтобы Мэтт получил удовольствие в максимально полной мере.
Когда-то давно они решились на подобный эксперимент впервые. Уже научившись не скрываться и не стесняться друг друга, занимаясь синхронной дрочкой в одной комнате и на одной кровати, но все еще в разных ее концах – один из них однажды осмелился сделать новый шаг навстречу. Майк. Он как-то психанул, но не злобно, а просто нетерпеливо, и, устав просто наблюдать и сравнивать их отдельные процессы самоудовлетворения, решил придвинуться ближе к брату и взять его за стоячок. Просто так. Просто убрать его руку и положить туда свою. Сравнить ощущения.
Мэтт тогда не сразу понял, что произошло, никак не среагировал, только продолжал мерно и сосредоточенно сопеть. А когда наконец спохватился, то было уже поздно: Майк настолько уверенно и основательно держал Мэтта за стояк, настолько бесстыже смотрел на Мэтта во все глаза, что сопротивляться было уже бесполезно. Мэтт тогда молча, но нервно сглотнул, откашлялся, и посмотрел Майку прямо в глаза. В них ответно читалось: «Спокойно. Все ОК. Я не причиню тебе вреда». И Мэтт в эту же минуту беспрекословно доверился брату: «Значит, так надо». Закрыл глаза и приступил к изучению новых ощущений, которые исходили уже не от самого себя, а от самого близкого человека на свете.
Их эксперименты с каждым разом становились все смелее. Они изо дня в день терпеливо ждали, когда закончатся их повседневные дела и они снова смогут остаться наедине с самими собой, закрывшись в своем уютном братском мирке. Чтобы продолжить открывать для себя все новые чувства и ощущения. Так они со временем открыли для себя много новых фактов об их телах.
О том, что, купаясь в ванной или стоя в душе, намыливая друг друга мочалкой, а порой и просто руками в душистой пене – от прикосновений и поглаживаний по влажной коже ощущения можно получить более острые. Особенно если проводить пальцами по соскам. Особенно если щекотаться носом вокруг пупка-пуговки. Особенно если расслабить мышцы в попе и дать другому помассировать их одним, а то и двумя намыленными пальцами.
Все это братья постигали постепенно, из раза в раз, открывали друг в друге новые «ачивки», как в игре. Это, по сути, и были их тихие игры, о которых может быть кто-то из близких и догадывался, но которые никогда никем не прерывались.
В семье понимали: чем ближе будут мальчики друг к другу – как в эмоциональной, так и в физической связке – тем больше опыта в постижении себя и мира вокруг них они получат. Тем роднее они станут друг для друга, тем сильнее будет их привязанность. Тем крепче будет их защита от внешнего мира. Тем сильнее они станут сами по себе, и им будет проще жить и выживать. Потому что они будут досконально знать, как защитить друг друга, если и когда в этом возникнет необходимость.
Мальчикам не запрещалось ничего, но с единственной оговоркой: на людях они не должны демонстрировать свои «особенные» чувства, ставшие более чем братскими.
Мальчики любили друг друга, как во внешнем мире могут любить мальчик и девочка, парень и девушка. И во внешнем мире у них были свои подружки, как полагается традиционным людям. Но внутри, в своем братском мире, скрытом ото всех как за каменной стеной, они любили друг друга всей душой. И всем телом. И пусть кто-то попробовал бы вмешаться, задеть их внутренний мирок – таким нарушителям пришлось бы очень горько и больно.
Их самые близкие друзья в целом знали об этом мирке. Но никогда его не видели полностью – вход для всех них был закрыт. Друзья догадывались, что Майк и Мэтт стали друг для друга больше, чем братьями в родственном понимании. А Кристоферу, возлюбленному Мэтта, довелось узнать об этом самому первому.
Однажды он осторожно завел об этом разговор с младшим из братьев. Очень мягко и очень издалека. Он давно начал догадываться, что Мэтт чувствует и о чем мечтает относительно него, Кристофера.
И решил помочь другу справиться со своими неловкими чувствами, постаравшись сделать их «ловкими».
В тот день оба друга сидели на берегу их городской речки, перед самым закатом солнца. До этого они вдоволь накупались и назагорались вместе с остальными ребятами. Набегались по берегу друг за дружкой, налепили кучу разных фигурок из песка. И теперь, когда остальные ребята засобирались по домам и окликнули Криса и Мэтта, сидящих на песке чуть в сторонке от остальных – то Кристофер отмахнулся и крикнул друзьям, чтобы их с Мэттом особо не ждали, а шли спокойно по своим домам.
Мэтт тогда удивился, а потом заволновался. Крис хочет остаться с ним наедине. Зачем? Что-то случилось? Ох, неужели он все понял и теперь им предстоит нелегкий разговор? С неизвестно какими последствиями. Для них обоих.
От своих мыслей Мэтт перепугался еще сильнее. Румянец вскочил у него на щеках, одновременно от стыда и страха. Запульсировало в висках. «Что теперь будет?»
Кристофер провел взглядом последнего из уходящих с пляжа друзей, еще раз помахал вслед рукой – и развернулся к Мэтту.
«Капец», - подумал Мэтт и зажмурился, будто ожидая удара наотмашь.
Так он сидел, вжавши голову в плечи, как котенок, которого сейчас будут тыкать носом в лужу. И приговаривать ему, что так делать нельзя. Что его место – в другом месте. Что вообще так делать не принято. Что нужно понести наказание.
Мэтт так и сидел бы еще долго, если бы Крис его не окликнул шепотом:
- Эй, Мэтт! Ты чего, дурашка?
- Ничего! – так же шепотом ответил Мэтт, готовясь принять на себя любые указания и наказания, которые Крис ему сейчас задаст.
- Открой глаза, посмотри на меня. Чего ты испугался?
- Ничего, - еще тише прошептал Мэтт, но приоткрыл здоровый, «неленивый» глаз.
- Иди-ка сюда, дорогой мой человек, - почему-то именно так сказал ему Кристофер и сам удивился этой фразе, будто придуманной кем-то другим и нашептанной ему на ухо.
Мэтт, как и все близкие друзья, знал, что у Кристофера есть своя особенная сила, неизвестно откуда появившаяся в нем недавно. Будто бы дар с небес. Мощнейшая сила, способная сокрушить все вокруг, но так же и способная защитить от любого удара извне. Кристофер рассказывал, что этой силой его наделил какой-то «славный человек» для борьбы с какой-то «шептуньей», которая грозится уничтожить весь мир, а Крис должен этот мир спасти. Как-то так.
Мэтт не очень понимал, правда это все или вымысел, но боялся, что эту силу – вполне себе реальную – Крис может сейчас применить к нему. Уничтожить на ровном месте. За любую угрозу, за любое нарушение его границ.
Мэтт боялся, что каким-то образом случайно он эти границы у Криса нарушил. И теперь ждал наказания.
Но ничего подобного не произошло. Тем более, фраза «дорогой мой человек» наоборот, даже немного успокоила Мэтта. Но ненадолго – через мгновение он напрягся вновь. А вдруг это ловушка? Отвлечение внимания перед сокрушительным ударом под дых?
Мэтт отпрянул от Криса, неловко пошатнувшись и потеряв равновесие. Но Кристофер схватил его за руку выше локтя и притянул к себе обратно:
- Мэтт, успокойся, а?! Ничего не происходит, о чем можно было бы так переживать. Послушай…
Кристофер вдохнул. Выдохнул. Ну что ж:
- Мэтт, ты знаешь, что ты мой друг. Я тебя никогда и ни за что не смогу обидеть. А если бы и обидел, я знаю, какой у тебя брат – он за тебя любого порвет. Даже меня. И никаких моих суперсил не хватит, чтобы ему противостоять. Вот так. Понимаешь?
- Понимаю, - пискнул Мэтт, щурясь на Криса одним глазом. – Крис, я… Прости, если я что-то сделал не так. Я не нарочно. Я не умею… Я понимаю! Просто ты…
Мэтт немного осмелел и подумал, что именно сейчас, как никогда больше, нужно решить все проблемы, которые только могут быть между ним и его любимым другом. Или все, или ничего. Третьего не дано.
- Крис, я…
- Мэтт!
- Крис, не перебивай! Не сейчас! Пожалуйста, только не сейчас. Послушай просто…
Кристофер вздохнул. Он понимал, о чем сейчас будет говорить ему Мэтт. И знал, что ему ответить уже сейчас. Но видя, насколько Мэтта всего трусит от переживаний и волнений, не решился его перебивать и дал ему выговориться сполна.
И Мэтта прорвало:
- Крис, ты очень хороший человек. Ты настоящий друг. Я бы даже хотел, чтобы ты был моим лучшим другом, потому что я готов был бы стать для тебя таким же. Но это ты сам решай. А я только могу сказать, что если бы ты согласился стать для меня лучшим другом, я бы отплатил тебе за это всем, что у меня есть. Я бы отдал тебе все. Я бы пошел за тобой на все края света. Потому что я не знаю никого другого, с кем бы я мог так подружиться, как с тобой. Я не знаю никого другого, кого бы можно было так же …кхм… так же сильно… кхм-хм…
- Любить? - Кристофер помог другу закончить так тяжело рождавшуюся в его устах фразу.
Мэтт замолчал. И покорно кивнул, оставив голову опущенной и не осмеливаясь поднять глаза…
На своего возлюбленного друга.
Кристофер тоже молчал. Он смотрел на темноволосую макушку Мэтта и думал, что ему теперь делать.
Раньше в таких ситуациях он не бывал. И хотя догадывался обо всем, что чувствовал и хотел сказать Мэтт, и давно готовил для него свой вразумительный ответ – но он не ожидал, что этот разговор сейчас станет настолько серьезным и волнительным для них обоих.
Конечно, Кристоферу тоже нравился Мэтт. Он тоже любил его – но любовью друга. Он допускал и раньше, что они с Мэттом могли бы стать более близкими друзьями, чем с кем бы то ни было из остальных. Кристофер и раньше видел, что Мэтт старается, помогает ему во всем при любой возможности – будь то с домашкой или с походом в магазин, с работой на уроках труда в школе, да много еще с чем. И никогда такая помощь не была навязчивой или напряжной. Все происходило само собой, как так и надо, без лишних слов и движений. Логично и комфортно.
И, пожалуй, сейчас между ними такая вот неловкость проявилась впервые за все годы, что они дружат.
Потому что дружба у одного из них переросла в нечто большее. И обоим от этого стало неловко. Но не дискомфортно – по крайней мере, одному из них точно.
Кристофер очнулся от своих размышлений. Его разбудил тихий звук снизу. Мэтт уже уперся лбом Кристоферу в коленки и еле слышно всхлипывал.
Ну нет, такого точно произойти не должно было!
Кристофер спохватился, пошевелил коленками, осторожно освобождаясь от Мэтта.
Тот поднял голову, но не поднимал лица. Мэтт решил, что на этом все, конец.
Вздохнул сквозь очередной свой всхлип, вытер ладошкой глаза и развернулся, чтобы встать и уйти. «Все уже ясно и так. Ну, хоть не побил, уже неплохо». Хотя Мэтт как раз этого и заслуживал. Так он для себя решил.
Все это происходило в течение нескольких секунд. Кристофер, провожая взглядом уходящего Мэтта, не находил в себе правильных слов, чтобы его остановить.
Все, что приходило на ум, казалось банальным и неловким.
Как будто перед ним встали на колени, протянули в руках кольцо и предложили выйти замуж. Но при этом ты мужчина. Мальчик, если точнее. И предложение тебе делает тоже мужчина. Мальчик, то есть.
Кристофер наблюдал за своими мыслями, искал из них правильную и подходящую. Такие случаи он знал. Даже в их городке была одна такая пара парней, которые долгое время казались всем лучшими друзьями, а на деле один из них в прошлом году сделал другому «предложение руки и сердца». Так это называлось. Все вокруг них радовались в тот момент, хлопали в ладоши и кричали одобрительное «горько!».
И наблюдая за всем этим тогда, Кристофер понял для себя, что это ОК. Что эти два парня ничем не отличаются от других людей. Что они счастливы – и это главное. Для них, в первую очередь. Ну, и для всех остальных в этом городе.
И вот сейчас он сам на себе прочувствовал, что значит быть любимым кем-то. И попробовал поискать в себе ответное чувство – а вдруг где-то и в нем внутри оно тоже может быть?
Кристофер смотрел вслед Мэтту и копался в своих эмоциях. Будто лопатой разгребал все кучки чувств, окруживших его сейчас.
Как фигурки из песка на берегу реки.
И нашел!
Одна из фигурок внутри начала вдруг расти, приобретать осмысленную форму и, в конце концов, превращаться в песочный дворец. Так он себе представил. Метафору, аллегорию, как ни назови.
Чувство, возобладавшее над всеми остальными по отношению к его другу.
Кристофер, не произнося ни слова, встал и спокойно пошел за Мэттом. Догнал его, тронул сзади за плечо. Мэтт остановился. Его трусило, Кристофер это чувствовал своей рукой.
Мягко он развернул Мэтта лицом к себе:
- Погоди.
Мэтт поднял глаза, залитые слезами, покрасневшие.
Кристофер притянул его к себе и крепко стиснул в объятии. Отпустил слегка и потом снова прижал.
- Слушай, Мэтт! Как насчет того, чтобы завтра снова прийти сюда погулять? Нам вдвоем. Слепим какого-нибудь песковика. Надо будет ветки только поискать, типа руки приделать ему. И морковку не забыть из дома взять. Как тебе идея?
Мэтт посмотрел на Криса, кивнул в знак согласия. И обнял его в ответ, прижавшись еще крепче, чем до этого.
- Спасибо, Крис. Я этого не забуду. Прости за все.
- Не извиняйся. Все ОК. И знаешь, я тоже тебя люблю. Как самого лучшего друга на свете. Пусть так все и будет, хорошо?
- Хорошо. Спасибо, Крис.
- Это тебе спасибо, Мэтт. Мне никто раньше не доверял своих чувств так, как это сделал сейчас ты. Я тебе очень благодарен. И я буду это твое чувство хранить в себе. И защищать его. Защищать тебя. А еще… Может быть, когда пройдет немного времени, и мы с тобой станем еще чуточку старше и умнее, и сможем разобраться в себе еще лучше… Может быть я свои чувства яснее осознаю. И точно скажу тебе, что да как.
- Хорошо, Крис. Я все пойму, если чувства не совпадут. Так тоже бывает.
- Ты прав. Всякое бывает. А знаешь, Мэтт, не стыдись своих чувств. Я готов их принять. Мне не дискомфортно. Наоборот, я уверен, что эти чувства ко мне тебя только закалят еще крепче. Хочешь меня любить – люби на здоровье. Я не буду тебя отваживать. Мне приятно. Только не перестарайся! Всего в меру, ОК?
- ОК. Ну что, тогда мир?
- Мир! Да мы и не ссорились. Это ты себе вообразил невесть что в своей влюбленной голове. Дурашка!
И Кристофер поцеловал Мэтта в щеку. Покрытую румянцем, но теперь уже не от стыда или страха. А от счастья. Такого тихого, но невероятно огромного. Исполинского, как дворец из песка.
* * *
Лежа на кровати и закрыв глаза, расслабившись и всего отдав себя в руки и губы брата, Мэтт прокручивал в голове тот вечер, когда он признался Крису в любви. Ну, как признался… Что-то промычал и покивал головой, уперевшись потом в коленки Криса и заливаясь обильными слезами.
Как же стыдно и неловко Мэтту даже сейчас, столько времени спустя! Хотя они уже давно с Крисом все обсудили, притерлись друг к дружке. Кристофер давал Мэтту любить его так, как тот мог и умел: неловко, скромно, наивно и крепко.
Они договорились, что прежде чем Мэтт надумает совершить какой-то отчаянный поступок или сказать какое-то внезапно пришедшее на ум слово или фразу относительно своих чувств к Крису – он сначала сделает паузу, вдох-выдох, а уж потом что-то скажет или сделает для него. Потому что зачастую таких вот нескольких секунд вполне достаточно, чтобы принять верное решение. Не единственное. Но верное.
А сейчас Мэтт, получая новую порцию кайфа от своего брата, представлял себе, что все то же самое происходит между ним и Крисом.
И тут спохватился…
Крис же сказал, что будет наблюдать за ними, чтобы в случае чего помочь! У них же сейчас задание – добыть для Кристофера энергию из собственных тел и отдать ему. Каким образом она до него дойдет – то уже Крис сам знает, ему виднее.
И Крис наверняка же наблюдает сейчас за ними. И за мыслями Мэтта тоже.
Мэтт позволил Кристоферу и это. В ответ на помощь с исцелением его «ленивого» глаза. Одним лишь долгим волшебным прикосновением к глазу ладонью. А потом и губами, так же долго. По крайней мере, так Мэтту показалось.
Кристофер потом попросил Мэтта, чтобы тот позволил иногда читать его мысли. Так он мог бы тренироваться.
И Мэтт не смог ему отказать. Конечно, со стороны Кристофера это было не совсем честно. Получалось, что Кристофер воспользовался любовью и безотказностью Мэтта. Да еще и глаз вылечил. Вынужденная сделка, более выгодная понятно кому.
Но Мэтт не задумывался об этом никак вообще. Его все устраивало. А раз так, то и сделка казалась вполне неплохой. Обоим было норм.
Майк что-то пробубнел, пыхтя у Мэтта внизу живота.
- Что? – встрепенулся Мэтт, окончательно отгоняя от себя «похабные» мысли о Крисе.
Майк выплюнул болтик Мэтта и, утерев слюну с губ и подбородка, уже внятно и членораздельно произнес:
- Я говорю, ты определись уже там у себя в голове.
- В смысле?
- Да у тебя то стояк как камень, то висяк как вареная макаронина. И все это в течение пары минут. Калейдоскопы мне тут крутишь.
- Прости. Я отвлекся случайно.
- Ага. Я даже догадываюсь на кого. Не парься, Мэтт. Он ведь предупредил, что все будет видеть. Так что он уже все что надо и увидел. Наш с тобой секрет он тоже уже знает. Так, значит, тому и быть.
Блин! А действительно же, Крис вроде как не знал их с братом секрет о том, что они уже давно вот так «тренируются» друг на друге. И как теперь быть? Кристофер может и осудить его. Их обоих. Он и любовь между мальчиками не с первого раза понял. А тут еще хуже – между родными братьями!
Мэтт хотел сказать о своих догадках Майку, но тот уже отвернулся и снова пыхтел у Мэтта внизу живота. Поговорить не получится, иначе Майку снова придется выплевывать и утираться. А это будет очередная трата времени. Кристофер же ждет!
Кристофер… ждет… когда же Мэтт… отдаст ему свою энергию…
От этой мысли голова у Мэтта закружилась, он откинул ее на подушку и уставился взором в потолок.
То ли от долгих усердий Майка, то ли от мгновенных озарений в мыслях Мэтта – внизу его живота начал собираться в узелок некий сгусток тепла и неги.
«Уже совсем скоро, Крис!»
* * *
Кристофер услышал и эту фразу тоже. Не сказанную вслух, как все прочие в диалоге между Майком и Мэттом – а прошептанную мысленно в голове у его лучшего друга.
- Вот же развратник нашелся, ты погляди-ка! – сам себе сказал Кристофер с улыбкой.
И добавил, посылая мысль в сторону Мэтта и Майка:
- Парни, все нормально, по времени идем ровно. Спешить так сильно не обязательно.
Оба брата, находясь в этот момент в нескольких километрах от Кристофера, не сговариваясь переглянулись. Майк к этому моменту уже успел сменить позу и теперь устроился в ногах Мэтта, повернувшись к нему лицом и по новой обхватив его болтик губами.
И сейчас, не выпуская его изо рта, коротко промычал и повел бровью, типа: «Ты тоже это слышал?»
Мэтт утвердительно кивнул брату в ответ.
Майк тогда пожал плечами, типа: «А, ну и ладно» и продолжил свое дело, как ни в чем не бывало.
И это Кристофер тоже видел.
Ему было гораздо интереснее наблюдать за ними, чем за Тормозом Эдом и другими ребятами, вызвавшимися ему помочь.
К тому же, Тормоз Эд уже успел все закончить, и его энергия облаком влетела в комнату Кристофера, на пару мгновений превратилась в тучку с раскатами грома и молний, после чего как в мультике лопнула и растворилась в воздухе.
«Ииии... Чпык!»
Примерно так вот, да.
После этого к Кристоферу с периодичностью в несколько минут прилетали еще несколько тучек разной степени насыщенности грозою и молнией. И все также лопались в воздухе, заряжая его электрическими разрядами, которые обволакивали Кристофера и проникали внутрь него.
Кристофер набирался этой энергии и становился все сильнее и увереннее в том, что он сможет теперь одолеть шептунью и спасти всех и вся в реальном мире. И выхватить Дэвида из мира воображаемого. Вернуть его к брату, Эмброузу, пусть и спустя целых 50 лет после их разлуки. Вернуть мир на Землю. Вот такие простые планы)
Кристофер уже ощущал достаточно энергии – а еще ведь не закончили свою «работу» М-энд-М'сы!
«Боже, что будет! Их энергии хватит на четверых, если не на восьмерых! Я и сам лопну от нее, как все эти тучки. Ох, Мэтт, особенно от тебя такая волна уже сейчас идет, я еле удерживаюсь, чтоб меня не снесло!»
Эти слова Кристофер говорил сам себе, но слегка потерял контроль, и оказалось, что Мэтт тоже все это слышит.
Кристофер осекся и замолчал…
В нескольких километрах от него Мэтт закатил глаза и облизнулся, прикусив нижнюю губу.
«А что если…?» - начал было раздумывать Мэтт, но вовремя остановился и решил, ничего не озвучивая, сразу приступить к реализации задумки, секундной молнией промелькнувшей у него в голове.
- Майк! Ты, наверное, там устал уже?
- Ммм?
- Устал, говорю? Давай отдохни маленько. Теперь моя очередь.
Майк в очередной раз нахмурил брови, повел одной из них вверх. Потом медленно вынул болтик Мэтта изо рта, глядя брату в глаза, картинно причмокнул и облизнулся, улыбнувшись и прищурившись:
- Ну раз ты тааак хочешь, конееечно, - протянул он гласные звуки. Высунул руку из-под своей груди и нажал на кнопку-пуговку на животе у Мэтта.
- Проблему с состыковкой до конца устранить не удалось. Предлагаю провести состыковку в каком-нибудь запасном месте. Жду подтверждения, прием!
- Состыковку в запасном месте подтверждаю. Как слышно, прием!
- Принял! Приступаем!
Майк издал звук отключения рации, приподнялся на локотках и приблизился лицом к лицу к брату.
«Что ты задумал, Мэтт?»
Мэтт вслух ответил Кристоферу:
- А вот сейчас и узнаешь!
И тоже приблизился лицом к лицу Майка.
Притронулся обсохшими губами к влажным губам брата.
Собрал с них всю влагу, опустился к подбородку брата и слизал с него висевшую капельку, которую тот даже не замечал до сих пор – настолько усиленно он старался сделать брату кайфово буквально вот несколько минут назад, что впопыхах не все обтер потом со своего лица.
Слюна Майка перемешалась со смазкой Мэтта.
Слюна Мэтта перемешалась со слюной Майка.
Еще одна жидкость стекала капельками из глаз обоих братьев: у одного – от перенапряжения, у другого – от изумления и нежности.
Майк дал волю своей любви к брату и легонько всхлипнул.
Мэтт дал волю своей любви к брату и к любимому другу, и впился губами в губы Майка изо всех сил.
Больше терпеть он не мог. Все позитивные ощущения мира с удвоенной силой захлестнули его разум.
- Я люблю тебя, Мэтт, - услышал он голос Майка сквозь туман.
- Я люблю тебя, Майк, - ответил он брату.
«Я люблю тебя, Кристофер», - продолжил он мысленно.
«Парни, ну вы даете! Я люблю вас тоже! Но время, однако, уже поджимает», - донеслось до них обоих в тишине.
Майк первым отреагировал на слова Кристофера в своей голове, встрепенулся, положил Мэтта на лопатки, лег ему сверху на грудь. Мэтт оттолкнул Майка, протянул перед собой и показал одну ладонь, затем протянул другую, перевернув и прислонив ее к первой.
Майк знал, что этот знак означает.
Подмигнул брату и молча развернулся на 180 градусов, подставив к его носу свою попку. А сам склонился над его болтиком, снова торчащим перед ним со своей слегка приоткрытой шляпкой.
Кристофер смотрел… нет, Кристофер во все глаза таращился на ту картину, которую он сейчас наблюдал, находясь в нескольких километрах от комнаты М-энд-М'сов.
Он изучал все их движения, вслушивался во все их звуки, ощущал, как будто на себе, все их прикосновения. Перед ним стремительно пролетали кадры из воспоминаний и фантазий Мэтта и Майка. Очень непросто было угнаться за мыслями обоих, смешивающих между собой правду и вымысел:
Мэтт, обнимающий и целующий Майка взасос, по-взрослому. Научились же где-то!
Возле Мэтта, по правую сторону, он увидел и себя. Мэтт приобнимал Кристофера, целуясь с братом, а потом подвел их друг к другу, притянул их слегка головами – и Майк и Кристофер теперь тоже начали целоваться. По-взрослому. Майк помогал Крису, учил его, направляя и двигая языком у него во рту. Посасывая язык Криса. Смачно причмокивая, отрываясь, чтобы утереться и утереть губы Крису – и снова притягивал их к своим.
Кристофер в своей комнате смотрел на себя, находящегося в комнате братьев, и с изумлением наблюдал, как братья теперь ласкают друг друга, периодически поглядывая на него.
Майк и Мэтт снова лежали в позе «69», увлеченные телами друг друга. Майк быстро, но без лишней напористости высасывал из брата все соки. Если можно так сказать, фигурально. На самом деле, пока что никакого другого сока, кроме слюны и смазки, на болтике Мэтта не наблюдалось.
Мэтт в это же время обрабатывал языком попку Майка. Водил кончиком языка вокруг основной мышцы, раздвигая пальцами половинки Майка, время от времени просовывая пальцы все глубже. Казалось, эта часть тела у брата была создана исключительно для таких вот ласк и утех, все прочие варианты ее использования не принимались и отметались решительно. Даже запах оттуда доносился душистый и мягкий - запах любимого ими обоими лавандового мыла.
Воображаемый Кристофер стоял на кровати рядом с ними на коленках, попеременно поглядывая то в одну, то в другую сторону от тел братьев. Пристально наблюдал за всеми их умелыми и натренированными движениями. Слушал все их звуки: посапывания, причмокивания, трения тел, трения отдельных органов этих тел между собой.
Никогда он не думал, что все это ему будет настолько любопытно наблюдать.
Мэтт оторвался от попки брата, потянулся к Крису. Крис нагнулся, упершись в кровать локтями, повернулся к Мэтту передом, к Майку задом. Мэтт поцеловал Криса в нос. Кристофер не почувствовал никаких лишних посторонних запахов от губ Мэтта. Только запах, как от парного молока, и еще немного примести запаха каштана. И еще немного от лавандового мыла.
Параллельно Майк, не отвлекаясь от болтика Мэтта, потянулся вбок рукой, нащупывая тело Кристофера под майкой. Перевел пальцы от живота к штанам и потянул их вниз. Кристофер оглянулся. Его штаны были уже приспущены. Под топорщащейся футболкой ему не было видно, но он ясно ощущал, что сейчас рука Майка двигается по его члену вперед-назад, а сам член у Криса явно не свисает уже, как обычно, а налился энергией и выпирает полустояком. Кристофер чувствовал, как пульсируют кровеносные жилки в его члене.
А благодаря ладони Майка, а также губам Мэтта, ласкающим ему шею, полустояк Криса в считанные секунды превратился в самый настоящий открытый стояк размером чуть больше типичного для мальчишек его возраста и развития.
Ладонь Майка творила чудеса, вслепую ублажая член Криса так, как он даже сам не умел себя ублажать до сих пор. Пальцы искусно перебирали его мошонку, уже подтянувшуюся и превратившуюся из двух шариков для пинг-понга в цельный теннисный мячик. Редкие и короткие волоски на мячике вздыбились, будто о них потерли воздушным шариком или расческой. Такое же ощущение Кристофер испытывал и в отношении волос на своей голове.
Ладонь Майка продолжала блуждать по паховой области Криса. Вверх, вниз, по кругу часовой стрелки и обратно. Пальцы щупали, сжимали, отпускали, гладили, щекотали его член и яички. При этом Майк не отрывался губами от болтика Мэтта ни на секунду.
Мэтт при этом продолжал прижиматься губами к шее Криса, попутно стягивая с него футболку. На мгновение все же пришлось оторваться, снять ее через голову Кристофера и вышвырнуть в угол, куда ранее улетала футболка брата.
И снова прильнул к телу Кристофера, уже в области груди.
Пощупывая его соски то попеременно, то оба сразу. Глядя снизу на подбородок Криса, протянул к нему губы.
Майк полностью стянул с Кристофера остатки одежды. Его руки перешли к тыльной стороне Крисова тела.
Мягче, нежнее, глубже.
На кровати образовался треугольник из голых мальчишеских тел. Треугольник неровный, но отчетливый.
Мэтт, лежа на спине, тянулся губами к губам Криса. Крис нависал своим лицом над лицом Мэтта, упершись в поверхность кровати коленями и локтями и повернувшись к Майку попой и ногами. Майк насаживался губами на болт Мэтта, одновременно ублажая область попки Кристофера своей протянутой рукой.
До кульминации оставалось всего три… две…
- Парни, есть еще время. Еще осталось много-много времени.
Одно мгновение назад Кристофер сосредоточился и попробовал сделать так, чтобы конкретно в этой комнате время остановилось. И у него это вышло. Все трое зависли в безвременье, хотя не сказать бы, что они это как-то ощущали. Но Кристофер знал: время остановилось, и только он сможет снова его запустить.
А пока никто никуда не спешит. Братьям еще хочется вдоволь накувыркаться и насладиться друг другом. А ему здесь еще многому нужно научиться.
Обнаженный Кристофер в комнате братьев повернулся к зеркалу, висящему на стене.
Одетый Кристофер в своей комнате посмотрелся в зеркало, встроенное в шкаф.
Голый подмигнул одетому себе в отражении.
Одетый улыбнулся, с прищуром глядя нагому в глаза.
* * *
Cachorro©2023
