Они твердят: «Ребёнок — мой.
Моя заслуга, кровь, награда».
И дом становится тюрьмой,
Где вместо сердца — власть и плата.

Купили куртку и портфель,
Игрушек шкаф, кровать, тетради.
Но если в сердце снег и мель—
Ребёнок мёрзнет в этом взгляде.

Ему укажут, с кем дружить,
Кем стать, кого любить, смеяться.
Его заставят «правым» быть,
Молчать, терпеть и подчиняться.

Но он не вещь. Не чей-то вклад.
Не продолженье вашей воли.
Он — человек. Его нельзя
Ломать под видом лучшей доли.

В нём свой рассвет, свой страх, свой путь,
Своя мечта, свои тревоги.
Ему бы только не тонуть
В чужой заботе слишком строгой.

Им проще крикнуть: «Я кормил!
Я дал тебе и хлеб, и крышу!»
Но кто тепла не подарил —
Тот детский голос не услышит.

Не купишь близость за рубли,
Не станешь родственным приказом.
Детей не держат взаперти,
Любовь не требует отказа.

И если хочешь быть родным —
Не покупай, не стой над троном.
Будь рядом — честным и живым,
А не владельцем по закону.