ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Автор: Кир (Кирилл)

 

ГЛАВА ПЕРВАЯ

«Тиха украинская ночь»
И вправду... Стояла такая тишина, что все вокруг казалось нереальным - будто кто-то щелкнул клавишей и отключил у тебя самого слух.
Виталька сунул мизинец в ухо и хорошенько прочистил внутри. Но звуки по-прежнему не хотели проявляться. Деревенская заполночь усыпила все и вся - даже собаки, что устраивали концерты буквально каждый вечер, угомонились и мирно дремлют, хоть наступи им на хвост.
Виталик не мог уснуть. Хоть бы комар зазвенел под потолком, что ли. А тут еще вдобавок эта жара... Подушка взмокла, простыни сбились в тугой комок. Ну как тут уснуть?
И ведь главное, никто его не спрашивал, отправляя на целый месяц в деревню! Хотя... Правильно сделали, что не спросили - так бы он и согласился! Если уж совсем честно, здесь неплохо. Первую неделю. А вот потом... Скучно, просто слов нет. Ну, походил он по деревне, поглядел, как народ живет. А что дальше-то? Даже рыбу половить не с кем. Вот странная деревушка - нету детей. Наверное, все в город переселились. Видел вчера одну девчонку - внучка чья-то, наверное. Но маленькая совсем, лет пять, с такой не поиграешь.
Виталька перебирал в памяти все, что с ним произошло за эти пять, нет, уже шесть! дней и тихо тосковал. Им-то хорошо, родителям, уехали себе в Турцию, а ребенок должен у бабушки мучиться. Еще три недели! Сбежать бы, да только куда? Он ведь и шагу не успеет ступить, как заблудится. Хоть и закончил седьмой класс, а все равно - мало к жизни приспособленный. Даже по собственной улице с опаской ходит.

Виталик подошел к окну, распахнул его настежь и выглянул. С наслаждением вдохнув теплый, налитый ароматами трав воздух, мальчик сел на подоконник. Минутку покачался на нем и прыгнул, не желая задумываться о последствиях.
Босые пятки стукнулись о землю, и словно живительная энергия потекла в уставшее от безделья Виталькино тело.
Он поднял голову - там, в вышине, на черном-пречерном небе, сияли такие большие, такие яркие звезды, что захватило дух. Мальчик мигом узнал и обеих Медведиц, и пояс Ориона и... Впрочем, больше он ничего не узнавал - они еще не проходили астрономию. А Луна где? Виталька увидел ее не сразу - Луна хитро притаилась за печной трубой и поглядывала оттуда на юного искателя приключений.

Виталик отмахнулся от ее назойливого взгляда и неспешно направился по узкой дорожке через огород. Куда он шел? Да куда глаза глядели, и сам не знал. Лишь бы подальше от похожей на филиал сауны комнатки, где его поселили.

За калиткой он приостановился, чутко вслушиваясь в ночные шорохи и представляя себя диким волчонком, выбравшимся из логова. От реки потянуло свежестью, и Виталькины ноги сами направились туда, не спрашивая хозяина. А что его спрашивать, откуда он может знать, городское дитё, как приятно щекочет икры мягкая прохладная трава? Как заманчиво плещется блестящая лунная дорожка в неширокой речке? Разве есть такое там, среди шума и пыли городских джунглей?

Тишина перестала быть столь плотной и пугающей - ее разрядил плеск воды и шум камыша, что потрескивал в слабых объятиях ветерка.
Мальчик скатился по склону прямиком к кромке воды, вступил в мокрый вязкий ил и тут же выскочил обратно. Вода показалась обжигающе холодной, но вместе с тем страстно захотелось окунуться в нее.
Виталик прекрасно понимал, что ночные купания вредны для здоровья, особенно если не умеешь толком плавать, но бороться с искушением не стал. Чтобы не щеголять потом в мокрых трусах, он избавился от них и вошел в черную прохладу, голый и чистый, словно только родился на свет. Дно оказалось неглубоким и пологим, а там можно пуститься и вплавь. Но Виталик только присел, окатив разогретую кожу освежающей влагой. Стало легко и весело, захотелось куда-то бежать, смеяться, играть. Радость туго наполнила Витальку, как воздушный шарик.
Вдоволь накупавшись и набрызгавшись, Виталик выбрался на берег и стал стряхивать крупные капли на траву, стараясь побыстрей согреться. Жара была побеждена и с позором умчалась прочь.

Натянув трусы, Виталька уже совсем было собрался упрыгать обратно в дом, но... Странное свечение привлекло его внимание. У самого берега склонилась к воде невысокая ива, а под ее ветвями и притаился таинственный огонек. Словно с неба скатилась неяркая звездочка. Воображение рисовало невесть что, и Виталька решил проверить. Он принялся красться на цыпочках, пригнувшись, тревожно вглядываясь в неясные тени. А когда подошел поближе, долго не мог поверить собственным глазам. Нет, вот такого Виталик уж точно не ожидал!

Под ветвями ивы сидел, съежившись и уткнувшись в колени, пацан его возраста, и тоже без единой нитки на теле. Но!.. Кожа этого мальчишки издавала матовое блеклое свечение, делая его похожим на елочную игрушку. Мальчишка поднял голову и в его черных глазах Виталька прочитал такой дикий страх, что захотелось сбежать домой, забиться под кровать и не высовывать нос до конца каникул.
Губы мальчика мелко-мелко дрожали, увлекая в эту вибрацию подбородок и щеки. Зубы плясали в сумасшедшем танце, изображая кастаньеты. Удивление Виталика возросло еще больше - так летом не мерзнут! Разве что, если влезть в холодильник, но кто в здравом уме туда полезет?
Но и на этом чудеса не кончались. Трава вокруг странного мальчишки подернулась инеем, а на трепещущих ивовых листочках осела серебристая изморозь. И впрямь, как в морозильнике...
- Ты кто? - наконец догадался спросить Виталька.
- Н-н-н... - произнес мальчишка и дернул плечом. Потом сжался еще сильнее, пытаясь удержать остатки тепла, что стремительно улетучивались с каждым мигом.
- Тебе надо побегать! - решительно заявил Виталик. - Вставай скорее! Ну же, вставай!
Он схватил мальчика за руку и потянул. Мальчишка не пытался сопротивляться, он просто безвольно повис на этой руке. Колени распрямились с хрустом сломленной ветки. Виталик еле успел подхватить его, иначе мальчик свалился бы в воду.
- Пойдем, пойдем, тебе надо расходиться для начала, - приговаривал Виталька, увлекая за собой мальчишку.
Сделав несколько неловких шагов, мальчик пошел уверенней.
- Вот, отлично! - Виталька был доволен своей затеей. - Теперь давай пробежимся!
И первым помчался в сторону бабушкиного дома. Таинственный незнакомец устремился вслед за ним, почти не отставая. Усталые, запыхавшиеся, мальчишки ворвались в калитку, забор устоял чудом.

Большие настенные часы кукукнули трижды и смолкли - три часа ночи. Виталик помог мальчику влезть в окно и запрыгнул следом.
- Ну, ты согрелся? - участливо спросил он, когда мальчишка пристроился на его кровати.
- Да, чуть-чуть. Спасибо, - вежливо ответил мальчик. - Только...
- Что?
- Только это все бесполезно. Я скоро снова замерзну. Или спалю тут что-нибудь.
Брови у Виталика поползли вверх.
- Ты сам понимаешь, что говоришь? Разве я дам тебе поджечь что-то?
- А это от меня не зависит, - немного устало произнес мальчик. - Оно само... У меня термобаланс расциклился...
- Чего у тебя?.. - переспросил Виталик.
- Термобаланс... Знаешь, что это такое?
- Знаю, знаю, - буркнул Виталька. - Я ж не дурачок. Это что-то там в физике.
- Вот-вот... Теперь у меня щелк - и могу заморозить, а могу поджечь. Или превратить в плазму, или... Или даже не знаю что... Только не могу это контролировать, ну никак!
- Слушай, а ты откуда взялся вообще? - Виталька между делом доставал из своей сумки одежду.
- Да не помню я! - отчаянно вскрикнул мальчишка с тоской.
- Ну, имя ты хоть помнишь?
Мальчик задумался, потом сказал:
- Не-а... Что-то на «К». Вроде бы...
- Коля, Кирилл, Костя? - пробовал угадать Виталька.
- Нет...
- А меня Виталий зовут. Вот, одень пока что это,- Виталик протянул мальчишке майку и запасные трусы. - А утром я тебе шорты дам и футболку. И вообще, давай-ка лезь под одеяло, а то снова дрожать начинаешь.
- Слушай... Может я лучше на улице посплю, а? - неловко предложил мальчик без имени.
- Вот еще! Ложись давай!
- А вдруг я что-то зажгу ночью случайно?
- Я тогда тебя в окно выставлю или ведро воды на голову вылью, - пообещал весело Виталик.
Мальчик улыбнулся и нехотя влез под тонкое покрывало, которого с легкостью хватило на обоих.
- А звать я тебя буду... Сашка! Пока настоящее имя не вспомнишь. Хорошо? У меня так друга зовут, в одном подъезде живем и в одном классе учимся.
- Хорошо... - полусонно ответил мальчик. От него веяло прохладой, как от реки, в которой Виталька только что купался. Но Сашкино плечо, к которому Виталька на секунду прислонил ладонь, было на удивление теплым.

И Виталик уснул, быстро провалившись с головою в остаток ночи...

ГЛАВА ВТОРАЯ

За окном разлилась предрассветная серость, но не она разбудила Витальку. Внезапно его веки озарились оранжевым и глаза распахнулись. Виталик с ужасом увидал, как занавеска занялась пламенем и заполыхала. Черная копоть расплывалась на потолке, а на пол полился огненный дождь. Виталька даже не пытался вскочить, его словно парализовало - не шевельнуть ни рукой, ни ногой.
Взбугрилась краска на оконной раме, начал тлеть подоконник.
Тут Виталька не выдержал и, напрягши все силы, толкнул спящего Саньку под ребра. Мальчишка проснулся, взглянул на огонь...
И Виталик впервые в жизни увидал, как языки пламени покрываются серебристой корочкой льда. Такое и во сне не приснится! Послышался тихий звон, и осколки замерзшего тюля осыпались на пол. От занавески не осталось и следа, кроме невесомой горстки серого пепла. Да еще обгоревшие пятна на окне и копоть на потолке - вот и все последствия утреннего пожара.
Только теперь Виталик понял, какого опасного квартиранта он притащил в бабушкин дом!..

- Сань... А что это было вообще? - спросил он, обернувшись к таинственному гостю.

Мальчишка протер глаза и ответил нехотя:
- Я же говорил... Уу-ооо-ам! – зевнул он. – Вот. Мне надо спать в железной клетке, на асбестовом матрасе. А то я таких дел натворю...
- Да ладно тебе... Ты же сумел погасить, значит не всё так страшно.
- А если б ты меня не разбудил вовремя? Вот видишь... Я, наверное, пойду...
- А где ты живешь? - поинтересовался Виталик.
- Не помню... Я вообще ничего не помню... Вот как вчера появился там, на берегу, то и помню, а что было раньше - нет.
- Стра-а-анно... - протянул Виталька, разглядывая лицо загадочного мальчишки повнимательней.

Обычное такое лицо - тонкое, словно девчоночье. Наверное, таким его делают глаза - слишком большие, слишком темные. А в остальном - ну никто не скажет, что в этом пацане такие способности.
- Виталик! Что тут у тебя случилось? Что-то горело? Или спичками баловался? - в комнату вошла Виталькина бабушка и испуганно заоглядывалась. Увидев темные пятна и почувствовав запах гари, она всполошилась еще сильнее.
- Ба, да не волнуйся, все уже в порядке, - поспешил успокоить ее внук. - Это с улицы какая-то ерунда залетела, занавеску спалила. Мы ее потушили.
- Да, легко тебе говорить, «не волнуйся»! В соседней деревне половина домов погорела! Вон какая сушь стоит, от одной головешки займется! А это кто с тобой? - бабушка углядела в постели еще одного мальчика.
- Это мой друг, он из города приехал, - придумывал на ходу Виталька, застигнутый врасплох. - Я ему адрес оставлял и звал в гости, вот он и приехал.
- Ночью, что ли? Один?
- Ага! Его подвезли знакомые. Он поживет здесь, ладно? А то мне совсем скучно!
- Ну, не знаю... - бабушка с сомнением покачала головой. - С одним я еще справлюсь, а вот с двумя... Он не хулиган хоть?
- Не... - рассмеялся Виталик. - Мы тебе помогать будем.
- А зовут твоего друга как?
- Саня!
- Саша, тебя родители не хватятся? Ты у них разрешение спрашивал?
Сашка пожал плечами, но вынужден был сказать, чтобы не возникло новых проблем:
- Да, все в порядке. Меня отпустили.
- Ну, вот и славно. Тогда одевайтесь, умывайтесь и идите завтракать, я уже приготовила. Только сперва уберите здесь все, да проверьте хорошенько, чтобы какой искры не осталось. Ветер раздует - и дома не станет.
- Ладно! - хором ответили мальчишки, и Виталька первым вскочил с постели.

- Ты бы хоть меня спросил... - проворчал Саша, когда Виталькина бабушка вышла. - Не могу я здесь оставаться!
- Перестань... - Виталька сморщил нос, вдохнув невзначай горечь нерассеявшегося дымка. - Никуда я тебя не отпущу, пока не разберемся, кто ты и где живешь. Может, тебя родители ищут?!
- А как это проверить?

И правда, как можно что-то выяснить, если в деревне даже телефон не в каждом доме? Не говоря уж про интернет…
- Надо в город возвращаться, - решил Виталька. Он надел футболку и тонкие красные шорты с непонятной эмблемой на кармане. - Ну, ты одевайся. Что стоишь?

Саша принялся облачаться, а Виталька присел на табурет.
- Слушай, а ты одежду не спалишь? - спросил он вдруг, широко улыбнувшись. - А то может тебе лучше в одних трусишках бегать?
- Ну да, наверное… А если я их тоже спалю? Могу снять! - спохватился Саша, приняв замечание всерьез, и с готовностью взялся за резинку на поясе.
- Да ладно тебе, я пошутил. Я веник принесу, замести надо.

Виталька выбежал из спальни, а Сашка, оглядев себя со всех сторон, вздохнул и отправился скрести подоконник валявшимися на шкафчике ножницами. Краска тонкими пленочками сыпалась на пол, Санька увлекся, и если бы Виталик не остановил его, то подоконник лишился бы краски совсем.

- Слушай, я что думаю... - сказал Виталик, ловко сметая веником мусор на кусок газеты, - сегодня же суббота, в городе все закрыто и справочные там всякие тоже. Давай в понедельник поедем, а? А сегодня пойдем снова на речку, рыбу половим, поплаваем. Давай?

- Мне-то все равно уже, - мрачновато ответил Саша. - Но я не хочу причинить вред тебе и твоей бабушке, понимаешь?
- А ты постарайся сдерживаться.
Саня только вздохнул.

Выйдя к завтраку, Виталик углядел на столе молоко и тут же недовольно скривился:
- Ба, я же сто раз просил, не давай ты мне эту белую жуткость!
- Ты бы хоть друга своего постеснялся! - спокойно и привычно парировала бабушка. - Или он такой-же капризный, как и ты? Садитесь уж.

Мальчишки сели за стол, накрытый белой скатертью по случаю кормления гостя, пусть и нежданного. Молоко Виталик все же надпил под насмешливым взглядом Саньки. Сам Сашка стакан молока выпил, даже не поморщившись.
За завтраком ничего необычного не произошло - картошка не обуглилась, печка не взорвалась, а горячие пирожки не превратились в ледышки.
- Спасибо! - вежливо сказал Саша, поднимаясь из-за стола. - Очень вкусно!
Виталька тоже что-то неразборчиво буркнул, смущенный и слегка посрамленный. Чтобы поддержать реноме, он скомандовал:
- Пошли в сарай, там удочки лежат, выберешь себе поудобней. А потом на огороде червей накопаем.
- Погодите, куда сразу убегать, - остановила их бабушка. - Я вам соберу что-нибудь, там аппетит разыграется, вот и поедите.
Мальчишки из вежливости не стали отказываться, хоть в каждой жилочке уже играла энергия, и малейшее промедление было невыносимо. Когда сумка наконец была полна, Виталька подхватил ее и стремительно уволок вместе с Сашкой к сараю.
Удочки оказались замечательные. Родители Виталика не поскупились и подарили ему японский спиннинг, немецкую телескопическую удочку, да вдобавок сачок и кучу всяких приспособлений, от которых замрет сердце у любого заядлого рыбака.
Но Саня выбрал не это великолепие, а обычную, ничем не примечательную самодельную удочку, что осталась от Виталькиного деда.
- Ты что, это ж ерунда! - не оценил его выбор Виталик. - Возьми мою.
- Мне эта больше нравится. Она прямо по руке, удобная.
- Значит, ты уже ловил рыбу? Помнишь это? Ты с кем ловил, с отцом? Ну же, вспоминай! - обрадовался Виталька и затормошил друга.
Саша помолчал, прислушиваясь к себе, но потом покачал головой:
- Нет, не помню... Все такое смутное...
- Ладно, ты не расстраивайся. Пойдем уже, а то вся рыба разбежится.
- По полям, по лесам? - засмеялся Сашка и подхватил удочку.
Червей накопали быстро, за несколько минут - розово-красные, они сплелись в тугой комок под сломанной подгнившей доской.

А теперь - прямиком к речке! Босиком, с сандалиями в руках, разглядывая облака и болтая без умолку. И не хотелось ни о чем плохом думать в этот славный ясный денек.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Виталька повел друга к камышам, где он не раз ловил больших лещей и подлещиков. На блесну он попробовал только однажды, но со спиннингом не справился, запутал леску и больше к нему не прикасался. Пусть щуки гуляют свободно, и без них обойдемся!
Солнце ласково согревало юных рыбаков, не докучая особо. Ведь всего восемь утра, а вот в полдень - прячься, кто куда!

- Саш!.. Ты на глубину не кидай, возле камыша лучше! - советовал Виталька, изображая бывалого рыболова.
Но Санька и так прекрасно справлялся. Он ловко забрасывал удочку, с каким-то замысловатым перехлестом. Наверное, даже червяк удивлялся на эти пируэты.

Виталик постоял минут пять, вглядываясь в воду. Казалось, рыбы тут нет, лишь бойко плавают большие черные плоские жуки да водомерки.
По берегу - кусты ивняка, осока, хвощ, камыш. Вода прозрачная, видно, что дно поросло каким-то коротким темно-зеленым, почти черным мхом. Метра на два от берега вода была покрыта сплошным пластом плавающих нитевидных водорослей.
Поплавок замер, покачиваясь на мелкой волне, но уже через несколько мгновений пошла поклевка. Виталик покрепче сжал удилище, пошептал что-то про себя, уговаривая рыбешку заглотить наживку поглубже. Поплавок повело, повело... Потом он резко ушел под воду и тут же выскочил.
- Вот черт... - ругнулся тихо Виталик. - Наверное, червяка сожрала.
Мальчишка выдернул удочку - и впрямь, крючок уже был пуст. Виталька сменил наживку и забросил по новой.
А у Саньки дела шли намного лучше - начался жор. Его поплавок практически не выныривал, и мальчик тянул одну рыбешку за другой, бросая на траву.
- Ты их что, приманиваешь? - спросил Виталик с завистью.
- Нет, они сами лезут! - засмеялся Саня, выдергивая очередную плотвичку. - Бросай крючок ко мне поближе!
Виталька перебрался к нему и встал почти рядом. Через минуту у него в руках затрепыхался карасик, щедро осыпая слизью футболку. Виталька был счастлив - как счастлив любой рыбак, снимающий с крючка добычу.
Сделав небольшой перерыв, Сашка быстро собрал улов, поместил его в проволочный садок, привязанный к колышку, вбитому в землю; и забросил садок в воду.
Через полчаса клев прекратился, как отрезало. Но мальчишкам и так хватало - садок был почти полон, хватит и на уху, и на ужин поджарить.
Теперь можно и искупаться!
Быстро раздевшись до последней нитки и при этом втихаря поглядывая друг на друга, мальчишки отбежали на три десятка шагов вниз по течению, чтобы не распугать рыбу – ведь вдруг еще захочется порыбачить.
Виталик первым вскочил в воду, уже немного прогретую, и призывно взмахнул рукой:
- Давай скорее! Вода - супер!
Саша осторожно шагнул в ворчливый поток, но тут же вылетел обратно, на сухое.
- Ты чего? - спросил Виталик. - Испугался, что ли? Здесь неглубоко!
- Мне нельзя купаться, - негромко возразил Саша, усаживаясь на траву.

У Витальки мигом пропало настроение, и он тоже вылез, даже не окунувшись как следует.
- Что с тобой? - участливо спросил он. - Снова какие-то проблемы начались?
- Да нет... Просто... Я чувствую, что мне запрещен контакт с водой, вот и все.
- Странно... А если дождь?
Сашка задумался, но быстро нашелся и весело сказал:
- Значит, с зонтом ходить!
- Хм, а если надо просто помыться?
Санька еще раз задумался:
- Тогда язычком, как котик!
Виталик, увидев, что мальчик не теряет бодрости, тоже успокоился и лег навзничь позагорать. Пока лежал, косился на своего нового друга. Странности такие – с ночи и по утру он не чуял и не видел, чтоб мальчишка был хоть где-нибудь грязный. Да и за все утро Виталька не припомнил, чтобы у него спрашивали про туалет и рукомойник. Может, Саня сам все отыскал?
Синее-синее небо хлынуло ему в глаза, приманивая своей глубиной и бесконечностью.
- А что ты еще умеешь? - спросил Виталька, расслабленно смежив веки.
- Да я толком ведь ничего и не знаю. Я себя со вчерашней ночи помню, когда ты меня нашел.
- Интересно... Может, ты инопланетянин? Или робот? Фильм такой был, про Электроника. Не смотрел?

Саша лег рядышком, подставив солнцу бледный живот.
- Нет, не помню я никакие фильмы.... Может, и вправду я робот... Давай проверим!
- Ты о чем? - переспросил Виталька.

Саша вместо ответа поднял бледно-зеленый бутылочный осколок и примеривался, как поудобней полоснуть себя по руке.
- Ты что! Выбрось быстро! Совсем с ума сошел! - закричал Виталька, выбивая стекло.
- Ну, как знаешь... - спокойно сказал Саша. - Я просто хотел посмотреть, что там у меня внутри. Вдруг и правда, провода всякие и моторчик?
- Ну и дурак... - обиженно заявил Виталик и отвернулся. Впрочем, долго он так не выдержал. - А ты не пробовал летать? Вдруг получится!
- Не придумывай. Это я уж точно не смогу.
- Ну попробуй! А? Ты же не знаешь точно, что именно умеешь! - настаивал Виталька, оживленно сверкая глазами.
Саша поднялся, раскинул руки в стороны, закрыл глаза... Но, постояв так с полминуты, уселся обратно:
- Видишь, ничего не выходит.
- Понятно... - разочарованно протянул Виталька.
- У меня всего-то два мгновения было, которые я помню, - сказал Саша. - Когда заморозил сам себя, и когда в твоей спальне пожар устроил. Вот и все...
- Постой... А поджечь ты что-нибудь сумеешь? Не случайно, а по своему желанию?
Сашка неуверенно пожал плечами.
- Сейчас проверим! - Виталька вскочил и принялся обустраивать научный эксперимент.
Он притащил длинную сухую ветку, отошел подальше и воткнул ее в землю. А вернувшись к Сашке, сказал:
- Все, поджигай!
Саня скептически оценил состояние друга, как безобидное помешательство, но делать нечего, все равно не отцепится. И мальчик сконцентрировался на ветке. Прошла минута, вторая, но на ней не появилось даже легкого дымка.
Виталька был разочарован.
- Ничего не понимаю... У тебя же так все здорово получалось... Представляешь, чего мы натворить смогли бы, а?
- Чего натворить? - не понял Саша.
- Почем я знаю! Подожгли бы что-нибудь или наоборот, пожары бы тушили! Эх... Может, еще потренируешься?
- Да ну тебя! Дай полежать спокойно... - Сашка раскинул руки в стороны и закрыл глаза, собираясь подремать по-человечески.

Но не тут-то было. Высоко в небе послышался тихий далекий шум, медленно и плавно нараставший.
Виталька встрепенулся и поискал глазами источник. А потом восхищенно прошептал:
- Сашка, смотри, вертолет! Настоящий!
Виталик просто обожал всякую технику, а особенно военную. И упустить шанс полюбоваться на «железную стрекозу» он не собирался.
Черная точка приближалась, а вслед за ней, почти рядом, следовала вторая. Прошло не больше минуты, когда оба вертолета зависли над полем, что раскинулось подле речки. И... пошли на посадку.
Виталик обомлел от счастья - увидеть эти великолепные машины вблизи - это предел его мечтаний. Он обернулся к Сашке, чтобы поделиться с ним радостью, но слова застряли на полдороге. В глазах его друга был тот самый ночной страх...
- Это за мной... - слетело с Сашкиных пересохших губ...

 

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Шасси обеих машин почти одновременно коснулись земли, но еще до этого вниз посыпались парни в камуфляже. Они быстро и споро развернулись в цепь, отрезая все подходы к тому участку речки, где прятались мальчишки.
Но и этого было мало - по пыльной проселочной дороге стремительно мчались две БМП. Виталька сумел определить на глазок, но не был уверен в точном названии.
И когда участок был полностью окружен, за пыльным облаком показалась черная «Волга». Виталик хмыкнул, увидав ее - не могли уж на «Мерседес» наскрести, что ли.

Но шутить быстро перехотелось, потому что Саня, вжавшийся в траву рядом с ним, был ни жив, ни мертв.
- Саш, да не волнуйся ты так... - придвинулся к нему Виталик. - Они ничего не посмеют сделать. Из города куча журналистов приедет, по всем газетам разнесут.
- Не надо меня успокаивать, - ответил Сашка, пряча лицо в ладони. - Они меня уничтожат, я знаю... Ты лучше прыгай в воду и плыви на тот берег. Только побыстрей, может и не заметят!
- Я не предатель, - засопел Виталик.
На этом их спор прекратился, потому что из «Волги» выбрался высокий седовласый мужчина в штатском, но с военной выправкой. Он подошел к командиру спецназа и о чем-то негромко заговорил. Чувствовалось, что именно этот человек здесь самый главный и именно он командует операцией.
Солдаты замерли, взяв наизготовку короткие, будто игрушечные, автоматы. Это оружие Виталик не сумел опознать - на АКМ не похожи и близко, должно быть импортные. Из-за бронежилетов фигуры спецназовцев казались большими, неуклюжими, но это впечатление наверняка было обманчивым.

Штатский вышел чуть вперед, взял поданный ему мегафон и сказал, громко и отчетливо:
- Кунджи, не делай глупостей! Подойди ко мне и тебе не причинят вреда!
- Вы меня убьете! - ответил Саня, не удивившись странному имени, которым его назвали.
- Я обещаю, тебя никто не тронет! Мы поедем сейчас домой и все будет по-прежнему хорошо!
- А кто вы такой? - вмешался в разговор Виталик. Он вовсе не собирался спокойно наблюдать, как его друга пытаются захватить в плен какие-то вояки.
- Я его отец, - спокойно ответил седовласый.
- Вы врете! - немедленно вскинулся Сашка. Его звонкий голос разнесся над рекой и эхом ударился в оба берега.

Штатский смолчал на этот выпад и снова начал свое:
- Мальчик, я тебя прошу, подойди ко мне. Сядем в машину и поедем домой. Ну, посмотри, сколько народу здесь собралось, и все из-за тебя! Разве так можно?
Тон сменился с приказного на уговаривающий, но Сашку так просто не пронять. Он упрямо твердил только одно:
- Я никуда не поеду! Вы меня обманываете, я знаю!
- Ну хоть ты его уговори! - обратился штатский к Виталику. - Я вижу, вы подружились?
- Подружились, ну и что? Он сам должен решить! - ответил Виталик. И покрепче прижался к Саньке.
- Извини, Кунджи, у меня нет иного выхода! - развел руками штатский и взглядом отдал приказ.

Цепь стала медленно сжиматься в полукольцо - солдаты подходили ровным шагом, словно на плацу, но на их лицах застыло почти безразличное выражение. То, что перед ними дети, никого не беспокоило - приказ есть приказ.

Сашка громко и отчаянно закричал:
- Не подходите! Лучше не подходите!
Конечно, его никто не послушал. И когда солдаты были на расстоянии пяти шагов, перед ними занялось высокое, с человеческий рост, зарево. Парень, стоявший ближе других, отшатнулся и прикрыл лицо рукой.
Но на этом Сашка не закончил. Он прищурился, до белых пальцев сжал комья земли. И у солдат из рук выпало оружие. То есть... Виталик даже привстал, чтобы разглядеть получше, как черный металл превращается в жидкость, похожую на ртуть, и стекает на землю, под ноги.
Чудеса...
Саня перевел взгляд на вертолет.
Штатский заволновался, предчувствуя беду:
- Кунджи, прекрати немедленно! Давай поговорим! Мы прекращаем захват!

Но Сашка уже не мог так быстро остановиться. Вертолет затрясло, из кабины выбрался пилот и отполз в сторону на четвереньках. Едва он удалился на безопасное расстояние, машина вспыхнула, словно смоляной факел. Пламя полыхнуло на десяток метров вверх, лопасти скрутило в штопор.
- Вот гаденыш... - ругнулся командир спецназа. - Давайте прекращать эту канитель, пока он здесь всех не перебил, ваш Кунджи-Мунджи...
Штатский ответил:
- Ну, так отводи людей, что уж теперь. Не смогли с налету взять, будем договариваться.
Спецназовцы стали отходить, не теряя достоинства. В отличие от автоматов.
- Кунджи, солдаты уходят, разреши мне подойти ближе! У меня нет оружия! - крикнул в мегафон штатский.
- Вит, скажи ему, пусть делает, что хочет. Я слишком устал... - шепотом сказал Сашка. Он был так измотан, что не мог и спорить.
- Он согласен, подходите! - крикнул Виталик. - Только руки держите на виду!
Это он уже добавил фразу из какого-то детективного сериала.

Штатский не спеша подошел к ним и присел на берег лицом к воде. Достав из кармана платок, одним широким жестом протер лоб и затылок, и лишь затем проговорил, тоже с изрядной долей усталости:
- Кунджи, Кунджи, что же ты делаешь... Вертолет поджег, а знаешь, каких он денег стоит?
- Сами виноваты... - огрызнулся Сашка. - Оставили бы меня в покое, я б никого и не трогал.
- А правда, зачем вы его преследуете? - спросил Виталик, на всякий случай пересаживаясь между Сашкой и этим штатским. - Что он вам такое сделал?
- Мне - ничего. А вот другим... Он не рассказывал тебе, как он появился на свет?
- Ничего я не рассказывал, - сказал тихо Саша. - Я вообще ничего не помню, что до вчера было.
- Вот как... Снова сбой памяти... - внимательно взглянув на мальчика, произнес штатский. - Ну, меня-то ты помнишь?
- Не-а...
- Да-а, дела-а-а, - протянул мужчина. - Тогда придется заново знакомиться. Меня зовут Ярослав Ильич. Я руководитель... скажем так, некой организации, в которой ты жил полгода, с декабря месяца. И чем быстрее ты вернешься к нам, тем безопасней будет и тебе, и окружающим.
- Да что он такое натворил, скажите наконец! Ну, сжег вертолет ваш, так и что? В тюрьму его за это? - горячо вступился за друга Виталик.
Ярослав Ильич закурил, при этом у него отчетливо дрожали пальцы, хоть он и скрывал, что волнуется.
- В тюрьму... Туда и за велосипед попасть можно... Видишь ли, мальчик... Кстати, как тебя зовут?
- Виталий.
- Так вот, Виталий... Твой друг объявился, как я уже сказал, в прошлом году, зимой. В одном маленьком городке Подмосковья. И в единый миг стер с лица земли три квартала. Дома, магазины, школы, фабрику... Два детских сада... Представляешь? Вместо сотни строений - вот такое поле... - он ткнул большим пальцем себе за спину. - Пропало без вести две с половиной тысячи человек.

Виталька замер с открытым ртом. Такое и во сне не приснится...
- И так и не нашли никого?
- Нет. Конечно, никто бы и не догадался, что виновник всего этого кошмара - вот этот маленький мальчуган, если бы он сам не признался первому попавшемуся навстречу милиционеру. Естественно, мальчику не поверили, продержали месяц в больнице. Но в результате все же вышли на нас - и вот тогда все встало на свои места. Кунджи, как ты жил в лаборатории, тоже не помнишь?
- Нет... - растерялся вконец Саша.
- Ты устраивал нам такие концерты, только держись. Пришлось поместить тебя в бетонный бункер. Каждый день, представляешь, Виталик, каждый день он устраивал фейерверки! Молнии сверкали, взрывались плазменные шутихи, вот такие, с мой кулак! Ну и конечно, обычный поджог, без него не обходилось. Правда, проделывал он это не специально. Наши физики не смогли определить вид энергии, которой он пользовался. А сколько он приборов пожег! Хватило бы на три института. А вчера он исчез. Вот и пришлось разворачивать целую армию.
- Как же вы меня так быстро нашли? - спросил Саня.
- Ну, это не проблема, - довольно ответил мужчина. - Тебе под кожу вживили микрочип, всего и делов-то. Теперь ты как на ладони с любого спутника.
- А почему вы зовете его Кунджи? - у Виталика проснулось любопытство.
- Это один лаборант придумал, - усмехнулся Ярослав Ильич. - Говорит, что на тибетском наречии значит – «эфир, вакуум». Я-то хотел Игорьком назвать, но студент этот опередил, так и прижилось прозвище.
- Мне нравится, - заметил вскользь Саня. - Но и Сашей тоже пусть зовут, красивое имя.
- Как скажешь... В общем, Саша, пойдем со мной. Нельзя тебя оставлять одного, ты ведь и сам не знаешь, что можешь сотворить. А вдруг ты устроишь такой маленький ядерный взрыв? Ты думал об этом?
- Ладно... Виталик, ты не обижайся. Я и правда должен пойти с ними... Прощай! Я очень рад, что с тобой повстречался... - обернулся к другу Саша.
Услыхав все это, Виталька расстроился вконец - только подружились, еще и суток не прошло, а уже расставаться! Он даже всхлипнул невзначай и сердито отвернулся, чтобы скрыть блестящие глаза.

Мальчишки неловко пожали друг другу руки, и Ярослав Ильич повел Сашу к «Волге». Виталька поглядел им вслед и спохватился:
- Погодите, а рыба! Возьмите хоть рыбы, пожарите потом!

Не слушая вежливых отказов, он стремглав метнулся туда, где лежали позабытые удочки и пылилась одежда. Пока он возился с садком, добывая его из воды, Саня спросил у Ярослава Ильича, краснея от смущения:
- Скажите... А... А зачем вы сказали, что вы мой отец?..
Теперь смутился мужчина и ответил, старательно пряча глаза:
- Я и сам не понимаю, малыш... Как-то сорвалось, само собой. Просто я слишком часто думал об этом, у меня ведь сын погиб… три года назад... Вот я... Извини, если расстроил тебя...
Сашка не знал, что и делать, горло перехватило, словно кто-то нацепил железный обруч и медленно его сдавливает. Мальчик неловко шагнул вперед и прижался головой к тонкой летней ткани на рукаве у Ярослава Ильича. Тот в ответ молча привлек мальчишку к себе, но тут же отстранил - он не любил и боялся всяческих проявлений чувств.
Но и этого было достаточно. Когда Виталик бежал обратно, сжав в руках и рыбу, и одежду, и удочки, он все это уронил себе под ноги, потому что высоко в небе, прямо под стоящим в зените солнцем, вспыхнул и разлетелся мелкими сочными искрами большой красно-оранжевый всполох фейерверка. Словно салют!
- Кунджи, снова твоя работа? - ласково сощурив глаза, спросил Ярослав Ильич.
- Ага... - Сашка любовался своим творением и в его черных глазах отражались яркие искорки.

Виталька поднял рыбу и без слов ткнул садок в руки Сане. Отвернулся, чтобы не глядеть, как он садится в машину... Лучше не глядеть.
Но случилось иначе, чем он себе рисовал: из машины, словно чертик из табакерки, выскочил молодой парень в очках с толстыми затемненными линзами. Парень размахивал каким-то листком и быстро бежал к ним.
- Ярослав Ильич! Ярослав Ильич!
- Ну, что там у тебя? - недовольно спросил седой.
Парень замялся, переводя взгляд с Сашки на Виталика и делая какие-то знаки глазами.
- Да говори уже, у меня нет от них тайн.
- В общем это... У них спарринг.
- Поясни! - сухо приказал Ярослав Ильич.
- Вот, смотрите, - парень подал ему бумагу с графиками. - У них резонанс частот. У Кунджи всплески стали гораздо реже и хаотичность снизилась на сорок три процента! Причем снижение не останавливается.
- Ты понятней можешь?
- Если они будут и дальше вместе, то Кунджи перестанет вытворять свои фокусы, а возьмет их под контроль, - четко и ясно завершил свою речь парень.
- Вот даже та-ак!.. - протянул удивленно Ярослав Ильич. - И что же теперь мне прикажешь делать?

Виталька боялся спугнуть свою удачу - неужели Сашка останется с ним?! Он даже скрестил пальцы: хоть бы получилось!

Но Ярослав Ильич принял иное решение

 

ГЛАВА ПЯТАЯ

Мужчина стоял посреди дороги, раздумывая, что предпринять в изменившихся условиях. К нему подошел командир спецназа, томящийся все это время в ожидании, и спросил:
- Нам что делать-то? Сниматься с якоря?
- Да. Только оставь пост на въезде в деревню, мало ли кому взбредет в голову проверять, что тут у нас за вертолеты взрываются. Полицию разворачивай обратно, говори, мол, учения. Ну да ты сам знаешь. Держи оборону, пока мы с пацанами не уедем. Виталий, поди сюда!
Виталик шустро подбежал поближе.
- Ты с кем в деревне живешь, с родителями?
- Нет, они в Турции. Здесь только бабушка.
- Вот как... Жаль, хотелось бы с ними поговорить. Но не будем их с отдыха срывать, достаточно и бабушки для начала. Пойдем, показывай дорогу. И соберите всю эту дребедень, несчастная рыбешка от жары скоро вялиться начнет!

Собрав снасти и наконец одевшись для приличия, мальчишки бодро зашагали к своему дому. Ярослав Ильич и незнакомый парень направились вслед за ними.
- Ба, мы вернулись! - закричал с порога Виталька. - У нас гости!
Бабушка выглянула из дому и подозрительно оглядела чужих:
- Здравствуйте. С чем пожаловали? Я уж за детей беспокоюсь, хотела на речку бежать - вон, все взрывается, ужас просто. Как в войну!
- Добрый день, - вежливо склонил голову седой мужчина. - Не волнуйтесь, мы не причиним беспокойства. Как вас по имени-отчеству?
- Валентина Андреевна...
- Очень приятно. Меня зовут Ярослав Ильич, это мой помощник - Паша...
- Павел... - угрюмо поправил его парень.
- Так вот, Валентина Андреевна, у нас к Вам важный разговор, насчет Вашего внука.
- Что он еще натворил?
- Ничего-ничего, все в порядке. Просто нам очень нужна его помощь в исследованиях. И мы хотели бы просить Вашего разрешения отпустить мальчика с нами. Ну, скажем, на месяц-другой.
- Вот еще, удумали! Куда это с вами? У него родители есть, с них и спрашивайте, а я не могу позволить такое! - сразу пошла в атаку бабушка.
- Ба! Да не волнуйся! Я поживу у них недолго и обратно вернусь! - принялся упрашивать Виталик, мигом сообразив, что есть возможность вместо унылой деревенской жизни попасть в какую-то загадочную лабораторию, да еще вместе с Санькой.
- Не разрешаю и всё тут! Вы мне документы покажите, а то мало ли кто такие, ходят тут!
Ярослав Ильич, посмеиваясь, вынул серую книжицу и развернул ее перед бабушкой. Она достала очки из фартука и принялась читать, проговаривая вслух:
- Старший научный сотрудник Академии Наук... Ученый, что ли?
- Да, именно, - подтвердил Ярослав Ильич. - Проводим исследования.
- Дитё-то вам на что?
- У него обнаружены ценные данные для нашего профиля. Проведем несколько экспериментов и сразу привезем обратно.
Ох, напрасно он это сказал! Бабушка сразу выросла на две головы:
- Это что же? Над живым ребенком эксперименты проводить?! Да как вам такое в голову-то пришло! Не пущу! И шагайте отсюда, пока милицию не позвала!

Ярослав Ильич стал серьезен, даже суров:
- Вот что, Валентина Андреевна. Я хотел по-хорошему, но вижу, что этот вариант не пройдет. Мальчика мы забираем, и теперь без Вашего позволения. Родителей мы известим. Всё, разговор окончен. Виталий, пойди собери свои вещи.
Но бабушка была не из тех, кто отступает без боя. Она взяла в руки тяжелую чугунную сковороду и заявила:
- Не отдам мальчонку! Ишь ты, где это видано, без спросу людей воровать? Виталик, беги к Степановичу, звони в милицию!
Но Виталик не слышал, он бросал в сумку раскиданные по комнате вещи.
Саня не хотел вмешиваться в происходящее, чувствуя, что Ярослав Ильич не совсем прав. Нельзя угрожать, надо договориться миром.
Но мужчина вынул рацию и сказал:
- Двое ко мне! Быстро!

Минут через пять, что прошли в томительном молчании, в дом ворвались два бойца из тех спецназовцев.
- Парни, придержите эту гражданку, пока мы не покинем деревню. Потом можете быть свободны, - приказал Ярослав Ильич. - Так, пацаны, собрались? Тогда вперед!
- Ба, извини меня, я должен поехать с ними! - чуть не плакал Виталик. Ему было жаль бабушку, но и оставаться не было ни малейшего желания.
- Я во все газеты напишу! Я на телевидение жаловаться буду! Если с ним что-то сделаете, я вам такое устрою! - злилась Валентина Андреевна, но ее придерживали, правда, со всей осторожностью, на какую были способны спецназовцы.
Почти бегом, стараясь укрыться от любопытных глаз сельчан, Ярослав Ильич добрался к «Волге» и усадил в нее мальчишек. Павел прыгнул рядом с ними, и машина помчалась, насколько позволяли колдобины и рытвины.

За деревней дорога пошла ровнее. А вскоре выбрались на шоссе, там скорость и вовсе поднялась за сотню.
- Потише, потише, слишком ценных пассажиров везешь, - придерживал водителя Ярослав Ильич.
- Ничего, довезу в лучшем виде! - спокойно отвечал тот.

Виталька был счастлив, хоть и грыз душу маленький червячок - нехорошо получилось с бабушкой-то, нехорошо...
- Надо папе с мамой позвонить, а то волноваться будут, - сказал он.
- Да, пожалуй, ты прав. Еще примчатся, если бабушка твоя до них первая дозвонится. Ладно, в аэропорту я этим займусь.

Значит, они едут в аэропорт! Витальке и эта новость пришлась по душе - он еще ни разу не летал на самолете! Нет, определенно - каникулы у него удались на славу!
- Что ж ты рыбу свою не захватил? - насмешливо спросил Виталика седой. - Носился с ней все утро и забыл?
- Да ну ее! Я бабушке оставил, пусть сама разбирается. Теперь у меня другие заботы.
Паша покосился на него:
- И ты даже не представляешь, какие.
- Не пугай его раньше времени, - осадил ретивого помощника Ярослав Ильич. - Ничего такого страшного не будет, не волнуйтесь. Кунджи, ну а ты как? Что чувствуешь?
- Голова разболелась, - вяло ответил Санька. - Пытаюсь хоть что-нибудь вспомнить.
- И как?
- Бесполезно... Будто черное одеяло висит...
- Не расстраивайся, малыш, все восстановится.
- Ярослав Ильич, а Вы определили, кто же он такой? - спросил Виталик, сжимая Сашкину руку. - Может, из параллельных миров?
- Ну, эту версию мы рассматривали в числе первых. Но не смогли ни подтвердить, ни опровергнуть. Оставили в качестве рабочей гипотезы. Равно как и версию про инопланетян.
- А он не робот?
- Нет. Вот это уж точно нет. Он обычный мальчишка, такой же, как и ты. И внутренности у твоего друга самые что ни на есть человечьи.
- Ну да, и внешности тоже, - задумчиво протянул Виталька. – Такие все детали у робота нарисовать, наверно, не получилось бы…
Сашка незаметно улыбнулся и покосился на друга. Он уже ощутимо расслабился - ну, хоть не железяка он, а живой мальчик, со всеми настоящими «деталями». Уже хорошо!
Так, за разговором, никто кроме водителя и не заметил, как машина въехала на территорию аэропорта.

 

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Их пропустили на удивление быстро, едва Ярослав Ильич предъявил удостоверение, но на этот раз темно-вишневого цвета. Охрана провела всех прямиком на летное поле, не задавая лишних вопросов.
На полосе стоял в ожидании АН-24. Самолет казался небольшим и хрупким, но это впечатление быстро рассеялось, стоило подойти к нему вплотную.
Подъехал трап и первым вовнутрь побежал Виталик, шустро прыгая по ступенькам.
- Эй, полегче, не спеши! - крикнул ему вдогонку Ярослав Ильич. - Саша, ну ты хоть присмотри за своим приятелем, мне за ним не угнаться.
- Ладно, - коротко ответил Сашка и тоже взошел на трап.

Внутреннее убранство самолета в корне отличалось от Виталькиных представлений. Здесь не было рядов кресел, не было улыбчивых стюардесс. Кресел оказалось ровно четыре - по числу пассажиров. Они стояли на значительном расстоянии друг от друга, а между ними была проложена ковровая дорожка, вклеенная в пол.
- Ну, присаживайтесь, что стоите? - сказал Ярослав Ильич, когда за ним был закрыт люк. - Я буду за стюардессу, если позволите.
И рассмеялся собственной шутке.
- А что, больше никого не будет? - растерянно спросил Виталик. - Это президентский самолет, что ли?
- Ну-ну, не до такой же степени. Но в принципе ты прав, этот самолет предназначен для чрезвычайных полетов. И не всякий сможет попасть на его борт. Так что пристегивайтесь и получайте удовольствие. Правда, лететь не слишком долго, часа за три прибудем на место. Может, хотите пить? Там в баре - соки, минералка или кола. Выбирайте на вкус.
Мальчишки сели рядом друг с другом, а Ярослав Ильич - с Павлом.
Виталик, прежде чем щелкнуть пряжкой ремня, потянулся к боковой стойке. Отодвинул ее и добыл запотевшую бутылочку колы, холодную, влажную - именно то, что требуется в такой жаркий день.
- Саш, будешь пить? - предложил он другу и, не слушая его ответа, разлил воду в два стаканчика. - Держи!..
Сашка принял стакан, глотнул - пузырьки газа зашипели на языке, приятно защипали. Потрясающее чувство.
Виталька с улыбкой проследил за его реакцией и лишь потом пригубил сам.
Пока они дегустировали бар, самолет завибрировал и плавно пошел по бетонке, выруливая на взлет.
- Ребята, заканчивайте, на взлете надо быть внимательным, - предупредил их Ярослав Ильич.

Мальчишки послушно отставили опустевшие стаканы на место. У Виталика отчаянно забилось сердце - сейчас он взлетит! Саня был более сдержан, но ведь и он летел впервые. Или нет? Он не мог ответить на этот вопрос - чувства и интуиция молчали, а уж память и подавно.

Гул стал таким громким, что заложило уши. Пацанов вжало в кресла - самолет отрывался от земли. С басовитым гудением, словно огромный шмель, он уходил все выше, оставляя под крыльями разогретый солнцем бетон.
Едва самолет выровнялся, Виталик отвернулся к иллюминатору, прильнул носом к прохладному стеклу и глядел, как дома превращаются в спичечные коробки, а машины - в божьих коровок.

Но уже через полчаса похожие на комья серой ваты облака скрыли землю, и Виталик заскучал. Нет, поездом было бы веселее, наверное. Рельсы стучат, проводница ругается, а то еще кто-нибудь стоп-кран дернет - зевать уж точно не придется.
Виталька почесал нос и громко спросил:
- Ярослав Ильич, а в самолете есть стоп-кран?
Этот вопрос застал мужчину врасплох, но смекалка и на этот раз не подвела:
- А как же! Вон там, в хвосте. Только он не красный, а синий.
- Шутите, ага? - слегка обиделся мальчишка. - Самолет нельзя остановить в воздухе, а то упадет сразу.
- Да ну вас... «Упадет, упадет...» Нашли о чем говорить... - Сашка сидел с закрытыми глазами, чтобы даже случайно не посмотреть в иллюминатор, залитый оранжевым солнечным светом.
- Ты что, боишься? - спросил Виталька. Он даже представить не мог, что у Сашки может обнаружится боязнь высоты.
- Да нет... Просто... Скорей бы приземлиться... - дернул щекой Сашка, не раскрывая глаз.

- Ярослав Ильич... - полушепотом обратился к седому Павел. Он держал на коленях раскрытый чемоданчик, который все время носил с собой.
- Что там у тебя? - расслабленно спросил седой.
- У Кунджи дисбаланс возрастает...
- Ну, и что это значит?
- Я пока не уверен... Мальчишка снова теряет контроль, могут возникнуть неприятности.

Ярослав Ильич расстегнул ремень и привстал:
- Саша, у тебя все в порядке? - обернулся он к мальчику.
- Не знаю... Вроде... Укачало немного... - слабо проговорил Санька. Он был белый, словно мел.
- Потерпи, всего два часа осталось, - попросил Ярослав Ильич.

Сашка потянулся к руке Виталика, но ухватиться не успел...

Самолет весьма ощутимо тряхнуло. Один из двигателей, правый, задымил и тут же полыхнул багрово-фиолетовым пламенем.
Виталик издал смешной курлыкающий звук, будто его кто-то щекотнул под ребра. В голове заплясали обрывки мыслей, ничего не значащие. Испуг полностью охватил все его существо, уничтожая даже слабую попытку хоть что-то предпринять.
Тем временем самолет уже трясло так, словно он катился по ледяной горке, небрежно залитой пьяным дворником.
Из кабины появился на миг второй пилот, оглядел пассажиров и сказал:
- Небольшие неполадки, мы пытаемся выровнять машину. Пристегните ремни, затем наклонитесь вперед и прижмите голову к коленям. Сохраняйте спокойствие.
Он говорил без волнения, но обстановка была понятна и без его объяснений. Поскольку пассажиры не задавали вопросов, пилот скрылся в кабине.
- Кунджи, снова ты?.. - раздраженно вскрикнул Павел. - Долго ты над нами издеваться будешь? Теперь и вовсе решил угробить?
- Оставь его, ты же видишь, он не в себе, - вступился за мальчика Ярослав Ильич. - Саша, успокойся, глубоко дыши. Постарайся, я тебя прошу!

Но Саша ничего не слышал. Он сжимал тонкими пальцами подлокотники кресла, оставляя бороздки от ногтей на пластике.
Через миг оглушительно взревел второй двигатель, левый.
Самолет клюнул носом и стал терять высоту.
Пол накренился...
Виталик от испуга пришел в себя. В уши кто-то вставил пробки, заглушившие свист, грохот и рычание за бортом. Но дым, валивший из двигателя, оставлял густой черно-сизый шлейф, не заметить который было невозможно.
- Мы падаем? - задал Виталик наивный-наивный вопрос, не обращаясь ни к кому конкретно. - Сашка! Твои штучки? А ну, просыпайся давай! Сейчас как грохнемся!
Он затряс друга за плечо, да так, что у того голова едва не отвалилась. Но именно это привело Саньку в чувство. Раскрыв глаза, он недоуменно оглядел салон, вставший уже почти вертикально.
- Осталось минуты две, от силы... - прошептал Ярослав Ильич. - Как глупо...

А у Сашки глаза стали ясными, словно две капли утренней росы. Он беспечно улыбнулся и потянулся, как от долгого сна. Затем слегка напрягся, выпрямился и крепко ухватил Витальку за руку. И крен стал уменьшаться, словно неведомая сила взяла самолет в большие мощные ладони перед самой землей. Медленно, с натугой, самолет начал набирать высоту. На горящих двигателях!..
Ярослав Ильич кинулся к иллюминатору.
- Кунджи! Молодец! Ты справился! Давай, малыш, поднимайся повыше! Павел, беги в кабину, узнай, на какой высоте задержать подъем. В общем, командуй оттуда!
Павел встал в дверях и начал передавать указания командира экипажа.
Самолет занял выделенный ему эшелон, словно никаких неполадок и в помине не было. Диспетчеры на земле, должно быть, посходили с ума, прокладывая коридор для них.
Еще через полтора часа самолет подошел к аэропорту назначения. Это был маленький городок, принимавший только специальные рейсы, о которых знали лишь посвященные.
- Кунджи, давай попробуем посадить машину? - негромко, чтобы не спугнуть столь чуткие к потрясениям неведомые силы, произнес Ярослав Ильич.
Мальчик кивнул. Он плотно сжал зубы, сдерживаясь из последних сил. Слабость одолевала его, сковывала, но теперь Виталик взял его горячую ладошку в свою - и от него к Сашке словно пошла подзарядка энергии.
- Начинаем снижение! - скомандовал Павел, повторяя слова командира. - Медленно и плавно!

Затем, регулируя направление, вправо-влево, вверх-вниз, они все вместе вывели машину на посадочную полосу.
И когда бетон зашуршал под колесами, всех охватила такая ликующая радость, что еще долго не могли успокоиться, даже когда машину стали заливать пеной.
Мальчишки съехали вниз по страховочному трапу. Причем Виталька вовсе был не прочь прокатиться по нему еще.

К самолету подъехал потрепанный УАЗик.
- Это за нами, - Ярослав Ильич снова стал серьезен и величав. - Полезайте внутрь, прокатимся.
Он по-военному крепко пожал руки уставшим пилотам, поблагодарил за удачное приземление. Но рассказывать, кому они обязаны неполадкам, естественно, не стал.

УАЗик помчался на восток, в обратную от солнца сторону, туда, где уже начиналась ночь и где небо заливала густая синева...

 

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Дорога здесь имела чисто символическое название. Наверное, любая другая машина уже давно растеряла бы все свои четыре колеса, но выносливый УАЗик деловито трясся по грунтовке, ведущей куда-то в темень.

- Далеко еще? - полусонно спросил Виталик.
- Да нет, здесь все рядом, - ответил Ярослав Ильич. - Аэродром потому и построили так близко, чтобы при случае по степи не плутать.
- А это что, степь? - заинтересовался Саня, уже пришедший в себя после опасного и тяжелого перелета.
- Она самая. Видишь, ни домов, ни людей. Да вы не пугайтесь, ребята, скучно не будет, я обещаю.
Виталик и вправду уже давно затосковал по дому, а ведь прошло-то всего ничего, один денек. Что дальше-то будет?

Дорога освещалась дальним светом фар, и это был единственный лучик, если не считать большого лунного пятна в размытых темных облаках.
- Вон, смотрите, подъезжаем! - Ярослав Ильич указал на длинное приземистое здание, окруженное бетонным забором. - Нам туда...

Виталька приоткрыл окошко и вдохнул прохладный ветер, ударивший в лицо. Сквозь заслезившиеся глаза он разглядывал унылый забор, проносящийся справа от них, и пытался сообразить, как же его угораздило заехать в такую глушь. Здесь не то что телевизор, даже радио, наверное, не ловит! Вот дурак-то, ну и дурак... Хорошо еще, Санька рядом, сопит. А то совсем одиноко было бы...

Машина притормозила перед выкрашенными в зеленый цвет воротами. Водитель даже не успел дать гудок, как приоткрылась небольшая калитка и вышел охранник. Его белая рубашка с короткими рукавами выглядела по-праздничному, особенно на фоне серого трехметрового забора.
Охранник подошел не спеша. Его цепкие внимательные глаза сразу узнали начальника, но он не подал и виду. Действуя строго по инструкции, парень изучил поданное ему удостоверение, заглянул внутрь, пробежался взглядом по слегка заробевшим мальчишкам. И лишь затем взмахнул рукой. По этому знаку ворота плавно спрятались в стену, оглашая степь страшным железным скрежетом - давно не смазывали их, что ли?..

Виталик случайно поглядел наверх и зацепился взглядом за ряды колючей проволоки, пущенной поверх забора. И подумал: а ведь сбежать-то отсюда уже нельзя! Холодок промчался меж лопаток, и рука сама нащупала Санькину ладонь.

- Что-то вы совсем приуныли, а? - обернулся к мальчишкам Ярослав Ильич. - Это только снаружи так, а внутри обстановка поинтересней.

Машина въехала в ангар с полукруглой крышей, похожий на летный. Внутри все было завалено каким-то ржавым хламом - станки, железки, всякие балки, изогнутые причудливыми узлами рельсы.
- Это для маскировки, не обращайте внимания, - пояснил Ярослав Ильич. - Ну, прыгайте, приехали!

Он вышел первым, потянулся, разминая затекшую спину. Павел закрыл чемоданчик, выбрался следом. Ну а мальчишкам сидеть в пустой машине и вовсе не было резона.
Раздался новый звук - плавно загудел невдалеке невидимый мотор, словно в лифте. И тут же раскрылась дверь, столь удачно спрятанная, что и не разглядеть даже стоя с нею рядом.
- Входите, входите, не задерживайте движение, - приговаривал Ярослав Ильич, подталкивая гостей вовнутрь.
Это и вправду оказался лифт - большой, в высоту метра три с половиной. Он натужно закряхтел и потащился вниз, под землю.
Лампочка пару раз мигнула блеклым желтоватым светом, но гаснуть передумала.
Виталик с лифтами был знаком не понаслышке и определил на глазок, что спустились этажа на три-четыре.
- Ярослав Ильич, - спросил он, - а как же Санька отсюда сбежать сумел, если все так охраняется?
- Да мы уже и так не знаем, что и думать, - нехотя ответил мужчина. - Охрана ничего подозрительного в тот день не заметила. Камеры наблюдения отключились на полминуты, потом заработали, как ни в чем не бывало. А пацана уже и нет... Странная история...
Сашка загадочно улыбнулся, но ничего не сказал. Впрочем, он и вправду не помнил, как оказался в нескольких сотнях километров от этой базы, на берегу небольшой речушки.

Лифт остановился, покачался на пружинах. Двери разъехались в стороны, и перед ними протянулся длинный коридор.
- Пойдем дальше, ребята, - Ярослав Ильич продолжил путь.
Где-то посреди коридора им навстречу выглянул щуплый мужчина лет тридцати в синем халате с оттопыренными карманами.
- С возвращением, Ильич! О. Вижу, удачно съездил! Кунджи, здравствуй, малыш! А мы тут все уже соскучились. Ты где пропадал-то? И друга себе нашел!
Мужчина оживленно разглядывал мальчиков, но усталость в его глазах никак не сочеталась с этим напускным весельем.
- Потом, потом, Сергей, дай ребятам отдохнуть с дороги. Ты проводи их в комнату Кунджи, где он жил. А я к Первому, на доклад. Павел, ты со мной, покажешь свои наработки и расчеты.

Ярослав Ильич дружески похлопал Виталика по плечу, на мгновение прижал к себе Саньку, и быстрым шагом продолжил путь по коридору.

- Ну, пошли, пацаны! Ночь уже, а вам еще поужинать не помешает. Есть-то хотите? - мужчина по имени Сергей был предельно добродушен.
- Ага, мы и обед пропустили. С этими самолетами... - сказал Виталик.
- Ну, ничего, ничего. Пошли!

Сергей повел пацанов какими-то замысловатыми путями, пересекая большие комнаты, заполненные гудящей электроникой. Народу внутри почти не было - изредка встречался кто-то из персонала, но все были слишком заняты работой.

- Вот ваша комната, располагайтесь. Кровать, правда, всего одна, но думаю, поместитесь. Сейчас принесут ужин, - сказал Сергей, когда привел наконец-то мальчишек в небольшую уютную комнатку.

Стены были стерильно-чистые, белого больничного цвета, зато потолок - сплошь в черных пятнах от копоти и сажи.
- Видишь, Кунджи, твоих рук дело, - усмехнулся Сергей, заметив любопытные взгляды мальчишек. - Не помнишь, как молнии запускал? У-у, здесь все так сверкало, что мы за тебя бояться стали. Но ты делал все аккуратно, сам себя не поджарил, молодец. Только одёжку всю спалил, мы еле нашли тебе новую. И потолку вот досталось. Кстати, стены здесь не деревянные - сплошной бетон и металл, так что можешь снова устраивать, что пожелаешь, хе-хе. Но одёжки на тебя новой уже не будет. Да и так ли нужна тебе она?.. Ну, в общем, не скучайте. А мне пора, дела, дела!..

Наконец замолчав, Сергей окинул обоих быстрым суетливым взглядом и удалился, зато вместо него вошла девушка с большими синими глазами. Она молча поставила на стол поднос, уставленный тарелками, и вышла, не проявив ни тени заинтересованности. «Странная», - только подумал Виталик. И первым ринулся на штурм котлет с картошкой.
- Не знаю, мне пока что нравится, - с полным ртом сказал он. - И чего ты отсюда сбежал, не понимаю.
Саша молчал, только глядел на потолок, пытаясь оживить в памяти дни, что он провел здесь в заточении. Потом ответил:
- Вот поживем хоть недельку, тогда и видно будет. Может, и тебе сбежать захочется.
Виталик посерьезнел:
- Да я уж думал... Отсюда ведь так просто не сбежишь... Ладно, давай лучше спать, я на ногах не держусь.
Кровать оказалась не такой уж широкой, мальчишкам пришлось изрядно покрутиться, прежде чем они перестали цепляться локтями и коленками. Наконец, притиснувшись друг к другу поплотнее, оба угомонились.
База жила своей жизнью - за стеной кто-то ходил; доносилась негромкая речь; мерно попискивали приборы. Но ничего этого мальчишки не слышали, их сморил живительный и восстанавливающий силы сон.

 

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Виталик открыл глаза и долго не мог понять, где он находится. А когда увидел прямо перед носом белобрысый затылок, тут же все вспомнил, мигом откинул покрывало и вскочил. Мальчик был радостно возбужден, хотелось куда-то бежать, что-то делать - лишь бы не оставаться в этой маленькой комнатке с потолком, полностью покрытым приглушенным светом.
Он обернулся к кровати, где, тут же вовсю раскинувшись, посапывал Саша. Появившееся было у Виталика намерение растормошить друга быстро исчезло, так спокойно было его лицо и расслаблено тело. Под тусклым светом от лампочек по углам ему казалось, что и от его друга исходит еле заметное сияние. Как тогда, на речке в кустах, но неяркое. «Он и так намучился, пусть еще дрыхнет, подзаряжается...» - подумал Виталька и отошел ко входной двери.
Интересно, еще ночь или уже утро? Хоть бы одно окошко оставили! Ах да, база же под землей.
Что может быть интересней, чем ночная прогулка по жутко засекреченной военной базе? Или не военной, да впрочем, это и не важно.

Виталька приоткрыл дверь, ожидая со страхом ответный скрип. Нет, петли превосходно смазаны - дисциплина здесь и вправду строгая.
Но выйти даже за порог у любопытного мальчишки не получилось - ему навстречу попался сам Ярослав Ильич. И что ему не спится?

- Здравствуй, путешественник. Куда собрался? - с привычной насмешкой спросил он.
- Да, это... Ну... Надо мне, в общем... - замялся Виталька, придумав на ходу причину.
- Понятно. Это прямо по коридору, последняя дверь. Там сбоку свет включается. Не заблудишься?
- Не-а, - мотнул головой Виталик и спросил: - А сколько сейчас время?
- Пять утра. Поднялся ты рановато, еще спать и спать. Кунджи как, не спалил комнату?
- Нет, все в порядке. Он еще спит.
- Ну, вот и замечательно. Ты иди, куда собирался, а я к нему загляну.

Виталька выбежал в коридор - в туалет и вправду захотелось. Когда он возвратился, Ярослав Ильич сидел на кровати, держа в руке Санькину ладонь, и внимательно вглядывался в спящего мальчика.
- Тшшш, не шуми, - прошептал он. - Укладывайся тоже, пару часов можешь подремать.
- Ярослав Ильич, а я думал, вы тут самый главный, - тихо сказал Виталик, раздеваясь. - А есть еще какой-то Первый. Вы к нему на доклад еще ходили, помните? Он здесь, на Базе?
- Ты слышал про такую вещь, «телефон» называется? - с иронией спросил Ярослав Ильич. - Так вот, доклад я делал по телефону, только и всего. А где находится кабинет Первого, это даже мне неизвестно. Но в одном ты прав, на этой Базе я действительно главный. Ну, хватит разговоров, ложись. Вас разбудят в восемь, а после завтрака начнем исследования. Не волнуйся, с тобой и твоим Санькой ничего не случится. Кстати, вам не тесно? Может, кровать пошире организовать?
- Да нет, нам нормально, - беспечно отмахнулся Виталька, но спрятал глаза.
- Ну ладно, как скажешь. В тесноте, да не в обиде, правда же? – усмехнулся Ярослав Ильич. Он погладил Витальку по голове, помог укрыться и вышел, плотно прикрыв за собою дверь.

* * *

Павел, помощник Ярослава Ильича, зашел в половине девятого. Он не стал церемониться и по очереди тряхнул за плечи разоспавшихся пацанов.
- Просыпайтесь, люди уже полдня как работают, вас ждут! Быстро умываться, одеваться, питаться - и за дело!

Виталька недовольно раскрыл глаза - и чего это Паша раскомандовался? Генерал нашелся!
- Встаем, встаем... - пробормотал он и стал одеваться, промахиваясь мимо рукавов.

Сашка поднялся свежий, выспавшийся, словно за ночь у него восстановились не только силы, но и весь он сам целиком, с головы до голых розовых пяток.
- Виталька, мне такое снилось! - мечтательно сказал он, потягиваясь. И стал вертеть головой, озираясь с нарастающим недоумением - А где это мы?
- Ты снова забыл, что ли? - посочувствовал ему Павел. - На Базе нашей родной, где ж еще. Сейчас тебя врачи посмотрят, анализы там всякие возьмут. Ну, и тебя тоже проверим заодно, Виталий.
- А меня-то зачем? - заробел Виталька.
- А вдруг ты какой вирус к нам затащил.

Вошла та же девушка, что приносила ужин. Она снова поставила поднос на стол, бросила внимательный взгляд на Павла и вышла. Мальчишки ее интересовали куда меньше, чем этот парень.
- Я зайду через полчаса. Эй, куда за стол! А умываться? - Павел легким подзатыльником отправил Витальку за дверь.
С Сашкой он не решился так поступить, помнил о его способностях. Еще превратит в кучку сажи...

Виталька, вернувшись из ванной, сел за стол и оглядел принесенные блюда. Да что они все, сговорились что ли! И здесь молоко! Но, поскольку бабушка осталась в деревне, он решительно отодвинул теплый стакан. Зато омлет оказался вкусным, и добавка бы не помешала.
Санька тоже ел с аппетитом, стреляя глазами по закопченному потолку. Неужели и вправду все это он устроил?..

- Ну, вы готовы? - Павел появился ровно через 30 минут, как и обещал. - Пойдем, вас уже все ждут.

У Витальки задрожали коленки. Врачей он не переносил, особенно все эти штучки с прививками. Но виду не подал - не хватало еще, чтобы Санька принял его за труса!

* * *

Павел извилистыми коридорами провел мальчишек почти через всю Базу, пока добрались до мед. лаборатории.
- Входите, входите! - весело ответил кто-то на его стук в дверь.
- Вот, принимайте, - Павел протолкнул замешкавшегося Витальку внутрь. Саша вошел следом в залитую ярким светом комнату.

В ней все напоминало больницу, даже воздух был пропитан лекарствами. Кушетка и ширма возле нее, столик, шкаф со стеклянными дверцами - и все белое, блестящее.

- Ну, кто самый смелый? Подходи! - все так же весело произнес молодой человек с чеховской бородкой. Он был в белом коротком халате, больше похожим на курточку.
Увидев, что мальчишки не торопятся, доктор сам подошел поближе:
- Ну, что же вы? Уколов не будет, это я вам обещаю. Кунджи, ты меня не помнишь уже? Мы ведь часто общались, когда ты здесь жил.

Санька наморщил лоб, но память упорно не возвращалась.
- Не помню я вас, - буркнул он.
- Что делать, будем знакомиться заново. Меня зовут Виктор Андреевич. Павел, ты иди, иди, мы тут дальше сами! Не смущай ребят.
Павел скептически хмыкнул, но поспешил за дверь - наверное, он тоже не любил медицину, как и всякий нормальный человек.

- А тебя зовут Виталик. Правильно? - доктор обернулся к Витальке и приобнял его за плечи. - Давай-ка мы с тебя начнем, чтобы не задерживать. Сам понимаешь, Кунджи надо повнимательней поизучать, а с тобой мы быстро. Раз-два, и гуляй себе...

Так, приговаривая, доктор подвел Витальку к кушетке и аккуратно уложил на нее, предварительно заставив полностью раздеться.
Виталик с трепетом ждал, что же будет дальше. Ох уж эти коварные врачи! Сначала как специально заставят стесняться, потом начнут тебя щупать и в рот смотреть. Да еще и уколют чего-нибудь болючего.
Поначалу Виктор Андреевич измерил давление, насмешив Витальку резиновой грушей-пшикалкой. Потом сунул в подмышку термометр. А затем налепил на тощую грудь цветные штуковины, которые назвал кардиограммой. А закончилось все, само собой, стеклянным шприцем - доктор взял кровь из вены, чем сильно расстроил Витальку.

- Ну, вот и все! Гуляй себе. А мы тут с Кунджи займемся делами.
- Можно, я останусь? Мне все равно скучно одному, - попросил Виталик, опустив руки перед собой и сложив их в замок.
- Да оставайся, только сядь вон в уголке, не мешайся, - позволил доктор и вычеркнул Виталика из своего кругозора.
Бедный щуплый Санька попал к нему в руки и теперь, сколько ни трепыхайся, доктор изучит его каждый сантиметр вдоль и поперек, от пяток до макушки!..
Виталик сидел между стеклянным шкафом и стеной, поглядывал на «мучения» друга и изредка зевал.

Наконец, через полтора часа, доктор отпустил и Кунджи.
- Все, ступайте к себе в комнату, а я сообщу Ярославу Ильичу, что закончил с вами. Он подойдет и расскажет про дальнейшие планы. Не заблудитесь? Дорогу найдете? Или вызвать Павлика?
- Нет, не надо, я помню! - заторопился Виталик и вытолкнул Саньку из кабинета. Вот еще, нужен им сопровождающий, если есть такой шанс послоняться по Базе самим!
Только вот… Одеться ж они совсем забыли! Виталик заглянул обратно в кабинет.
- Извините, я за одежкой. Мы забыли, а Вы не напомнили.
- А я и не должен был. Она теперь подлежит утилизации.
- Ути… чего?
- Уничтожению, потому что попала сюда извне бесконтрольно. Вам новую выдадут. Или нет, - Виктор Андреевич пожал плечами, рассматривая что-то в своих пробирках. – Кунджи и так везде тут ходил. Наверное, тоже не помнит?
Виталька задумался и вышел из кабинета. Посмотрел на Сашку:
- Всё, Санька, хана… Даже трусы не отдал. И как же теперь?

- Ну и ладно, - так же безразлично, как и доктор, пожал плечами мальчик и двинулся по коридору.

 

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Мальчишки шли по выбранному Виталькой маршруту, что весьма отдаленно напоминал истинный путь. Сам Виталик шарахался к стенке каждый раз, когда им кто-то попадался на пути. Санька же спокойно шагал по коридорам, но останавливался, чтобы дождаться друга. На них поглядывали, но никто не заговаривал - словно такие экскурсии здесь были в порядке вещей.
Здесь все было интересно! Огромные зеленые ящики с мигающими лампочками и светящимися экранами; столы, заваленные какими-то призмами и шарами; компьютеры, мало похожие на тот, что стоял дома у Витальки. И все хотелось потрогать, нажать, да хотя бы просто коснуться хоть кончиком пальца!

Виталька и коснулся. Он собирался нажать какую-то малоприметную оранжевую кнопочку, но тут же получил по руке от проходившего мимо дяденьки.
- Смотреть сколько влезет, а руками не трогать! - строго сказал он и направился дальше, сосредоточенно глядя в папку, что держал в руках.
Виталька покраснел от двойного стыда, но больше ничего не трогал. Санька только посмеивался. Ему было почти безразлично, что творится на Базе, и за Виталькой он ходил просто за компанию и чтоб тому не страшно было. Виталику даже показалось, что его друг вспомнил, как жил тут раньше. Поэтому-то и ходил тут спокойно голышом, никого не стесняясь, как будто по привычке. Но Сашка на самом деле ничего не вспомнил. Просто до своего внешнего вида ему не было никакого дела. Что ж, как бы то ни было, Витальке к такому виду теперь тоже придется привыкать.

Они уже почти подходили к той комнатке, где провели ночь, как вдруг...
Раздался громкий заунывный звук, замигали красные лампы под потолком. Виталька даже присел от неожиданности.
Вокруг забегали люди, но без паники, а как-то слаженно, словно каждый знал, что ему надлежит делать. В руках у многих появилось оружие, белые халаты сменились зелеными куртками.

Виталик закричал, пробиваясь сквозь вой сирены:
- Что это?! Твоя работа?!

Но Санька замотал головой - он тоже ничего не понимал. Мальчишки смотрели на эту чехарду, забившись в уголок, чтобы не путаться под ногами.
Сирена не умолкала, заглушая собою все.

- Вот вы где! - прокричал Павел у них над ухом. Он появился незаметно, схватил мальчишек за плечи и снова крикнул: - Быстро за мной! Бегом!
- А что случилось? - спросил на бегу Виталик, пытаясь угнаться за Павлом. Ответа он не дождался, а переспрашивать не стал – и так дыхание сбилось.
Пробежав по опустевшим коридорам, Павел втолкнул мальчишек в небольшую комнатку, где собрались человек пять. Они сгрудились у стола с большим экраном и оживленно что-то обсуждали. Лишь Ярослав Ильич сидел за столом молчаливо и сосредоточенно.
Едва появились мальчишки, он махнул им рукой, подзывая к себе. Присутствующие расступились и Виталька с Сашей придвинулись ближе.
- Кунджи, ты ничего не хочешь нам сказать? - спросил Ярослав Ильич. - Это твоих рук дело? Что происходит?
- Я сам ничего не понимаю, честное слово! - Санька сложил руки на груди для убедительности.
- А что происходит-то? - спросил Виталик, разглядывая экран. Там сновали красные, зеленые, желтые точки. Огоньки метались хаотически, на первый взгляд. Но присмотревшись, можно было определить какой-то ритм.

Ярослав Ильич потер лоб и объяснил:
- Несанкционированное проникновение на Базу. Периметр не нарушен, внешняя охрана ничего не заметила. Чужие взялись буквально из ниоткуда! На экране - вся База, все уровни. Зеленые и желтые точки - это наши сотрудники и внутренняя охрана. А красные - чужаки. Их больше дюжины. Видите, они сейчас все на нижнем уровне, пробираются к центру и к уровням управления. Мы попытаемся войти с ними в визуальный контакт, но это может быть опасно. В любом случае, у нас осталось тридцать минут на ликвидацию угрозы или на эвакуацию персонала Базы.
- А потом? - спросил Виталик. Он слушал, приоткрыв рот, словно смотрел американский боевик.
- Потом... Потом будет включена система уничтожения Базы. Никто не должен проникнуть за ее пределы. Вот такая у нас ситуация...

Затрещала рация, и Ярослав Ильич стал слушать доклад.
- Продолжайте... - ответил он и отключился. И добавил для присутствующих: - странное дело... Мы уже подошли к ним почти вплотную, но никого не видно! Словно эти парни - невидимки какие-то. Они просачиваются сквозь кордон, как вода в сито.
Затем он немного подумал и отдал команду:
- Ввиду неустановленности противника и превосходства его над нашими силами приказываю - Базу ликвидировать. Прошу освободить командный пункт и собраться всем на вертолетной площадке.
- А Вы? - спросил Павел явно не по уставу.
- Остаюсь для контроля за ликвидацией, до трехминутной готовности.

Конечно, сирена по-прежнему разрывалась над головой, но в комнате словно повисла тишина - все понимали, что малейшая задержка - и Ярослав Ильич не успеет выбраться. Однако, здесь как на флоте - капитан покидает корабль последним.
Один за другим, пряча глаза, люди стали выходить.
- Павел... Присмотри за мальчишками, поручаю их тебе, - сказал Ярослав Ильич, щелкая тумблерами и с тревогой вглядываясь в экран.
- Слушаюсь, - ответил по-военному Павел, но Санька выскочил вперед и горячо заявил:
- Я никуда не пойду! Эти люди за мной пришли, я знаю! Я их чувствую! Можно, я к ним выйду?
- Даже и не думай! - прервал его Ярослав Ильич. - А если они тебя решат использовать для уничтожения или как живое оружие? Нет, ты уходишь с Базы в первую очередь! Павел, бери его за шкирку и тащи к вертолету.

Павел и правда вознамерился схватить Саньку за подмышки, но тот ловко увернулся.
- Не пойду! - крикнул он и нырнул под стол.
Витальку это немного позабавило, но ситуация была совершенно не смешная.
- Я тогда тоже остаюсь, - сказал он. - Саньку я им не отдам, хоть они кто!
- Ну что ты будешь делать, - махнул рукой Ярослав Ильич. - Вот и связывайся с детишками. Все, мне некогда, через четырнадцать минут все взлетит на воздух. Ровно через одиннадцать - бегом на лифт следом за мной, попытаемся опередить врага. Я уже перекрыл большинство уровней, но эти, не знаю кто, лезут сквозь бетон и сталь, даже не замечая их!

Он наконец отключил сирену и в повисшей тишине отчетливо зацокали настенные часы, отмеряя оставшиеся минуты.
Виталик встал за плечом у Ярослава Ильича, Санька вылез из-под стола и тоже подошел поближе. На экране остались лишь красные точки и четыре зеленые.
- Это мы? - догадался Виталик. - Мы что, и правда одни остались?
- Да, все остальные уже далеко, на пути к городу. Так, все, закончить разговоры! Быстро за мной! - сказал Ярослав Ильич и помчался из кабинета прочь, подгоняя перед собой слегка перепуганных мальчишек. Павел держался рядом, цепко оглядываясь по сторонам. У него в руках невесть откуда взялся небольшой черный автомат.
- В лифт, живей! - подгонял мальчишек Ярослав Ильич.

И все же они не успели - перед распахнувшимися дверями лифта их перехватили...

 

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Лифты на Базе вызывались интересным способом - не кнопкой, как обычно, а по-другому: необходимо было провести карточкой белого цвета, без значков и надписей, только с черной магнитной полосой. Ярослав Ильич вынул ее из кармана и провел по устройству на стене - как на кассовом аппарате, которые Виталька сто раз видел в магазине.
Лифт загудел, добираясь до их уровня, потом стих и остановился. Двери раскрылись и Ярослав Ильич уже подтолкнул мальчишек, чтобы входили, но не тут-то было.

Прямо из стен, медленно, плавно, возникали белесые сгустки тумана в рост человека. Они наплывали на людей, отгораживая от кабины лифта.
Павел поднял автомат, собираясь открыть огонь, но Ярослав Ильич сказал тихо:
- Погоди, здесь дети. Стой спокойно, посмотрим, чего они хотят.

Туманные пятна густели, обретали форму. Голова, руки, ноги - уродливая серая пародия на человека. Но от них веяло скрытой угрозой и мощной энергией. Их было пятеро...
- Кто вы такие? Зачем вы вторглись на нашу территорию? - отчетливо спросил Ярослав Ильич.
Ему никто не ответил, только фигуры сомкнулись плечом к плечу, загораживая двери лифта. Они явно кого-то ждали, и этот некто не замедлил явиться.
Из стены вынырнула шестая фигура, чуть повыше ростом, но в целом точно такая же. Этот держался более величественно.
«Наверное, начальник!» - подумал Виталька, невольно скрываясь за спиной у Павла. Все же у того автомат в руках.

«Начальник» выплыл чуть вперед, покачался на пятках, повертел головой. Прошелся взад-вперед, оглядывая людей. Остановился перед Санькой, постоял несколько секунд... А затем в его руках появился яркий белый диск. «Начальник» аккуратно уронил диск на пол и сделал приглашающий жест, взмахнув рукой. Но приглашение относилось только к Саше и ни к кому другому.
Едва Ярослав Ильич попытался отодвинуть Сашу в сторону и закрыть его собою, как раздался негромкий треск и он свалился наземь. Вслед за ним упал и Павел, который попытался нажать на спусковой крючок.
Виталик был в полном замешательстве - он не знал, что делать, как помочь другу. Между тем Саша направился в этот злополучный круг. Шел он так, словно его влекла непреодолимая сила, перед которой невозможно устоять. Виталька очнулся и бросился к нему. Он ухватил Саньку за талию, повис на нем, но все бесполезно - Сашка тащил его за собой. Эти пять шагов Санька шел долго, как в замедленной съемке. Как ни странно, существа не мешали Виталику цепляться за друга.
И вот, через долгие полминуты, оба мальчишки провалились в сияющий ослепительный круг в цементном полу. Шестеро пришельцев нырнули вослед, один за другим.
А еще ровно через шесть с половиной минут на месте Базы произошла серия взрывов, превратившая местность в одну сплошную воронку...

* * *

Ныряя вслед за Санькой в разверзнутый в полу круг, Виталик инстинктивно зажмурился, справедливо полагая, что раз сам круг сияет так, что слепит глаза, то дальше будет еще хуже. Но вышло с точностью до наоборот: они провалились в черную непроглядную пустоту, где не было ни верха, ни низа, ни стен - лишь черная смоляная ночь. Не чувствовалось движения, полета. Будто просто-напросто повисли в пространстве, болтая руками-ногами, как мухи в паутине.

Длилось такое состояние довольно долго - Виталик успел заскучать. Он отпустил Саньку, но придерживал его за руку, чтобы не потерялся.

А вскоре мальчишки со всего маху шлепнулись на некое подобие резинового матраса, громадного, толстого. Несмотря на это, приземление оказалось болезненным - Виталька отбил себе бока, словно упал с приличной высоты. Он вспомнил такие слова, которые приличные дети даже и знать не должны, не то что произнести вслух. Но Виталька сказал громко и отчетливо все, что думает о похитителях.
По-прежнему было темным-темно. Мальчишки барахтались на «матрасе», пытаясь добраться хоть куда-нибудь и встать на твердую поверхность. Рядом, чувствовалось по колыханию, добирался к краю еще кто-то - наверное, те самые туманные сущности.

- Эй, свет давай! - заорал Виталька, когда вконец вышел из себя. - Не видно ж ни черта!!
Но его усилия успеха не принесли - ночь не рассеялась.
- У тебя спичек нету? – сдуру спросил Виталик у Сашки. - Подожгу этот батут и все дела.
- Нету, откуда им взяться, - ответил Санька с кротостью новорожденного ягненка.
- А, ну да, и карманов теперь тоже нету... О, слушай! А устрой им тут фейерверк! Ты же умеешь! - вдохновился Виталик и затряс друга за вялую ладошку.
- Да ну... Не получится... Я не знаю...
- Саш, попробуй хоть, а? Мы здесь неделю будем торчать, пока выберемся.
Санька помолчал, подумал, а потом сказал с шутливой интонацией:
- Если что, я не виноват, ты меня заставил!
И отвернулся. Что он там проделывал, Виталька не видел, но уже через несколько секунд у них над головой полыхнуло багровое зарево - маленькое, величиной с потолок в Виталькиной спальне. Огонек разрастался и освещал пространство, подобно прожектору. Сам Сашка тоже начал светиться, как статуя в парке вечером.
- Ура! Заработало! - обрадовался Виталька. Он завертел головой, разглядывая местность, куда их занесла судьба.

Первым делом он увидал, что в десяти шагах распластались на «матрасе» шестеро незнакомцев. С них уже слетел туманный налет и они теперь выглядели вполне буднично: обычный камуфляж, сапоги, шапки - спецназ на отдыхе, да и только. Эти парни тоже уставились в небо, разглядывая неожиданно возникшее светило.
Затем Виталик окинул взором дальние рубежи - куда ни кинь, всюду черная гладь «матраса». То есть, докуда хватало света от Сашки и его «фонарика», на все четыре стороны.
Эта пустота слегка расстроила Виталика. Что ж, делать нечего, податься некуда - надо идти на переговоры.
- Сань, ты посвети еще немного, ладно? - попросил он. - А я схожу к этим типам. Они нас сюда притащили, пусть рассказывают, куда дальше топать.
- Ладно, только ты осторожней, - слегка напряженно попросил Саша и немного померцал. В алом пламени света его лицо неестественно вытянулось и стало незнакомым, словно у вампира.

Виталик передернул плечами от внезапного озноба, но поспешно стряхнул с себя наваждение и поскорей направился к «пришельцам». Идти по зыбкой поверхности было сложно, ноги качались и норовили опрокинуть хозяина. Потому путь в несколько метров занял довольно долгое время. И Виталик смог воочию разглядеть, как происходит процесс приземления - откуда-то с неведомых высот один за другим посыпались остальные «пришельцы». Они летели без парашютов и прочих приспособлений, плюхались на «матрас», потирали ушибленные бока и прочие части тела. Затем осматривались, стряхивали с себя туманные покрывала и по-змеиному переползали к остальным. Виталик насчитал еще восемь, а всего, если верить математике - чужаков стало четырнадцать.

Виталька слегка оробел - столько незнакомого народу, с непонятными намерениями... О чем с ними говорить, что спрашивать? Кто они?
И что, черт возьми, вообще здесь происходит?!..

Мальчишка остановился перед главным и набрал побольше воздуху - вот сейчас он ему все выскажет!..

 

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

На Виталика мало кто из воинов обратил внимание - одни отдыхали, растянувшись во весь рост, другие жевали печенье, третьи просто сидели, бездумно уставясь перед собой. Лишь два-три да самый главный поглядели на подошедшего к ним мальчика. У старшего группы лицо было непроницаемо, словно маска.

- Вы зачем убили Ярослава Ильича? - спросил Виталька. Он хотел спросить совсем другое, но вспомнилось вдруг именно это.
- Ты о ком? - с безмерной усталостью в голосе спросил главный.
- Как это о ком? Когда нас похищали, вы убили двух человек! Ярослава Ильича и Павла!
- А-а, понятно. Эти двое, что влезли нам под руку? Успокойся, никто их не убивал. Обычный парализатор - три минуты спокойствия и все дела. Встанут и пойдут дальше. Еще вопросы?

У Витальки немного отлегло от сердца, значит они живы! Теперь можно заняться и собственной судьбой:
- Хорошо. А все-таки, зачем вы нас украли? И где мы находимся? Кто вы такие?
- Постой, постой, не торопись, - поднял руку главный. - Тебя-то никто не крал! Нужен ты нам... Сам вцепился в своего дружка, теперь мы же и виноваты. Мы приходили только за ним.
- Но зачем?! Зачем он вам?
- Вот сейчас возьму и все тебе выложу, - в голосе главного проявился смешок, что никак не вязалось с почти неподвижным лицом. - Придет время, узнаешь.
- И долго нам здесь торчать? - не отставал Виталька.
- Да не очень. Сейчас за нами прибудет кружелёт.
- Кто прибудет?
- Не «кто», а «что». Кружелёт. Машина такая летающая. У вас там есть похожие, - спокойно объяснял главный.

Виталька помолчал, но решил добиться ясности в главном вопросе:
- Ну все-таки, зачем вам Сашка? Вы его убить хотите?
- Что ты все заладил, убить, убить... Хотели бы, давно убили бы. Он нам живым нужен. Сбежал, видишь ли, а мы за ним по всем мирам гоняйся, словно больше забот нету!
- Откуда сбежал?
- Ты меня совсем доконать решил? - слегка раздражаясь от Виталькиной назойливости, спросил главный. - Дай отдохнуть, мы трое суток не спали, искали его!
- Вы отдыхайте, только расскажите! - упрашивал Виталька.

Главный группы покосился на мерцающего неподалеку Сашку, откинулся назад, подложил руки под голову и сказал:
- Жил он себе, жил, работал, а потом вдруг испарился. Что делать - составили план поиска, карту миров. И вперед, один за другим, принялись прочесывать. Вот в вашем разыскали его следы.
- Работал? Как это? Он же еще маленький.
- Хм-м, маленький... Зато какой у него потенциал, а! Планету может зашвырнуть на другую орбиту! Здорово конструкторы постарались, таких еще не делали!

Виталик как стоял, так и присел.
- Так что же, Сашку кто-то СДЕЛАЛ?! Он что, клон?!
- Не знаю такого слова. Что значит «клон»?
- Ну, это когда... - Виталька и сам не знал всех тонкостей, потому ответил упрощенно, как понимал: - Это когда берут кровь у человека, потом из нее добывают клетки и делают из них копию этого человека.
- Да? - заинтересовался главный. - Интересная механика. И что, получается?
- Не-а. Пока только на мышах работает и на овцах, а на человеке нет.
- Вот то-то же, - удовлетворился ответом главный. - Нет, у нас все гораздо проще. Как природой заложено - мужчина и женщина... Ну да ты в курсе, думаю.
Виталька покраснел, смутившись от мыслей, что влезли в голову. Потом спросил:
- Тогда вы наверное знаете, где родители Сашкины?
- Конечно знаю. Там же, где и остальные - уничтожены.
- Ка-ак?! Зачем?!
- А разве у вас не так? Рождается один, погибают двое, все по закону о перенаселении.
- Но это ведь жестоко! Это несправедливо!
- Глупый ты еще, - вздохнул главный. - А справедливо миллионам детей от голода умирать?
- Да, но... - Виталька замолчал, не находя аргументов.
- Все, хватит, совсем утомил. Иди к своему другу, и ждите, пока кружелёт прибудет, - отрезал главный и закрыл глаза, давая понять, что аудиенция закончена.

Витальке ничего не оставалось, как пойти назад. Он повернулся и упал, не удержавшись на зыбком «матрасе». А потом с удивлением понял, что передвигаться на четвереньках гораздо удобней и быстрей, чем на вытянутых ногах. Так он и добрался до Сашки. Тот уже был в нетерпении и принялся допытываться, что да как. Виталик рассказал ему в общих чертах о рассказе главного, но конечно ни слова не сказал о страшной участи родителей. Вдруг главный просто соврал и Санькины папа и мама живы!
Пока Виталька рассказывал, кружок над головой терял яркость, пока совсем не угас. Сашка тоже заметно потускнел.
- Ты наверное устал тоже? - спросил с пониманием Виталик. - Все, давай затухай, клади сюда голову и спи!
Санька придвинулся поближе, положил голову Виталику на живот и тихонько засопел. А Виталик еще долго лежал в абсолютной темноте, прислушиваясь к звукам, что сновали вокруг. И поджидал таинственный «кружелёт»...

* * *

Должно быть, он все-таки задремал и не услышал, как появилось в черном небе невидимое глазу сооружение, издававшее громкое трескучее жужжание. Сон улетучился от того, что в глаза ударил столб ослепительно-белого света. Тьма рассеялась.
Виталик быстро-быстро замигал, закрылся ладонью.
- Ты видишь его? - спросил он у Саньки.
- Глаза слезятся, ничего не видно! – воскликнул тот, пытаясь перекричать поднявшийся шум.

За спиной возник старший группы. Глядя вверх, он оживленно размахивал руками и что-то кричал. Потом на секунду отвлекся и сказал:
- Встаньте смирно, протяните руки по швам. И не трепыхайтесь, иначе сорвется посадка.

Мальчишки ничего толком не поняли, но послушались - встали рядышком друг с другом и замерли, вытянувшись в струнку. И в тот же миг их повлекло вверх, словно в трубу гигантского пылесоса. Виталька почувствовал на своем теле прохладные струи воздуха, охватившие его подобно щупальцам спрута.
С негромким «резиновым» чмоканием его втянуло внутрь странного летающего сооружения, которое он так и не сумел разглядеть. Зато изнутри все было прекрасно видно - и металлический потолок, высотой метра в три; и черные круглые люки; и похожий на неподвижный эскалатор пол.
Рядом уже появился Сашка, не к месту расчихавшийся.
- Приехали... - проговорил Виталик. - А эти где? Захватчики… Пешком пойдут?

Ему в ответ раскрылся один из люков. А потом один за другим этот люк принял всех «спецназовцев». В конце очереди был их командир, с которым Виталик уже познакомился. Он пересчитал бойцов, отдал приказ на отдых, а сам подошел к мальчишкам.
- Через четверть часа будем на месте, - сказал он. Потом добавил с мечтательной ноткой: - Сдам вас с рук на руки и в отпуск... А там, глядишь, и крестик на погонах добавят.
- Вы хоть рассказали бы по-человечески, куда нас везете... - попросил Виталик. - Что там с Сашкой делать будут?
- Что ж ты нетерпеливый такой, - присел прямо на пол командир, вытягивая ноги в проход. - Будет и дальше выполнять задания всякие, как и раньше, до побега.
Сашка внимательно поглядел на него и тихо переспросил:
- Какие еще задания? Что я там делал? Ничего не вспомню... А вдруг я разучился?
- Это уже не твоя забота. Напомнят, научат, заставят. Ты такой один на всю нашу Землю - экспериментальная модель. Знаешь, сколько на тебя средств угрохано? А ты сбежать надумал...
- Ну пожалуйста, скажите хоть про одно задание? Может, я людей убивал? Я тогда снова сбегу!

- Ну и воспитание у вас, у детишек... Один меня все про убийства допрашивал, теперь второй взялся. Мне про твои подвиги не докладывали, видишь ли. Тайна это. Спросишь у тех, к кому попадешь. Да уже и недолго осталось, подлетаем, - сказал старший, взглянув на часы.

 

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Гудение стихло и разом распахнулись все восемь люков. Привыкшие к постоянным перелетам воины быстро и ловко покинули машину, а Виталик и Санька немного замешкались - как-то непривычно прыгать в неизвестность. Но за ними присматривал старший группы, он показал, как правильно нырять в люк, ногами вперед, а не головой, что собрался было проделать Саша.
- А то косточки не соберешь потом, - проворчал командир. И влез в люк замыкающим.

В этот раз посадка была мягкой-мягкой - на воздушную подушку. А как иначе назвать эту прозрачную штуковину, сотканную из ветряных фонтанчиков, что били из-под земли? Виталик упал с высоты второго этажа, но совершенно не почувствовал падения. Он попытался встать на ноги, однако струи воздуха были очень неустойчивы и некоторое время все прилетевшие парили в их объятиях. И какая была разница, чем прыгать - ногами, головой или пятой точкой?
Болтаясь над землей, Виталик все же исхитрился посмотреть, на чем же их сюда привезли. Он вытянул шею, оборачиваясь, и обомлел - над ним висела громадная серая туша, как две капли воды похожая на дирижабли времен Второй мировой войны, которые Виталька видел на фотографиях в музее - ходили пару раз с классом. Да и по телевизору показывали старые военные фильмы.
Единственное отличие - над этим дирижаблем стрекотал вертолетный винт, заглушая своим гулом все вокруг.
Не успел Виталик как следует восхититься чудом чужой технической мысли, как воздушные фонтанчики стали слабеть и все, кто на них болтался, благополучно опустились на бетон.

- Ста-ановись! - тут же громко крикнул главный. Когда воины его группы выстроились, выполняя команду, он продолжил: - Благодарю за службу! Мы славно потрудились! Двое остаются со мной, остальные - в казарму, отдыхать! Выполняйте!
Виталик держался поближе к Саше, чтобы их невзначай не разлучили. Кто знает, что на уме у этих бравых вояк!
Вокруг было обычное поле, залитое серым бетоном. Под ногами Виталик разглядел ряды крохотных дырочек - наверное, в них и подавался воздух, изображавший посадочную площадку. Насмотревшись, мальчик поднял голову, осматриваясь.
- Саш, что-то нас никто не встречает.
Не было ни красной дорожки, ни оркестра, ни военного парада - даже слегка обидно. Могли бы и подготовиться.

- Ну, что вы там застряли? - поторопил их командир. - Живо за мной!
Два воина шли чуть позади почетным караулом. От таких не сбежишь... Да и Виталик не слишком стремился - сперва надо разобраться, куда их занесла нелегкая.
Впереди замаячило невысокое трехэтажное здание, проглядывавшее сквозь туманную дымку. Впрочем, вблизи оно выросло до приличных размеров. Не Шереметьево, конечно, но на аэропорт небольшого городка тянуло.
Да и внутри все было буднично и провинциально. Люди с допотопными деревянными чемоданами чинно сидели на лавках, ожидая транспорт. Виталька оглядывался на них, глядя широко раскрытыми глазами - таких странных не встретишь даже в самой глухой деревушке.
Но вместе с тем по залу сновали и вполне современные металлические конструкции - что это было, Виталик так и не понял: они были битком набиты электроникой и управлялись дистанционно, потому как управляющих рядом не наблюдалось.
Пассажиров в это время дня было маловато - от силы десяток-другой наберется.
Старший «захватчик» вел мальчишек по прямой через весь зал. Он шагал быстро, размашисто, мальчишки еле поспевали, иногда переходя на короткие перебежки.
Войдя в маленькую малоприметную дверь, старший придержал ее, пропуская остальных.
- А теперь куда? - мрачно спросил Виталик, разглядывая крохотную комнатку размером с лифт.
В тот же миг одна из стен плавно ушла в сторону, открывая выход.
- Сам видишь, куда! - ухмыльнулся старший и подтолкнул мальчишку.
Это был выход из аэропорта и вел он... на зеленый-презеленый луг необыкновенной красоты и свежести. Даже дух перехватило поначалу.
Мальчишки шагнули в траву и ноги мягко провалились в щекочущие стебельки.
- Нравится? - довольно спросил старший, словно это именно он все тут организовал и посадил. - Ну, не задерживайтесь, уже недолго осталось, два шага.

Действительно, не успели они пройти и сотни метров, как к ним шустро подкатила машинка веселого розово-алого цвета.
- Лезьте внутрь, прокатимся, - пригласил старший.
- А поместимся? - с опаской спросил Виталик, глядя не небольшие размеры транспортного средства, похожего на игрушку.
Но делать нечего - и он полез вовнутрь. Как ни странно, салон оказался большим и удобным - все пятеро легко уместились, даже с удобством.
Машина тронулась без толчка и совсем не чувствовалось, что она движется, настолько мягким был ход, хотя в окошке мелькали деревья, указывая на вполне приличную скорость. Водителя видно не было, да и был ли он вообще, оставалось очередной загадкой.

Используя короткую передышку, оба воина словно по команде задремали. А Виталик тихо спросил у Саньки:
- Ты как вообще? Не устал?
- Не... Скорей бы все уже закончилось... А то надоело уже просто...
- Потерпи, я тебя все равно не дам в обиду, пусть и не надеются! - пообещал Виталька, воинственно сжав кулаки и с вызовом глядя на старшего. Но тот лишь безразлично повел плечом.
Мелодично звякнул колокольчик, возвещая о прибытии, и старший сразу заторопился:
- Вперед, вперед, живей! Приехали!
Виталька вылез в распахнутую дверь и снова ему пришлось раскрывать рот от удивления. Перед ними возносилось вверх громадное здание чуть ли не в тысячу этажей, если не больше - так ему показалось, по крайней мере. Любой небоскреб съежился бы от зависти при виде этого домика.
- Нам что, туда? - робко спросил Виталик.
- Ты еще скажи, что испугался! - насмешливо сказал старший. - Всю дорогу такой смелый был, а тут... Давай, не робей, там детей не едят!
И направился ко входу - большим стеклянным воротам, у которых стояли четверо охранников в серебристой форме.
Один из них лениво поднял руку и старший, что привел мальчишек, немедленно остановился. Стараясь не делать резких движений, он подошел к охраннику и предъявил ему удостоверение ядовито-зеленого цвета. Охранник тут же посторонился, не теряя достоинства, и ворота разъехались в стороны.
- Ждите здесь, - коротко бросил старший своим воинам, а мальчишек пропустил перед собою в просторный холл.
Здесь уже было прохладно. Руки, ноги и не только покрылись у них пупырышками сразу. Виталька начал растирать локти, пытаясь согреться. Наверное, здесь вовсю работали невидимые кондиционеры.
- А вот сейчас одеться бы не помешало…
- Направляемся прямо! - тихо скомандовал старший, глядя перед собой. Его шаги гулким эхом разлетались по пустынному величественному холлу, украшенному витиеватым орнаментом по стенам.
В такт его шагам билось и сердце у Виталика, а дыхание давно уже стало прерывистым и почти незаметным. Волнение охватило и его друга, что плелся вслед за ним.
Пришел лифт и гостеприимно распахнул прозрачные двери. Едва в него вошли, этот агрегат набрал такую скорость, что мальчишек буквально вжало в пол. Да еще вдобавок стены лифта тоже были прозрачными и когда земля рванула из-под ног, Виталька чуть не заорал от ужаса. Хорошо еще, что не успел, а то ведь позора не оберешься. Только старший стоял как ни в чем не бывало и посмеивался уголками глаз.
Лифт остановился на неизвестно каком этаже - в кабине не было ни кнопок, ни указателей - и поход по зданию-гиганту продолжился. Прямые коридоры сменялись хитрыми лабиринтами, ковровые дорожки скрадывали шаги и тишина давила на уши пуховыми подушками.

Наконец перед мальчишками раскрылась та самая дверь, куда их собственно и вели. Дверь была мощная, кожаная, черная. Ее вид ничуть не убавил ни волнения, ни страха. Да и сам кабинет за ней скорее напоминал футбольное поле, только чуть меньшего размера.
За столом сидел человек. Он что-то оживленно писал, низко склонив голову.
Старший кашлянул, привлекая внимание и доложил:
- Господин Премьер-визирь, Ваш указ исполнен! Беглец доставлен в целости и сохранности.
Человек во главе стола приподнял голову. И у Витальки глаза в который раз стали большими: за столом сидел... Павел!

 

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Да, это был Павел. Изрядно постаревший, раздавшийся вширь, обрюзгший, но не узнать его было невозможно. Виталик обрадовался и рванулся вперед, не удержавшись:
- Павел! Это ты!.. Вы!.. Но как ты... Вы... здесь оказался?! А где Ярослав Ильич? Он живой?!

Человек, похожий на помощника начальника Базы, откинулся на спинку стула, удивленный напором мальчишки, и спросил:
- В чем дело, мальчик? Разве мы знакомы? Я вижу тебя впервые. Капитан Вершник, придержите его. Неровен час, накинется.
Старший, оказавшийся капитаном по званию, шагнул к Витальке и крепко сжал его, да так, что не вздохнуть. Виталька сразу задергался:
- Пустите! Да не накинусь я, очень мне надо - накидываться! Наверно, я просто ошибся.
«Павел» милостиво шевельнул рукой, и капитан отпустил мальчика.
- Вот и славно, лучше решить все миром и согласием, - негромко сказал Премьер-визирь. - кстати, Вы, капитан, можете быть свободны. Вы с честью исполнили свое задание и теперь Вам положен отпуск и внеочередное звание. Ваше командование получит соответствующие указания в ближайшее время. Благодарю за службу!
Капитан Вершник вытянулся, стукнул каблуками и торжественно произнес:
- Служу Вольности!
После чего быстро удалился, чтобы Премьер-визирь не успел передумать и не направил его куда-нибудь еще поработать.

В кабинете остались только трое - Виталик с молчаливым и задумчивым Санькой и «Павел», который оказался совсем чужим человеком.
- Присаживайтесь! - сказал хозяин кабинета. - Я не буду вызывать охрану, поговорим тет-а-тет. Но при любом резком движении... Вы меня, надеюсь, понимаете?
- Ага... Откроются пулеметы и превратят нас в капусту, - мрачно пошутил Виталька. - Ладно, говорите, что Вам от нас надо?
Он отодвинул массивный, как и все здесь, стул, присел на краешек, готовый в любой миг вскочить. Дернул за рукав Сашку, усаживая рядом.
- Нет, никто вас убивать не собирается. По крайней мере, пока наш Кунджи будет вести себя прилично.
Виталька удивился, да и Саша тоже поднял голову.
- Откуда вы знаете, как его называли? - спросил Виталик.
- Называли где? На той Базе, где его держали? Это всего лишь совпадение. У нас твоего друга тоже зовут Кунджи. Да вы не удивляйтесь, таких совпадений будет еще целое море, - Премьер-визирь подергал себя за губу и продолжил: - Полагаю, вам хочется узнать, куда же вы все-таки попали? Кунджи, а ты сам-то помнишь хоть что-то? Мы ведь виделись раза три-четыре. Я был в комиссии, которая проверяла твои способности.
- Ничего я не помню... - ответил Сашка. - В голове такая каша сейчас... Зачем я вам нужен? Что я за работу за такую делал? Да расскажите же уже наконец!
Его худенькое тело колотил озноб. Виталька даже испугался и покрепче его обнял.

Увидев такое состояние своего подопечного, Премьер-визирь забеспокоился. Он вызвал секретаря и велел:
- Принеси нашим гостям воды. И сока!..
- И одёжку хоть какую-то! – добавил вслед Виталька.
Чопорный, словно английский лорд, секретарь исполнил приказ в полторы минуты. Он исчез и вернулся, поставил перед мальчишками круглый серебряный поднос с графином воды, бутылкой сока и двумя пустыми стаканами. Когда он собрался наполнить стаканы, Виталик остановил его:
- Я сам, спасибо! А что с одеждой-то?
Секретарь невозмутимо выпрямился, молча взглянул на хозяина и удалился, когда тот шевельнул ладонью.
- Не предусмотрено, извините, - развёл руками хозяин. – С самого момента появления у нас Кунджи не нуждался ни в каком убранстве, ибо это лишнее. А раз ты вместе с ним, то и для тебя никаких исключений не будет.
- Даже ботинок никаких не будет? – пробурчал Виталька, глядя искоса, пока свинчивал крышку с бутылки и наливал Саньке оранжевый напиток.
- Даже ботинок. У нас ничего такого для вас просто не найдется, - ответил мужчина, пожимая плечами. - Не предусмотрено.
Виталик покачал головой и пробормотал под нос: «Вот же, а! Что за мода такая – детей голышом держать?!», и подвинул стакан так неловко, что опрокинул его на друга. Хорошо еще, что это был не чай!
Санька вскочил, отряхивая капли.
- Надо его в умывальник отвести, а то все прилипнет и пчелы налетят… или мухи! Не знаю, что тут у вас водится, - суетливо пробормотал Виталик.
И снова за их спинами возник секретарь. Он только вздохнул еле слышно и повел Саньку отмываться. Виталик не пошел вслед за ним, а остался сидеть, попивая из своего стакана. Всю эту комедию он устроил специально. Едва дверь закрылась, он подскочил к Премьер-визирю, уставился в него горящим взглядом и гневно сказал:
- Что вы сделали с родителями Саши? Вы их правда убили?! Что у вас здесь за порядки?!
- Ну что ты так разволновался... - мягко возразил Премьер-визирь. - Это обычная практика, никто уже и не беспокоится насчет этого. Все привыкли. Правда, называем мы это по другому – «коррекция». Чтобы народ не шокировать лишний раз. Зато у нас контроль рождаемости и полное обеспечение детей до взросления. Ты просто еще не привык...
- Не хочу я привыкать к такому! Я вот скажу Сашке, пусть он вам тут атомный взрыв устроит, чтоб разнести вашу страну на кусочки к чертовой бабушке! Чтобы не убивали людей понапрасну!
- Глупый ты ребенок, - улыбнулся «Павел». - Хочешь уничтожить миллион человек, чтобы спасти остальных? Это же так наивно, что даже говорить не хочется. Ты все равно ничего не изменишь!
Виталька сник. Что это он, и вправду, развоевался?..
- Ладно... Тогда хоть не говорите Саньке, пусть пока не знает ничего...
- Это я могу пообещать, конечно. Но рано или поздно он все равно узнает правду.
- Я сам ему скажу… потом, при случае...

И вдруг послышался страшный грохот, шум, треск! Через минуту в кабинет влетел секретарь в оборванном и обгорелом костюме. С порога он закричал:
- Этот мальчишка!.. Он всё… всё разбил вдребезги!.. В умывальнике ничего целого не осталось! Все плафоны, все зеркала, всё разлетелось!
- А сам-то он где? - спросил Премьер-визирь, вскакивая с места.
- Здесь я... - буркнул Сашка, выходя из-за спины секретаря. Вид у него был виноватый. - У меня в туалете случайно молния вылетела из... Я не хотел...
Мальчик потупил взгляд и на секунду показал себе вниз. Виталька звонко рассмеялся, запрокидывая голову:
- Я же говорил, он вам здесь всё разнесет! А вы не верили.
- Ну, главное, что сам цел остался, - удовлетворенно заявил Премьер-визирь и отпустил испуганного и побледневшего секретаря. И спросил у Саньки: - Ты не поранился осколками? Может, вызвать врача?
- Нет, не надо, я далеко стоял, - дрожащей рукой Сашка налил себе воды и глотнул. Виталик смотрел на него. Веселье уже прошло, осталась легкая щемящая грусть - опять у Саньки контроль за энергией слабеет, не к добру это всё...
- Ну что, успокоились? Продолжаем разговор, - сказал Премьер-визирь, усаживаясь обратно в кресло. - Вам ведь еще многое предстоит здесь узнать. Ну, так вот слушайте...

 

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Мужчина скрестил руки на толстом животе, поднял голову, рассматривая потолок, словно выискивая там подходящие слова, и сказал:
- Прежде всего, нам надо познакомиться. Столько всего здесь произошло, что я не успел представиться. Итак, перед вами - Премьер-визирь Вольности Артур Лигович Асташко.
Он торжественно склонил голову и посмотрел на Виталика, приглашая к ответному ходу. Мальчишке ничего не оставалось, как заявить официальным деревянным тоном:
- Виталий Сергеевич Соловцев, ученик… почти 7-го класса. А это...
- Не надо, я в курсе кто это, - улыбнулся Премьер-визирь. - Придет время, и Кунджи наверняка всё вспомнит. Но с тобой, Виталий Сергеевич Соловцев, я вовсе не собираюсь иметь никакого дела. Тебя сейчас проводят в интернат для особо одаренных детей, и пока поживешь-ка ты там. А Кунджи займется своими прямыми обязанностями.

«Что за бред он несет?! Какой еще интернат?!» У Виталика всё оборвалось внутри, и он вскочил:
- Вы что такое говорите?! Меня - в интернат?! Разве Вы еще не поняли, что нас с Сашкой нельзя разлучать?! Он всего на минутку вышел из кабинета, а что натворил у вас там в умывальнике! Потому что у нас с ним этот... как его... спарринг!
Премьер-визирь приподнял бровь, пытаясь вникнуть в суть, потом переспросил:
- Что за спарринг? Это что-то спортивное?
- При чем здесь спорт? У нас с Сашкой биополе одно на двоих! - плёл Виталька всё, что приходило ему на ум и как он сам это всё понимал. - У него скачки энергии нестабильные, если меня нету рядом. Вот молнии и летают, куда захотят. Вы отведите его снова в коридор, отведите! И сами проверьте!

Однако Артур Лигович проводить рискованный эксперимент не захотел. Он тяжело вздохнул, откинулся на спинку кресла и сказал:
- Ладно, предположим, что всё это так. Побудете пока что вместе, так уж и быть… Но чтобы вы не натворили чего не надо, я в двух словах всё ж вам объясню, где вы находитесь и как тут всё устроено. Итак, готовы? Слушайте внимательно!
Мальчишки притихли, Сашка допил сок и поставил стакан обратно на стол. Виталька скрестил руки на груди и терпеливо ждал рассказа.
- Я не знаю, как там у тебя дома, Виталий, - начал Премьер-визирь с усмешкой, - но здесь наши ученые уже давно определили, что Земля одновременно находится в разных измерениях. Причем они могут совпадать в мелочах, но иметь совершенно различное строение по сути. К примеру, у вас там коммунизм так и не построили, а есть такие измерения, где он вовсю процветает. Есть области победившего фашизма, или процветающего друидства.
- А у вас тут что? - не слишком вежливо вклинился Виталик. – И «здесь» - это где?
- У нас? У нас - Вольность. И «здесь» - это на всё той же Земле, но в параллельном измерении. Ты меня слушаешь вообще?
- Ну, допустим… - огрызнулся Виталька, всё так же сидя с руками на груди. - А как это всё тут устроено?
- Как бы тебе объяснить... Народ наш живет без проблем, работает по мере сил и способностей. А мы делаем всё возможное, чтобы никто не выражал недовольства.
- Мы? Это кто? Правительство?
- Ну, можно сказать и так. Я - Премьер-визирь, но есть должности и повыше меня.
- Президент?
- Нет, у него иная должность. Верховный Арбитр. Возможно, он захочет с вами встретиться. А возможно - и нет. Слишком много у него забот, знаете ли.
- Ага, недовольство народа подавлять… Знаем, проходили. – Виталька скрестил теперь ноги и уселся поудобнее. - Ну ладно, а как вы попали в мой мир? Вы что, прыгаете по разным измерениям? Разве так можно?
- Можно, можно... - скучно подтвердил Премьер-визирь. - Сделали открытие на свою голову... Теперь закрыть не можем...
- Почему? - удивился Виталик.
- Разбегутся все, если узнают, как это делается. Останемся мы без народа. Что ж хорошего?
- А-а-а, понятно... Значит, всё ж не всем нравятся здешние порядки, - злорадно ухмыльнулся Виталик. - Так вам и надо, не будете людей убивать зазря!
- Оставим эту тему, - прервал его Артур Лигович. - Незачем вам забивать головы взрослой политикой. Займемся лучше вами. Я не буду сейчас вдаваться в подробности и рассказывать, чем тебе предстоит заниматься, Кунджи. Да к тому же... Я и сам не вполне в курсе. Этим занимается другое ведомство, а мне они не подчиняются. Они вообще никому не подчиняются, кроме Верховного Арбитра. Да и то...

Он замолчал, погрузившись в собственные думы. Мальчишки поскучали минутку, а потом Санька склонился к Виталькиному уху и прошептал:
- Слушай, может, давай свалим отсюда? Я попробую снова пробиться в твой мир. Давай, а? Мне тут не нравится...
- Думаешь, мне нравится? - возразил Виталик. - Но нам же нигде не спрятаться. Снова придет тот капитан и притащит нас за шкирку, как котят. Нет уж, надо так все повернуть, чтобы они сами нас выгнали и забыли навсегда. Ты потерпи, ладно?..
- Эй, вы чего там шепчетесь? - подозрительно спросил очнувшийся от спячки Премьер-визирь. - Хотя ладно, нам все равно расставаться пора.
Он снова вызвал секретаря, который успел привести себя в порядок и только крошечное черное пятнышко на щеке напоминало об «умывальном бедламе»
- Проводи наших гостей в Третью Секцию, там их уже заждались. А с вами, молодые люди, мы потом еще побеседуем о том да о сем. Рад был встрече.
- А уж мы-то как рады... - проворчал Виталик и оглянулся на Саньку. - Ладно, пойдём, чего уж там...

Мальчишки вышли из кабинета вслед за секретарем, а Премьер-визирь уже через минуту позабыл об их существовании и снова принялся что-то черкать в раскрытой кожаной папке, что лежала перед ним на столе.

* * *

Когда они перешли в другой зал, тот был весь наполнен народом - одетые в одинаковые черные пиджаки люди, переговариваясь вполголоса, шли к лифтам. «Должно быть, обеденный перерыв», - решил Виталик.
Мальчишек, единственно стоявших посреди толпы в необычном для всех виде, на самом деле как будто никто не замечал – их обходили с обеих сторон, как волны обтекают крошечные островки в океане.
Секретарь шел впереди, не оглядываясь, уверенный, что мальчишки следуют за ним без излишних напоминаний. Только у лифта он притормозил и пропустил их вперед.
И кабина рванула в преисподнюю, да с такой скоростью, что у Витальки похолодело внутри. Санька заулыбался, сам не понимая почему - так на него повлияла секундная невесомость. Наверное, именно из-за таких мгновений дети и любят качели и аттракционы.

Когда дверь лифта раскрылась, секретарь чуть ли не силой вытолкнул мальчишек из кабины и сказал:
- Шагайте дальше всё время прямо, вас там встретят.
Не успели они среагировать, как лифт захлопнулся и умчался обратно вместе с провожатым. Ребята остались одни в полутемном коридоре.
- Вот так новости, - сказал нерешительно Виталька. - И чего теперь? «Шагайте прямо...» Сильно умный, да? А вдруг там...
Он умолк, хотя воображение рисовало не слишком радужные картинки. Но Санька взял его за руку и первым шагнул навстречу новой загадке.

В этом коридоре не было дверей. И окон не было. Вообще ничего не было, только полукруглые плафоны на потолке, слабо разгонявшие темноту.
Потому направление было просто и понятно – свернуть-то всё равно некуда.
В самом дальнем конце коридора обнаружилась дверь. Простенькая, деревянная, из гладких полированных досок со шляпками гвоздей.
Виталик потрогал ручку и потянул дверь на себя. Надо было, конечно, постучать, но тишина и полумрак сделали свое дело - мысли съежились, на душе стало жутковато.
Дверь распахнулась на удивление быстро и без скрипа. За нею сразу послышался приятный баритон:
- Входите, входите, я вас давно уже жду!

 

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Войдя вовнутрь, Виталька сморщил нос. И как тут только можно работать? Затхлый воздух пропитан табачным дымом, плесенью стен, пылью и еще чем-то не менее отвратительным. На стене с облупившейся побелкой висели портреты неизвестных личностей; на потолке болталась не включенная лампочка – голая, как сами мальчишки. Из мебели здесь были только деревянный стол да тройка стульев с драной обивкой, на которые и садиться-то не хотелось, не подстелив ничего под попу. Должно быть, хозяин этого кабинета был совершенно безразличен к уюту и роскоши - одна работа на уме.
- Ну, что же вы остановились на пороге? Проходите, садитесь, - радушно пригласил их длинный худой мужчина лет сорока на вид в зеленом военном френче без погон. - Меня зовут Филипп Эдуардович. Судя по тому, что мне докладывали, ты - Виталий. Ну а тебя, Кунджи, я и так знаю прекрасно. Может, ты тоже вспомнил меня?
Саша поглядел исподлобья, потом покачал головой:
- Нет, не помню. Ничего я не помню.
- Да, да, именно это мне и докладывали - полная амнезия, - скорбно произнес мужчина. - Ну, садитесь, садитесь, разговор будет долгий.

Виталик прошелся к столу, мельком окинул его взглядом - на пустой столешнице были только телефон, лампа под зеленым абажуром, забитая окурками пепельница да пухлая стопка картонных папок. Мальчик сел на стул, перед этим смахнув с него пыль, и выжидательно поглядел на Филиппа Эдуардовича. Санька придвинул свой стул к Виталькиному и тоже, проведя ладошкой по сиденью, присел.
- Вот и славно! - долговязый занял свое место за столом и скрестил тонкие пальцы. - Я - старший Советник по внутренним делам Вольности.
Он внимательно посмотрел Виталику в глаза, словно ожидая какой-то реакции, но так и не дождался, а потому продолжил:
- Насколько я понял, ты попал в наш мир совершенно случайно. И теперь ты заявляешь, что вас нельзя разлучать? Согласись, это звучит как полный бред. Кунджи все двенадцать лет прожил у нас и никаких фокусов не проделывал.
- Ничего это не бред... Может, у него внутри что-то сломалось... - обиделся Виталик. - Проверьте, если хотите. Давайте, я выйду на пять минут, а Санька останется. Посмотрим, что с вашим кабинетом тогда будет.
- Нет-нет, не надо никуда выходить, - поспешил возразить Советник. - Положим, что я верю. В принципе, мне все равно, можете быть вместе, только без глупостей вроде побега. Бежать нет смысла все равно - вас обязательно разыщут, можете быть уверены. И я задам теперь главный вопрос: Кунджи, согласен ли ты продолжить свою работу?
- А если нет, то что? - спросил за него Виталик.
- Ровным счетом ничего, - улыбнулся Советник. - Я задал вопрос для проформы, ответ на него может быть только один: «да, согласен».
- Это еще почему? - вскинулся Саша. - Я не буду убивать людей!
- Кто говорит про убийства? Успокойся, этого не потребуется. Но если ты откажешься от работы, то... Мы будем вынуждены подвергнуть тебя «коррекции». Зачем нам кормить бездельника?
Санька удивленно смолк - он не понял, что означает этот термин. Но зато Виталик побледнел.
- Только попробуйте! - вскрикнул он. - Вы... сволочи!
- Тише, тише, зачем так волноваться? - успокаивающе сказал Советник. - Твой друг и так согласен работать, я ведь вижу.
- А что делать-то надо? – уже чуть тише поинтересовался Сашка. - Что же я раньше делал?
- Хм... Что делал... Ну вот, к примеру... Ты ликвидировал берио-станцию. За целых триста километров от нее! Мы бы к ней еще год подбирались, а ты - за десять минут!
- И что это за станция такая? - спросил подозрительно Виталик.
- В вашем мире их называют атомными.
- Ого! - Виталька вспомнил про Чернобыль. - Чем же она вам мешала? На ней же люди работали! А говорите, убивать не надо! Там ведь все заражено теперь!
- Спокойно, спокойно. Кунджи, у тебя слишком беспокойный друг. Виталий, на ней уже не было персонала, мы их предупредили. А саму станцию Кунджи не взрывал - он аккуратно перенес ее в заброшенный параллельный поток, где вообще нет людей. Она там сама собой и заглохла.

На вытянутом лице Советника появилась хитрая ухмылка, но к кому она относилась, Виталька не понял.
- А еще что я делал? - допытывался Сашка. Уж очень ему хотелось восстановить бурные события своей жизни.
- Еще... Отправил на дно эскадру из страны Вилирровых островов. Они намеревались прибрать к рукам Пресное море.
- Ну и что? Зачем оно вам?
- Это был единственный выход к океану. Мы были бы отрезаны от морских торговых путей. Сам понимаешь, какой это удар для экономики. Но Кунджи молодец, всё сделал замечательно. Теперь они даже не дергаются, сидят как мыши!
- И по-вашему, на этих кораблях тоже не было людей?
- Тоже! - потирая руки, сказал советник. - Все экипажи были отпущены на берег.

Виталик не верил ни единому слову этого неприятного типа. Но спорить не стал. Зачем расстраивать Сашку? Пусть считает, что ни в чьей гибели не был виновен.
- Чаю хотите? - продолжая изображать радушие, внезапно спросил Советник.
- Нет, спасибо, - не менее вежливо ответил Виталик.
- Тогда не будем терять времени, - тон у долговязого переменился, стал сухим и деловитым. - Я доведу до вас первое задание.
Санька подобрался на стуле, а у Витальки почему-то разгорелись уши.

- Так вот: на юге находится государство под названием Бельгистан, - принялся рассказывать задание Советник, закуривая вонючую сигарету. - Они нам не враги, не подумайте - но и в друзьях у нас не числятся тоже. В любой момент там может смениться правительство, так что мы уже сейчас должны позаботиться о военном преимуществе над ними. Почти по самой границе между нашими странами, вдоль горного хребта, установлена цепь радаров. Наша авиация не может спокойно летать в том районе: все действия становятся видны как на ладони. Поэтому тебе, Кунджи, следует эти радары уничтожить. Хочешь - взорви, хочешь - разложи на атомы, а хочешь - перебрось в сопредельное пространство, как ты умеешь. Тебе все понятно?
Санька поджал губы:
- А люди там будут?
- Опять ты за свое! - не сдержал недовольства Советник. - Не будет, не будет, успокойся. Прежде чем ты приступишь к делу, наш десант выгонит оттуда персонал. Сейчас прибудет командир, он и доставит вас на место исполнения.
Советник придвинул к себе телефон и куда-то позвонил. Потом удовлетворенно кивнул и сказал:
- Командир десантной группы уже здесь, сейчас вы отправитесь с ним.
Через короткое время дверь открылась, и в кабинет вошел тот самый капитан Вершник. У него был страшно недовольный и сердитый вид, однако он только сухо доложил о своем прибытии.
- Капитан, возьмите этих славных ребят, - приказал Советник, заталкивая окурок в пепельницу. - Теперь они в полном Вашем распоряжении. Прежде всего, пусть их накормят и, может, оденут. А затем отправляйтесь к месту наблюдения и контроля. Ваша группа уже прибыла?
- Да, все здесь, господин советник.
- Вот и славно. Всё, ступайте, капитан!
Разговор был закончен. Капитан вывел мальчишек из сырости похожего на каземат кабинета, чему они несказанно обрадовались. По дороге к лифту капитан ворчал:
- Нет, ну вы только поглядите на этих чиновников! Утром я получаю приказ об отпуске, а вечером - новое задание! И как это понимать?! Они что, издеваются?! Мои бойцы даже толком отдохнуть не успели! И эти люди пытаются нами управлять!
Мальчишки брели позади капитана, низко склонив головы - им казалось, что это они виноваты в постигшей капитана несправедливости.

Но вот, наконец, показался выход - высоченное здание администрации Вольности осталось за их спинами. Успевшие порядком подмерзнуть неприкрытые тела мальчишек принялось ласково пригревать солнце, что в скором времени готовилось к закату.

 

 

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Автор: Cachorro

 

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

На том же «игрушечном» автомобиле, но уже без сопровождения охранников, ребята вместе с капитаном направились в его штаб.
- Командир, а долго нам еще вот так голыми задами светить придётся? – был первый вопрос, который Виталька задал, когда они с Сашкой умостились на заднем сиденье.
- В смысле? Что не так? – удивился командир и посмотрел в зеркало заднего вида.
- В смысле «что не так?». У вас что, так принято? А как же скромность, целомудрие и всё там такое?
- Кунджи, поясни, о чем твой друг толкует?
Сашка почти съехал с сиденья и уткнул ноги в спинку кресла перед собой, где сидел капитан.
- У них там, на параллельной Земле, по улицам голышом не ходят. Вроде бы… - сказал он и посмотрел вверх и вбок на Виталика.
- Даа? А чего так? – будто бы удивился капитан. Витальке это показалось странным. А капитан с любопытством продолжил расспросы.
- А кстати, расскажи нам, Виталий, как у вас там живется вообще. Какие есть технические достижения? На другие планеты через суперпорты путешествуете, или еще на ракетах, как в Железном веке?
- На ракетах, - буркнул Виталик. – Зато у нас интернет есть, и игрушки интересные на компах. А у вас? Вы тут, наверно, до сих пор книжки читаете, как в Каменном веке?
- Нууу, книжки полезно читать в любом веке, - парировал капитан. Этот разговор двух поколений из параллельных миров одной планеты становился для него все интереснее и забавнее. – Так что там про «светить задами»? Тебя что-то не устраивает? Так ты прямо скажи.
- Я и говорю. Вас не напрягает, что мы с Сашкой сейчас перед Вами вообще-то сидим голые? То есть, сзади Вас, - не успокаивался Виталька.
- А это должно – как ты там говоришь – напрягать? – ответил капитан с усмешкой, но и, как показалось Витальке, с неподдельным недоумением. Мальчик посмотрел на друга – тот беззаботно ёрзал попой по сидушке, сгиная и разгиная ноги, уткнутые в спинку кресла перед собой. В салоне повисла тишина, и тогда капитан продолжил:
- Не знаю, как там у вас, а у нас на Вольности все ходят, кто как хочет. Давай сравним, - мужчина повернулся к ним. – Вот я расправлюсь с вами и всеми делами, приду домой, сниму с себя военную форму, приму душ и пойду в магазин за покупками. Могу после душа не одеваться, так пойду. И жарко не будет, и чистую одежду сэкономлю. У вас мне так можно было бы?
- И что, тоже голым задом перед всеми светить будете, что ли? – у Витальки начинала потихоньку отвисать челюсть.
- А кому какое дело-то? Мы в упор друг друга не разглядываем и пальцем не тычем. А у вас по-другому, да? Разглядываете и тычете? – капитан засмеялся, приготовившись услышать ответ, что «Конечно же нет – у нас все так же, как и у вас». Но Виталька ему строго и даже обиженно сказал:
- Нет, у нас всё совсем по-другому! Мы соблюдаем приличия.
- О, еще одно новое слово! – улыбнулся мужчина. – Вроде на таком же языке разговариваешь, а вроде и на иностранном. Любопытно! Да, Кунджи? Ты такое раньше слышал?
- Я не помню, я же сказал уже сто раз, - ответил Сашка и перестал ёрзать на сиденье. – Виталик мне трусы давал носить. И эти, как их… футболку с шортами. Ну да… Я такие названия в первый раз узнал и запомнил. Про футбол я тоже что-то припоминаю, смотрел когда-то на визоре. Но при чем тут одёжка к спорту, я и правда не понял.
Мальчик снова посмотрел на друга в ожидании объяснений. Но Виталька просто махнул рукой.
- Понятно всё с вами. То есть, нифига не понятно. Я все равно не поверю, пока сам не увижу. Вот это будет прикол!
- Ты только пальцем не вздумай тыкать, когда увидишь. А то будешь как дикарь из Теланезии, - захохотал капитан. Он оглядел мальчишек, похлопал обоих по коленкам и отвернулся обратно. И добавил: - Виталий, если тебя это… как там? – напрягает, то я тебе в штабе поищу, во что облачиться. Хотя я всё ещё не могу понять, зачем это тебе.

В штабе, по просьбе Виталика, он сразу же отвел их в туалет. Не успев оглянуться, Сашка поскакал за другом, который утянул его за руку. Они зашли в помещение с приглушенным светом, светло-синими стенками и длинным зеркалом над двумя рукомойниками. Виталик зашел в кабинку.
- Фух, ну хоть тут у них всё, как у нас! Да, Санёк?
В ответ была тишина.
- Сань, ты чего молчишь? А, ты тоже занят сейчас. Извини.
- Не, я не занят. Я ж не умею, как ты. Я просто стою тут, тебя жду.
- Ой, а ты и правда никогда в жизни не писял? Я помню, ты тогда у бабушки в доме про туалет не спрашивал.
- Мне не надо… - ответил Сашка. - Всё что я кушаю, перерабатывается у меня внутри без остатка, - добавил он и снова замолк. Виталик подумал две секунды и вдруг спросил:
- А хочешь посмотреть, как это делается?
За спиной тут же послышались несмелые шаги.
- Только давай быстрее иди, а то опоздаешь, - поспешно сказал Виталик. - А я попробую попридержать.
Сашка заглянул в кабинку, приблизился к другу сзади вплотную и посмотрел из-за его плеча. Не отрывая любопытного взгляда, он наблюдал, как из той штучки у Виталика, из которой у самого Сашки никогда ничего не вылетало, кроме молнии, сейчас вытекала длинная струйка воды.
- Ух ты! Как вы это делаете? – захлопал глазами Сашка.
- Ну как? Вот так! Как приспичит – сразу бежишь отливать. Или терпишь до ближайшего туалета или кустика. А бывает, если долго терпишь, то аж больно становится. И он тогда колом встает.
- А что означает «приспичит»? И «колом» - это как?
Виталик стряхнул последние капельки, развернулся и встал лицом к лицу с Санькой. Точнее, подбородком к лицу – несмотря на одинаковый возраст, Виталик был все-таки чуточку выше. Они посмотрели друг на друга, Санька заулыбался. Всё так же лицом к лицу они мелкими шажками вышли из тесной кабинки.
- Когда «приспичит», тогда вот тут все напрягается, - он показал себе чуть ниже пупка. Санька устремил туда свой взгляд и принялся прикусывать ноготь на указательном пальце.
- Ммм, я понял. И сзади тоже так же, да?

Виталик обошёл Сашку и направился к умывальнику.
- Тоже так же, только я тебе показывать не буду, - сказал он, насупив брови и поглаживая руки под напором воды из крана. – Ну, а что такое «встать колом», я тебе пока объяснить не смогу. Потом покажу, может быть. Если захочется.
Санька с согласием кивнул головой. Виталик посмотрел на него через зеркало, прищурился и спросил:
- А кстати, что за прикол там был у вас с секретарем в туалете?
- А, ну я решил притвориться, что мне вот так вот пописять надо, - улыбнулся Сашка в ответ. - Только на самом деле мне ж не надо, но он-то не знал. Я постоял-постоял для виду, чё-то в носу защекотало – и я чихнул. Ну и понеслось!
Оба мальчика громко захохотали.

У выхода из туалета их уже поджидал капитан.
- Всё, справились? Пойдемте теперь пообедаем.
- Вы обещали мне одёжку, - напомнил Виталька. Капитан махнул рукой.
- А, да. Потом. Это долго искать надо. Да и было бы зачем, но да ладно… Ну что же, теперь вперед за подкреплением!

Виталик зарычал себе под нос от досады, но поделать ничего не мог. Через пару минут они вошли в большое помещение, в котором по обстановке Виталька угадал столовую. Стараясь не оглядываться по сторонам, он взял поднос и подошел к очереди. В ней стояли одни только военные, мужчины и женщины, парни и девушки. Никто на Витальку не оглянулся, и мальчик выдохнул от облегчения. Сзади к нему в очереди пристроились Сашка с капитаном. Набрав диковинной еды, Виталик насколько можно быстрым шагом направился с подносом в руках в самый дальний угол помещения. При этом ему пришлось, хоть и по краешку, прощеголять мимо нескольких столов. Сидевшие и обедавшие военные снова не обратили на него никакого внимания.
«Так что же, реально светить голым задом у них тут можно, и всем будет пофиг?!» - удивлялся мальчишка, наспех жуя непонятное, но вкусное пропитание. Он исподлобья поглядывал на Сашку и капитана перед собой за столом и стрелял короткими взглядами по сторонам. Все спокойно обедали, никто не тыкал в него и друга пальцами, не кричал и не хватался за головы. «Ну и ладно. Ну и хорошо. Посмотрим, как будет дальше».

За обедом капитан зачем-то снова решил помучить Витальку расспросами:
- Позволь поинтересоваться  - а вы же в том твоем мире встречались?
- С кем? – не понял Виталька.
- Друг с другом, с кем же ещё! – усмехнулся капитан, жуя зеленоватое что-то. Виталик растерянно посмотрел на него и сказал:
- Ну, я его встретил под деревом возле речки… в деревне. Отдыхал там у бабушки, проснулся среди ночи от скуки, пошел искупаться, а он там в кустах сидит и светится.
- Понятно, - сказал капитан, все так же жуя. - А дальше?
Виталька вздохнул, отложил вилку и принялся вкратце пересказывать все их с Сашкой приключения. Через минут пять он снова замолк.
- Понятно, - сказал капитан и перестал жевать. - И вы с тех пор, значит, вместе? Это мило.
- Что мило? - не понял Виталька.
- Что вы полюбили друг друга, - ответил спокойно капитан и принялся запивать из стакана то, что недавно жевал.
- Эээ... – не нашелся, что ответить Виталик, а только переглянулся с Сашкой. Тот посмотрел на него, проглотил кусок чего-то и продолжил ковыряться вилкой в тарелке.

 

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Свое первое задание Санька благополучно провалил.
Когда его усадили перед монитором в небольшой комнате, на глаза ему налепили тёмные очки с проводами, а на голову нацепили наушники. Со стороны Виталику представилось, что сейчас Саньке включат на экране игруху, дадут джойстик и скажут мочить виртуальных врагов.
Сам Виталик сидел неподалеку от друга в соседнем кресле, наконец облаченный в выклянченную им одежду. Капитан долго искал хоть что-нибудь, что по размерам подходило бы для подростка, спрашивал у сослуживцев, но те только пожимали плечами. И вот, пораскинув мыслями, он достал из собственных вещей два предмета одежды черного цвета и протянул их мальчику.
- Вот, держи. Не совсем то, что тебе подходит, но хотя бы с универсальным размером. Мы это надеваем под комбинезоны, когда вылетаем на задания. Тебе надо будет привыкнуть, конечно. Хотя голышом тебе было бы намного проще, но раз ты такой капризный…
Казалось, капитан был разочарован глупыми хотелками гостя. Виталька натягивал на себя тягучие безразмерные гамаши и водолазку и поглядывал искоса на мужчину. У того было страдальческое лицо, эмоции сменялись с досады на переживание и обратно все то время, пока обтягивающая ткань сантиметр за сантиметром поглощала собой идеально гладкую кожу мальчишки.
Когда непокрытой осталась одна лишь голова, Виталька встал и принялся осматривать себя со всех сторон. Да уж, не совсем такого он ожидал: упругий материал плотно прилегал к телу, подчеркивал все изгибы и соединения. Стала заметнее небольшая кривоватость рук и ног; стали четче выделяться округлости ниже спины, разделенные ярко выраженной вертикальной полоской; и стал конкретно виден слегка выпирающий и направленный вниз стерженек впереди между ног, с двумя шариками по обоим краям от него. Все это обтягивалось и выделялось на теле Витальки настолько разительно и четко, что мальчик задумался, что же на самом деле было хуже: скованное облачение в этот тесный наряд или свобода для тела вообще без ничего.
Зато капитан по итогу остался доволен неожиданно приятным для его глаз результатом.
Ну а Сашка от на всякий случай приготовленной и для него одёжки отказался. Отмахнулся и объяснил, что она будет мешать ему работать. «И вообще!» - сказал он в конце. Вот и понимай его как хочешь…

И вот, когда всё было готово для выполнения задания, Сашка сконцентрировал разум, сжал кулачки и вдавился в кресло. Сквозь темные очки он внимательно разглядывал на мониторе кадры с камер, установленных на разведывательных самолетах. То в одном, то в другом окошке большого монитора с разных ракурсов стала видна гряда из радаров, выстроенных по периметру горной цепи. Самолеты летали на значительном расстоянии от них, чтобы не будоражить пограничников соседней страны, поэтому увеличение изображения с камер было выкручено на самый возможный максимум. От этого картинка становилась мутной и сильно зернистой. Разглядеть что-нибудь, кроме очертаний далеких радаров, на любой из трансляций было практически невозможно.

- Тебе надо их все нейтрализовать. Как именно – выбирай сам. Главное – не отвлекайся, смотри всё время точно в каждую цель. И тогда всё получится, - на последних словах капитан мягко похлопал Сашку по плечу и отошел в сторону.
Виталька подозвал капитана и прошептал ему на ухо:
- А вот он сейчас их взорвет – а они потом новые построят. Так в чем смысл?
- Ну, новые радары они построят нескоро. Всё ж это для них будет затратное мероприятие. А потом мы их снова - бац! И так каждый раз. Главное, чтоб за нами не следили и не планировали против нас невесть что.
- Хм… А если просто поговорить? Они ж не дураки там сидят, в их правительстве.
- Тебе-то откуда знать? Сегодня не дураки, а завтра дураки. Понимаешь, нет?
Капитан похлопал и Витальку по плечу и оставил ладонь лежать после последнего хлопка. Мальчик поёжился и повёл плечом, но оно так и осталось под легким давлением большой ладони сверху. Через минуту эта ладонь принялась это плечо сжимать и поглаживать. Виталику казалось, что рука капитана действует по инерции, инстинктивно, бесконтрольно от ее хозяина. По спине пробежали мурашки, кожа зачесалась под обтягивающей тканью, и Виталька зашевелился. Большая рука тут же упорхнула с плеча.

Сашка тем временем принялся сначала еле видно, а потом очень заметно светиться, и стал похож на большую лампочку с руками и ногами. Свет от его не прикрытого ничем тела был мягким, распространялся равномерно и окутывал комнату и людей в ней теплым сиянием. Виталик снова смотрел на него во все глаза, как завороженный. И только он один, хоть и не зная об этом, чувствовал от своего друга необычайную силу, способную свернуть, сломать и сокрушить всё одним лишь движением.
Санька сидел, напрягшись всем телом, и двигал одними лишь глазами. В какой-то момент он протянул одну руку в сторону Виталика. Тот ее взял, сжал покрепче, и…
Всё резко прекратилось, мальчик отбросил руку друга и перестал светиться. Он вскочил с места, сбросил с себя очки и наушники и выбежал прочь из комнаты. Виталька на секунду обомлел, а потом ринулся вслед за ним. Капитан остался стоять на месте, сжал кулаки, его лицо перекосила невероятная злость.

Виталька догнал Саньку в коридоре. Тот сидел на полу, оперевшись об стенку, сильно дышал и хныкал.
- Что? Что такое, Санёчек? Что случилось, скажи? – мальчик поспешно присел рядом, взялся за руки друга и тут же почувствовал в своих ушах ритмичный гул от ударов сердца. Но не своего - а Сашкиного. И больше ничего.
Тишину нарушил капитан, который вышел следом.
- Что ты натворил, Кунджи?
- Вы сказали, что там не будет людей! А там были!! – закричал Сашка на него.
- Такого не может быть! Мы их всех распугали и выгнали.
- Всех – да не всех. Один оставался. В контрольной будке под четвертым радаром. Сами проверьте.
- Ой, да ну и что! Всего один человек. И ты ради этого провалил всю операцию!

- Да, один. Я же просил, - Сашка говорил всё тише и тише, беспокойно вздыхал и вытирал сопли с ладошки о плотную ткань на теле своего друга.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

На весь оставшийся день мальчикам дали выходной. Сашка всё время был грустный, кушать не хотел, а хотел только сидеть в отдельной комнате и никого не видеть. Кроме Виталика. А тот суетился вокруг него, приносил еду из столовой, сидел и стоял рядом, и пытался его развеселить.
Виталик отвлекал Сашку от всяких ненужных мыслей тем, что рассказывал истории из своей жизни. Про школу, про большой город, в котором родился и вырос. Про море и горы, на которые ездил с родителями, пока был младше. Но с такими рассказами Виталька и сам начинал грустить. Ему всё больше хотелось поскорее вернуться домой к маме и папе, или даже в деревню к бабушке. Тут в столовой не пекут такие вкусные пирожки, как у нее. Да и вообще никаких пирожков нет – только всякое разноцветное непонятно что.
Вскоре оба мальчика снова просто сидели и молчали, каждый о своем. Капитан заглянул к ним всего один раз, задал пару вопросов, уловил общий настрой и убрался куда подальше. Мальчики остались сидеть в небольшой комнатушке с кроватью и столом со стулом. Тусклый свет постоянно мерцал и иногда больно бил по глазам. Когда Сашка наконец обратил на это внимание, он строго посмотрел на потолок. Лампочка на мгновение потухла, а потом засветилась ярче, и уже без мерцаний.
- Гля как ты ее! – восхитился Виталька. – Ты прям укротитель лампочек!
Сашка еле заметно улыбнулся. Завидев реакцию, Виталик решил не упускать момент.
- А сможешь зажечь, если ее выкрутить?
- Давай, - тихо ответил Санька. Виталик подскочил, айкнул от того, как неприятно растянулась ткань по телу,  потянулся за лампочкой, еще раз айкнул от обжигающего тепла лампочки, наспех ее открутил и почти уронил на пол.
Сашка подобрал горячую лампочку, спокойно повертел в руке, перевернул и прикоснулся большим пальцем к цоколю. Лампочка тускло засветилась, а потом свет начал разгораться до белого каления. Когда Виталику показалось, что она вот-вот лопнет, Сашка отнял палец, и лампочка потухла.
- Вот это фокусы! – восхитился Виталик.
- Да ладно, легкотня же! – улыбнулся Санька и следом зажмурился.
- Ну, для тебя легкотня, а для меня нет, - Виталик приложил палец к цоколю. Конечно же, ничего не произошло. - Вот, я так не умею, как ты.
- Ну и что, - ответил Сашка. – Я тоже не умею, как ты.
- А, ты про это? – Виталик приподнял руку и издалека показал пальцем себе вниз. – Нууу, суперспособность, если честно, такая себе…
- Ты говорил, что и «делать колом» умеешь. А я наверно нет.
- Ха, а вот как раз это все мальчишки умеют! – раззадорился Виталька. Он обрадовался, что его друг перестал грустить, и что глаза его впервые за сегодня засверкали. Упускать этот момент он не стал.
- Так что – хочешь, чтоб я тебя научил?
- Давай! – Санька распахнул глаза и приоткрыл рот. – А у меня точно получится?
- Не ссы! Ой, то есть – не робей! Ща всё сделаем.

Виталька уселся поудобнее на полу напротив Сашки, раскинул ноги в стороны, приспустил гамаши и взялся рукой себе внизу. Эластичная черная ткань всё время норовила отшлёпнуться обратно, и Виталька снова и снова оттягивал ее.
- Да снимай ты, - Сашка устал смотреть на муки друга и махнул рукой, предлагая избавиться от упрямой одёжки. Самому Сашке она надоела на теле Витальки больше, чем самому Витальке.
Тот немного подумал, потом резко встал и принялся всё с себя стягивать. Когда гамаши доползли до коленок, одна штанина вдруг порвалась. То же самое произошло и с тканью на водолазке, когда он стягивал ее через голову.
- Вот же бракоделы, - возмутился Виталька. – Или у них тут оно одноразовое, что ли?
Санька в ответ пожал плечами. Он ничего такого никогда не носил, поэтому и сказать ничего не мог.

Тем временем, Виталик избавился от всей обтягивающей ткани на своем теле и отшвырнул обрывки в сторону. Черный сморщенный комок улетел прямо под кровать.
- Не надо было вообще тебе ее напяливать, - как бы между прочим сказал Сашка. Виталик ответил:
- Саш, да мне просто не нравится, когда на меня такого смотрят.
- А мне нравится, - сказал Сашка чуть тише. Виталик уловил его взгляд и широко улыбнулся:
- Хех, ну если это ты, тогда можно!
- Ага, ну спасибо, - улыбнулся Санька. – Раз ты разрешаешь…
- Ой, да смотри сколько влезет, раз ты такой любопытный. Кстати… чего-то мы отвлеклись, - Виталька снова посмотрел себе вниз и сунул туда руку. – Вот, так-то лучше. Ну, значит, смотри и учись! Надеюсь, командир нам не помешает.

Сашка в ответ махнул на дверь рукой, типа «Наплевать на него». И Виталька, хохотнув, взялся за привычное дело. Правой рукой.
Санька придвинулся поближе и принялся внимательно наблюдать. Движения Виталькиной руки были для него необычными. Сам он редко прикасался к себе внизу из-за ненадобности. Для самого Сашки эта висюлька между ног казалась совершенно бесполезной – такой же как, например, соски или копчик. Но она особо ему не мешала, как и орешки под ней, поэтому он просто на всё это никогда не обращал внимания. А оказывается, вот что с ней можно делать!
Уже через минуту стручок у Виталика превратился в твердую торчащую палочку. Сашка придвинулся еще ближе, чтоб получше рассмотреть.
- Во! – победно заявил Виталька, убрав руку. – Теперь он у меня стоит колом!
- Ммм, понятно, - протянул Санька и снова принялся стучать ногтем по зубам. – Интересно!
- Давай теперь ты! – бодро сказал Виталик и положил локти себе на поднятые и раздвинутые колени.
Сашка еще немного посмотрел на Виталькин колышек, высунул кончик языка вбок и наклонил голову влево. Он сам не понимал почему, но это зрелище его как будто завораживало. Ничего подобного он никогда раньше не видел. Во-первых, не у кого, а во-вторых, у него самого колом ни разу не стояло.
Виталька не стал его подгонять, дал насмотреться и наизучаться вволю. И даже гордился, что может показывать другу такие вот фокусы. Конечно, это не то что пальцем лампочку зажечь, но тоже какая-никакая полезная способность. Полезная, потому что весь организм ободряет и тонизирует, а потом расслабляет и убаюкивает.

На секунду он задумался о том, что было бы, если б его «кол» увидел кто-нибудь еще. Смотрели бы ему туда точно так же, как сейчас смотрит Санька своими большими глазюками? Раньше он себя так никому не показывал. А, собственно, показывать кому? Маме, папе да бабушке, что ли? Бррр… А таких друзей, как Сашка, у него до сих пор и не было.

Наконец, он дождался, когда Саня опустит руку себе между ног. Теперь Виталька придвинулся, сложив и отодвинув свои ноги в сторону, и приблизился лицом к другу. Тот попеременно смотрел то на себя, то на Виталика, щупал и двигал у себя двумя пальцами, но ответной реакции не было.
- Не получается, Вит. Может, у меня всё по-другому?
- Не может такого быть! Пробуй еще.
Санька попробовал снова. Прошла минута, вторая…
- Я ж говорю, не работает, - он опустил голову и отодвинулся в угол комнаты.

Виталик посидел, подумал, снова придвинулся поближе, чуть не вдавив Саньку в стенку.
- Ладно. Дай сюда, - сказал он тоном, не терпящим возражений. Сашка молча раздвинул коленки в стороны.
От прикосновения к себе внизу чужой рукой Сашка вздрогнул. По телу пробежались легкие импульсы, голова закружилась, а в глазах запрыгали и замерцали лампочки. Он покачал головой, опустил ее и стал смотреть, как по его бесполезной висюльке блуждают пальцы Виталика. По участку тела между бедер и верхней части ног расплылось онемение. Все мышцы там напряглись, появилось приятное ощущение тягучести.
И висюлька начала расти. За каждым ритмичным движением Виталькиных пальцев происходил отклик от Сашкиного тела. И вот через минуту с небольшим у него внизу тоже вырос долгожданный колышек.
- Ура! Получилось! – Сашка весь засиял – сначала в переносном, а затем и в прямом смысле. Под кожей по всему телу заблуждали огоньки, они росли и соединялись друг с другом, и превращались в одну большую волну света.
- Ух ты! У вас всё получается, ваше сиятельство, - с насмешливой учтивостью проговорил Виталик. – Дальше извольте сами.

Он убрал руку и отодвинулся. Сашка сдвинул брови, тут же подхватил колышек пальцами и сам продолжил прерванные движения у себя внизу. Он чуть задрал подбородок, принялся жмуриться и высовывать кончик языка то влево, то вправо, и облизывать губы. Еще минуты через три он направил свой соловьиный взгляд к Виталику вниз, приподнял брови и, не останавливая ритма движений, произнес:
- У тебя там… почему-то… упало…
Виталик отвлёкся от зрелища, взглянул вниз и сказал:
- А, да, побаловался – и хватит. Потом еще можно будет.
- Не хватит… - отозвался Сашка, притянулся к Виталику и с размаху взялся за его полу-колышек свободной рукой.
- Ай, оторвёшь же, - захохотал Виталька. Но отбрыкиваться не стал, а поставил ладони на пол по обе стороны от себя и пошире раздвинул ноги.
Сашка работал в две руки, как будто играл мажорный этюд на чудном пианино. Его тело светилось всё ярче, излучало тепло, переходящее в жар, который распространился и на Виталика. Воображаемый концерт подходил к своему апогею, в обеих головах пронеслись финальные аккорды, и…
Мальчишки одновременно и натужно выдохнули. Из уст обоих вырвался гул, зазвучавший в унисон. Из колышка Витальки выскочила одна длинная капелька. Сделав в воздухе пируэт дугой, она приземлилась точно на колышек Сашки, а в ответ… из светящегося колышка вылетела полоска молнии! Она оторвалась, взлетела в воздух, стукнулась о стенку, отрикошетила несколько раз и влетела в спину Виталика ровно между лопаток. Пораженный мальчик содрогнулся, выгнулся, взмахнул руками и откинулся всем телом на пол. Издал протяжный стон и отключился.

 

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

В слегка приоткрытую дверь тут же просунулась удивленная голова капитана.
- Что тут у вас твори… Ох, он в порядке?
- В порядке, просто не лезьте! – Сашка огрызнулся на капитана и склонился над беспамятным Виталькой. – Подсматривать нехорошо, вообще-то.
- Да я… случайно, мимо проходил, - капитан заикнулся и стушевался перед агрессивностью мальчика. А тот не успокаивался. В глазах его буквально сверкали молнии.
- Ага, так я и поверил. Я же вижу, ни под какой одёжкой вашей не спрячетесь.

Капитан поправил пояс на штанах.
- Ладно, не злись. Я же вам ничего не сделал. Просто увидел. Никому не скажу!
- Я знаю, что не скажете, - процедил сквозь зубы мальчишка. – Скажите лучше, как его обратно вернуть.
- Надо, чтоб воды попил. Но сначала по щекам похлопать.
- Ладно, несите воду, а я похлопаю.

Капитан поспешно скрылся за дверью. Сашка принялся легонько хлопать Витальку по щекам. Это не возымело эффекта. Он лежал, раскинув руки и закрыв глаза, его грудь еле заметно вздымалась. А еще…
- Ого, нифига себе. Неужели это всё из-за меня? – удивился Санька вслух. Он приложил руки к груди друга и послушал отдачу от стуков сердца. Потом окинул внимательным взглядом всё его тело от макушки до пальцев ног. Под кожей Виталика туда-сюда блуждала его, Сашкина, молния. Она как будто искала выход наружу. Сашка прикинул: вариантов было два. То есть, даже три, но последний он в счёт не принимал. Он склонился над бёдрами Витальки, подумал, потом склонился над лицом. А дальше прильнул губами к губам друга и задержал дыхание. Молния, сновавшая под кожей в разные стороны, наконец отозвалась на молчаливый призыв, подобралась к Виталькиной груди, потом к горлу - и вылетела из губ прямо в губы Сашки. Залетела в него, поблуждала по телу и потухла в области живота.

В следующую минуту в комнату вернулся капитан и протянул мальчику бутылку с водой. Сашка оттолкнул протянутую руку и тихо сказал:
- Нет. Вода ему не нужна. Уже не нужна.

Виталик открыл глаза. Облизнул ставшие влажными губы, посмотрел по сторонам, приподнялся.
- Сашка, что это было? Командир, а Вы чего тут?
- Что это было, я сейчас скажу, - отозвался Сашка. – Только это не должен узнать никто, кроме вас двоих. Капитан?
- А? Да.
- Обещайте, что не будете использовать его так же, как и меня.
- Что? В смысле?
- Ну!!
- Обещаю, но… Объясни уже скорее.
Сашка строго посмотрел на капитана, потом перевел взгляд на Виталика. Взгляд смягчился. Почти шепотом, еле слышно, Сашка сказал:
- Теперь ты такой же, как и я. Прости, я не хотел. Я не знал…
- Ого! – воскликнл капитан и оглянулся на дверь. Подскочил к ней и прикрыл поплотнее. – Как же так получилось?

Виталик посмотрел на обоих по очереди:
- Это я виноват. Я его научил… Ну, Вы понимаете. Да? – он подвигал рукой в воздухе в районе своего живота. Капитан кивнул головой.
- И вот то, что потом получается – ну, вы поняли…
- Да поняли мы, поняли! – закатил глаза мужчина.
- Да, так вот – оно всё попало на меня. То есть, в меня. Правильно, Саш, я угадал?
- Угу. Я не хотел…
- Да ну чего ты! – Виталька вдруг стал дико радостным, взял Сашку за плечи и начал трясти. – Это ж вообще обалденно, ты чего!
- Но теперь тебе воду нельзя – замкнёт и переклинит сразу! Ну, чуть-чуть иногда можно. А вот про туалет можешь забыть.
- Да блин, что ты так за туалет переживаешь? Не это ж самое главное! – Виталька вовсю ликовал и тряс друга. Потом опомнился, вскочил и зачем-то обнял капитана. Потом снова опомнился и быстро отлип. И сказал:
- Извините!
Капитан присел на край кровати, отпил воды из бутылки и ответил:
- Да ничё… всё нормально. Значит, я тебе не враг, получается. Я рад.

Виталька смущенно опустил глаза. А в глазах Сашки снова начали зарождаться вспышки молнии. Капитан заметил этот суровый взгляд на себе и подумал: «Вот те на – уже и ревность разыгралась. Эх, где мои юные годы!». Но вслух ничего не сказал.
Зато заговорил Сашка:
- Не забудьте – Вы обещали! Хотя опять соврёте же… Вот я дурак.
- Ты о чём? – не понял капитан. Он спустился с кровати и сел рядом с мальчишками, ближе к Сашке.
- Да, о чем ты? – переспросил Виталик. Санька зыркнул на него:
- Сговорились, что ли? – и отсел ото всех обратно в угол. Виталик тут же подскочил к нему, взял за руку и погладил ее.
- Ну не сердись…

Капитан смотрел на обоих и глаза его становились всё больше. От Сашки через сомкнутые руки к Виталику пронеслись длиннющие молнии. Они не исчезли, а остались светиться двумя яркими полосками от плеч одного мальчика до плеч другого.
- Вы соврали мне, когда я спрашивал про родителей, - вдруг заговорил Сашка. – Вы сказали, что они улетели в другое измерение. А на самом деле вы их просто убили. Как убивают всех родителей тут. А детей потом отправляют в интернаты. И кто там за ними присматривает? Такие как Вы? Бездетные! Которые не хотят продолжения своего рода. Или не могут, потому что другой пол им неинтересный. Правда, капитан? Не врите хотя бы сейчас.

Мужчина опустил голову и приложил ладони к вискам.
- Что-то правда, а что-то и нет, - сказал он, немного помолчав. – Их воспитывают бесплодные или однополые пары в своих домах. А в интернатах детей воспитывают те, кто еще не решился создать семью. Не каждый решается завести ребенка, и этих людей можно понять. Потому что после рождения ребенка взрослых ждет смерть. Так угодно Вольности. Но с твоими родителями, Кунджи, всё было иначе. А именно – так, как я тебе тогда и сказал. Как ты сейчас и вспомнил. Я не врал тебе.

Сашка вытаращил глаза, скривил рот и горько заревел.
- Так они… живые??
- Да, они находятся в параллельной реальности. Я не должен тебе это говорить…
- Где? Где именно? В какой реальности? – Сашка подорвался с места и накинулся на капитана. – Говори! Говори, а то хуже сделаю!
В тонких руках, сжимающих военную форму на груди у мужчины, засверкали беспорядочные молнии. Яркие полоски принялись собираться в шары света, готовые ринуться с места и поразить свою цель.

Виталик не успел подскочить, чтобы их разнять. Дверь широко распахнулась – и в комнату влетели аж четверо военных с дубинками, услышав истошные крики. Они оттолкнули мальчишек от капитана, накинули на каждого какую-то ткань размером с одеяла, и уволокли обоих прочь. Сашка не мог ничего поделать – ткань была сделана из материала, который гасил и не пропускал его молнии. А Виталька, даже если б и мог, не сумел бы помочь другу.

 

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Мальчишек закинули в другую комнату без освещения и заперли на замок. В ней они провели всю ночь, прижавшись друг к другу во сне.
Утром к ним зашел капитан. Стоя в приоткрытых дверях, он посветил фонариком и обнаружил мальчиков сидящими в одном из углов комнаты. Они по-прежнему держались друг за друга и о чем-то шептались.

- Ну что, успокоились вроде? – с усмешкой сказал мужчина.
- Вроде, - откликнулся Виталька. Чуть ранее он уговорил Саньку не нападать ни на кого, а прикинуться послушным – так проще будет выпытать всю нужную информацию.

Мужчина зашел в комнату, предварительно дав отмашку караульным. Те отдали честь и ушли.
- Ладно, тогда попробуем начать всё сначала, - мужчина оставил дверь приоткрытой, чтобы в нее мог заходить свет. – Я могу подойти?
- Подходите, - снова отозвался Виталик.
- Ты скажешь, где мои мама и папа? – глухо пробубнел из угла Сашка.
- Скажу. Но не сейчас. Для твоего же блага, - ответил капитан. – Давайте так: сегодня можете отдыхать. Занимайтесь чем хотите, только чур без лишних эмоций. Если вам захочется, я смогу погулять с вами за пределами Базы. Среди обычных людей. Но это уж сами решайте. Можете оставаться и тут – дверь не будет заперта.

Мальчики переглянулись, один пошептал другому на ухо.
- Ладно, можно и погулять, - сказал Виталик и встал с корточек. Сашка встал следом за ним. – Только поесть бы сначала. И умыться просто.
- В туалет уже не хочется? – спросил капитан с улыбкой.
- Не-а! Я сам в шоке, - ответил Виталик тоже с улыбкой и прошёл мимо мужчины к выходу. Сашка, глядя исподлобья, проследовал за другом.

* * *

После завтрака на скорую руку ребята в сопровождении капитана отправились в цивильный город. Виталька был дико рад, потому что однотонная военщина вокруг себя ему уже примелькалась и надоела. А в городе будет все-таки какое-то разнообразие.
Так и случилось. Только Виталику снова пришлось напрягаться и оглядываться по сторонам. Когда они въехали на окраину города, капитан припарковал машину возле небольшого магазина и сказал:
- Так, ввиду странных особенностей нашего гостя я предлагаю начать с малого. Тебе, Виталий, я так понимаю, нужно привыкнуть к новой обстановке. Поэтому сначала мы просто зайдём в магазинчик и прикупим каких-нибудь закусок. Ты согласен?
Виталька посмотрел в окна по сторонам. Парковка и вся улица были пустыми. Окраина города, все-таки. И он молча кивнул головой в знак согласия.
- Ну вот и хорошо, - удовлетворенно ответил капитан. – А чтобы тебе было не так страшно и - как бы странно это ни звучало – неловко, я вам обоим помогу. Выходите-ка, подышите свежим воздухом, а я сейчас к вам присоединюсь.

Сашка тут же молча открыл дверь и вылез наружу из автомобиля. Виталька проводил его взглядом, снова оглянулся на капитана и, немного подумав, тоже открыл дверцу. Через мгновение он уже стоял позади Саньки, как будто прикрываясь им. Он даже обхватил друга за бока и стал держаться за него как за заслон от прицела.
Сашка только поёжился от щекотки и ничего не стал говорить. Он стоял, потягиваясь и вытянув руки вверх. Он подставил всего себя под солнце, его любимый источник энергии, а оно в ответ приятно обволакивало его тело своим уютным теплом.
Виталик услышал, как за их спинами хлопнула дверца автомобиля. Не оглядываясь, он сказал капитану:
- Кстати, одёжка та, что Вы мне давали, порвалась от того, что я ее просто снимал.
- А, так это расходный материал, мы выкидываем после каждого вылета на задания, - ответил капитан позади него. - Но новое я тебе дать не могу - самому надо, да и выдают под роспись. Экономия!
Голос мужчины приблизился на ходу, и Виталька обернулся. И тут же вдохнул много воздуха и закашлялся. Капитан стоял перед ними в одних обтягивающих трусах-боксерках. Под солнечным светом подтянутое тело военного блестело и переливалось от бликов. Он стоял, держа в одной руке барсетку, а второй прикрывая глаза от яркого света солнца.
Виталик легонько толкнул Сашку в плечо, тот обернулся и тоже посмотрел на капитана. Мужчина улыбался, не глядя на них. Сашка тоже улыбнулся ему, а потом с прищуром посмотрел на друга. Наконец, Виталька отмер и решил продолжить разговор как ни в чем не бывало:
- Ага, значит. Так вот почему у вас, как вы говорите, половина народу голышом расхаживает. Тоже экономия? – сказал он капитану. - А что мешает производить что-нибудь качеством получше?
- Не можем мы делать качество, - ответил мужчина, всё так же смотря из-под козырька ладони. - Материала не хватает, и так кругом сплошное перенаселение. Вот и приходится экономить. Вольность постановила, что надо бы оправдать свое название - и поэтому на официальном уровне закрепила то, что и так уже повсеместно было: что каждый волен носить или не носить всё что хочет.
- А на самом деле - всё что может. Потому что экономия. Я угадал? – с усмешкой ответил Виталик.
- Ты у нас такой сообразительный! – улыбнулся капитан. – Правда, Кунджи?
Сашка только кивнул головой, взялся за руку Виталика и пошёл в сторону магазина. Капитан их обогнал и приоткрыл перед ними входную дверь. Мальчики сунулись вперед, застряли в проходе и, толкая друг друга, ввалились вовнутрь небольшого помещения.
В магазине были только продавец за кассой у входа да еще одна семья из четырех человек: двое мужчин и мальчик с девочкой помладше обоих друзей. Все, кроме детей, были одетыми, но одёжка на взрослых была такая… Виталька вспомнил, что в таких обносках в его родном городе ходили только бомжи и пенсионеры.

Капитан поздоровался с кассиром, потом завидел мужчин, махнул рукой и подошел к ним, и принялся о чем-то разговаривать. По-видимому, это были какие-то его знакомые.
Сашка с Виталькой взяли по корзинке и пошли гулять по рядам. Виталька оглядывался наверх в поисках камер наблюдения, но таковых не нашел. А Санька носился по рядам и тягал его за руку. Он большими глазами глядел по сторонам на полки, как будто побывал в магазине в первый раз в своей жизни.

В одном из рядов они столкнулись с теми детьми. Мальчик и девочка, такие же голые, стояли возле полок со сладостями и о чем-то вполголоса спорили. Виталька только услышал конец фразы мальчика: «Ну нельзя же, нельзя! Как ты не понимаешь, дурёха?!». Он тянулся руками за спину девочки, которая что-то прятала, а она увиливала и отскакивала от него. Завидев ребят, они замерли и уставились на них. Мальчик всё-таки исхитрился и выхватил из-за спины девочки какой-то батончик и быстренько положил его на полку.
- Мы ничего не крали! – заявил мальчишка. – Мы просто взяли посмотреть.

Виталик и Сашка переглянулись.
- Да ладно, не бойтесь, - тихо сказал Виталька. – Мы такие же, как и вы.
Мальчик оглядел обоих с ног до головы.
- Ага, я заметил. А вы у кого живете?
- Ни у кого. Мы сами по себе, - ответил ему Сашка.
- Даа? А где ваши поче… - тьфу – в попе… чистель… щики? Гыыы, - в конце мальчик засмеялся с собственного случайного каламбура.
- Попечители, что ли? Ты это хотел сказать? – усмехнулся Виталька. – А вон, с вашими стоит, болтает. Только он нам не родной.
- Понятно. Эти нам тоже не родные, - ответил мальчик и кивнул головой в сторону. – А я Арик. А это Мелиска.
Саня с Виталькой в ответ назвали свои имена и пожали им руки. Девочка все время молчала и бегала глазами по мальчишкам с нескрываемым интересом. Особенно ее интересовала середина на обоих телах ее новых знакомых. В какой-то момент она дёрнула за руку своего, по-видимому, брата, а потом потянулась, чтобы пошептать ему на ухо. Арик послушал ее, изменился в лице, одёрнул за руку и сказал: «Совсем дурёха, что ли?».

Сашка тоже был любопытный, поэтому сразу спросил у мальчика, что она ему сказала. Тот махнул на нее рукой:
- Да выдумывает всякие хотелки.
- Какие?
- Не скажу. Глупости совсем. Ладно, мы пойдем.

И тут девочка не выдержала и от обиды всё высказала:
- Я просто хотела попроситься потрогать! А чё, нельзя? У вас есть, а у меня нету. Я мож тоже хочу!

Услышав такое, Виталька тут же прикрылся спереди ладошкой.
А Сашка тут же сделал шаг вперед к девочке и сказал:
- Всего-то? Ну, потрогай! Только не оторви.
Девочка сразу же с готовностью протянула руку и ухватилась всей пятерней за Сашкину висюльку. Легонько ее пошевелила, подёргала и довольно улыбнулась. Сашка улыбнулся ей в ответ.
А Виталик и Арик, похоже, стояли в шоке, и каждый не знал, что друг другу сказать.
Девочка и Сашка продолжали тихо смеяться и принялись о чем-то перешептываться. Арик подобрался поближе к Витальке и тоже придвинулся к его уху:
- Нет, ну представляешь! Я ей с собой запрещаю, так она теперь на других мальчиков нападает. Поотбивать бы ей ручонки за такое.

Виталик подумал-подумал, да и сказал в ответ:
- Ну, может ей завидно. Вот и она тоже хочет поиграться. А ты ей не даешь, - на последних словах он легонько похлопал мальчика по плечу. – Но я понимаю, я б тоже постеснялся.
- Да я не стесняюсь, - возразил ему Арик. – Просто мне неинтересно, когда девочка лезет и трогает. Думаешь, у нее не получалось меня ухватить? О, еще как! Я замучился от нее уворачиваться. А у тебя есть сестра?
- Н-нет… - пробормотал Виталик. – Вот, только он есть.
- Ну, тогда ты и не поймешь. Когда не хочется, а тебя достают.
- А может, Санька тоже меня достает. Откуда тебе знать-то?
- Хехе, ну это ж совсем другое! – усмехнулся мальчишка и хлопнул Витальку по плечу в ответ. Потом посмотрел на него, подмигнул с широкой улыбкой, и дальше обратился к девочке:
- Так, хорош его мучить. Всё, пойдём к папам… попа… чистильщикам.

Арик аккуратно оторвал сестру от Сашки, взял ее за ту же руку, которой она жмакала незнакомца, и оба ушли в другой ряд магазина.

Виталька глянул на Сашку. Тот стоял, слегка расстроенный, а внизу у него торчал вперед наполовину вставший колышек.
- Эх ты! Пойдём уже, - Виталька взял друга за плечо и повел его искать капитана.

Все уже были на кассе. Капитан все так же разговаривал с мужчинами и с кассиром, брат с сестрой стояли на выходе. Виталик поставил заполненную корзинку на прилавок и посмотрел на чужие покупки. Ассортимент там был скудный, только самые необходимые продукты: крупы, макароны и хлеб. Он толкнул Сашку в бок и показал глазами на ту кучку товаров.
Когда все расплатились и всё было уложено в пакеты, толпа вышла на улицу. Капитан попрощался с мужчинами за руки и двинулся к машине.
Тут Сашка вдруг вынул из своего пакета шоколадку и отдал ее девочке. И сказал:
- Это тебе такое «спасибо», - и посмотрел на попечителей. – А можно будет к вам в гости?
Все замерли. Арик хохотнул и покосился на девочку. И прошептал ей: «Соблазнила-таки, да?». Девочка засмущалась, покраснела, но шоколадку взяла.

Мужчины тоже переглянулись, один из них повернулся к капитану:
- А почему бы и нет? Приходите! Завтра вечером, например. Вспомним былые времена, пообщаемся.
Виталику показалось, что мужчина сказал это с какой-то особенной интонацией. Он глянул на капитана – тот стоял как будто растерянный и, что самое странное – смущенный.
- Да я не знаю… Ну, можно, наверное, - промямлил капитан. – Завтра? Надо подумать…
- Смотрите сами, конечно, - тут отозвался второй мужчина. – Если не получится, ничего страшного. Но мы будем ждать.

Капитан кивнул головой, а потом быстро сел в машину. Мальчики помахали всем руками и тоже направились к транспорту.

- А Вы их давно знаете, да? – с хитрецой в голосе спросил Виталик, когда все уселись и поехали.
- Служили вместе, - сухо ответил капитан. – Ладно, сейчас завезем ко мне все покупки и поедем в город.

 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Чем дальше в лес, тем больше дров. Чем ближе к центру города, тем больше народу на улицах. Виталик смотрел из бокового окна автомобиля наружу, чуть пригнувшись и вжав голову в плечи. Улицы просто кишели людьми. Он видал такое раньше в документальных фильмах про отсталые страны. Толпы сновали туда-сюда, будто Броуновское движение. Кто-то просто сидел прямо на бордюрах и тротуарах. И да, половина народу была одета во всякое тряпьё или более-менее приличные наряды, а половина – и взрослые, и дети – были вообще без ничего. Оттенки серости и блики от голых тел перемешивались между собой, создавая в глазах Виталика усредненную картину бедности и безысходности.

В самом центре мегаполиса картина была получше. Появились длинные высотки, макушки которых, казалось, заканчивались аж за облаками. Контингент на улицах выглядел поприличнее, хотя совсем раздетых обитателей тоже было немало. Средний класс и рвань с голодранством каким-то непостижимым образом умудрялись здесь сосуществовать. Оглядев себя, Сашку и капитана, Виталик прикинул, что в таком своем виде они вполне могли бы затеряться и раствориться среди всех других.

Машина остановилась в одном из дворов среди высоток. Стоя у багажника и выгружая пакеты с продуктами, Виталик поглядывал на дома вокруг себя. Он пару раз сбился, но всё же досчитал до конца – ровно 25 этажей было в каждой высотке. Мальчики взяли по одному пакету и последовали через широкий двор за капитаном. На лавочке у подъезда две женщины в выцветших платьях шептались между собой и поглядывали на прохожих. На лавочке напротив бородатый мужик в рваной рубашке и трусах вытряхивал в рот последние капли из бутылки. Сбоку от него стоял голый подросток с пакетом в руках и терпеливо ждал, когда мужик ему эту бутылку отдаст.

- Здравствуйте, Геннадий Валентинович, - с заискивающей улыбкой сказала одна из женщин. – Это у Вас новые подопечные?
Капитан, имя которого мальчики услышали впервые, так же притворно-любезно ответил женщинам:
- Здравствуйте. Ага, взял вот кадетов на выгул.
Женщина не нашлась, что еще придумать и сказать, поэтому она вместе с подругой просто смотрела на них и продолжала улыбаться. Наконец, подруга произнесла:
- Красивые они у Вас, как на подбор.
Капитан улыбнулся им в той же манере, коротко приложил руку к виску и пошел дальше ко входу. Виталик слегка кивнул женщинам, взял Сашку за руку и последовал за капитаном.

Подъезд внутри был относительно ухоженным. Не было тех привычных для Виталика надписей на стенах, на ступеньках не валялись никакие бумажки или окурки. Лифт тоже был чистым, а все кнопки были на месте. Капитан нажал на кнопку с цифрой 23, двери лифта с шумом захлопнулись и кабинка устремилась ввысь.

Потом они подошли к квартире №82, капитан повернул ключ в замке, приложил большой палец к маленькому сканеру чуть выше – и дверь распахнулась сама.
- Ну, располагайтесь пока. Кухня вон там, зал вон там, - сказал Геннадий Валентинович, переобулся в тапки и скрылся за ближайшей дверью. Через минуту из-за двери послышался шум воды.

Мальчики оттянули пакеты на кухню и пошли на экскурсию по квартире. Это была типичная однушка холостяка с одной большой комнатой, и второй поменьше, со сквозным проходом из одной в другую. Раньше это была одна целая комната, но потом часть ее отделили новой стеной с дверным прорезом. В квартире было чисто и аккуратно. Было видно, что это не какой-то перекладной пункт или запасной ночлег, а основное жилище одинокого человека. Мебели было не много: одна кровать, столы со стульями, компьютер и телевизор. Виталька сразу потянулся к пульту на столе, направил на большой экран на стенке и нажал красную кнопку. Сашка уже расположился на аккуратно застеленной кровати и с любопытством смотрел по сторонам.

На экране включился какой-то спортивный канал. Показывали спортсменов, с готовностью расположившихся на беговой дорожке в ожидании старта. Звонкий щелчок – и шестеро мужчин принялись бежать наперегонки, преодолевая препятствия. Виталька загляделся. И показал Сашке пальцем на экран:
- Гляди! Прикольно там.
Сашка задрал голову и тоже стал внимательно смотреть. Бегуны, привычно для Сашки и удивительно для Виталика, бежали и прыгали голышом. Мальчики наблюдали, как спортсмены прыгали через препятствия и как у них при этом подпрыгивали все конечности. Незаметно для самого себя Виталик принялся сравнивать их между собой. Особенно интересно ему почему-то стало следить за вторым по счету мужчиной с блестящей черной кожей. То, как у него всё двигалось и подскакивало, было для Виталика любопытным и завораживающим зрелищем.

- Ты за кого болеешь? Я за первого! – сказал вдруг Сашка.
- Я… Я за второго, - пробормотал Виталька.
- А, тоже ничё. Но он моего не обгонит, стопудово!

Виталик посмотрел на лидера гонки: высокий брюнет с румяным загаром летел со всех ног по финишной прямой. До конца оставалось совсем немного, и он усилил свой бег, махая всем чем можно со всей дури. Виталька присмотрелся: по некоторым особым параметрам этот лидер всё-таки уступал его фавориту, и мальчик победно усмехнулся.
Последние пара метров, полоска финиша, две головы резко наклонились вперёд – и в углу экрана появилась надпись: «Ожидание фотофиниша».
Интрига нарастала. Мальчики переглянулись с хитрыми улыбками.
- Ждём. Но мой всё равно выиграет. Он первый был, я видел! – принялся доказывать Сашка.
- Ну сейчас и узнаем. Потерпи ликовать, чего ты, - так же с запалом ответил ему Виталик.

Со стороны входа в комнату донесся голос капитана:
- Ребята, я извиняюсь, можно вас попросить?
Мальчики оглянулись. Капитан выглядывал из-за двери и виновато смотрел на них.
- Мне надо туда… Я забыл трусы в шкафу взять, – он показал на вход в следующую комнату. - Или может, кто-нибудь из вас пусть мне принесет. Там в шкафу… Слева, на полке.
Сашка ответил:
-Ладно, я принесу! – и вскочил с кровати и убежал. Виталик перевел взгляд на телевизор. Там уже показывали другое соревнование с, опять-таки, голыми спортсменами.
- Ну блииин! – раздосадовано воскликнул он. Сашка отозвался из комнаты:
- Чего там?
- Да мы фотофиниш прозевали… Всё из-за Ваших труселей, - Виталик бросил короткий взгляд на капитана. Тот немного сдвинулся за дверь:
- Ну извините…
- Сдались они Вам, - продолжил ворчать Виталька. – Если Вам так надо было – шли бы за ними сам.

Сашка слушал все эти ворчания из соседней комнаты. И решил схитрить. Он громко сказал:
- Не могу ничё найти!
Капитан снова чуть выдвинул голову из-за двери:
- Ну как же? В шкафу, слева, на второй полке.
- Нету ничё! – повторил Сашка и едва сдержался, чтобы не зареготать.
- Да блин! – воскликнул капитан. – Не может такого быть, я всё помню, куда положил.
- Ладно, щас разберемся, - психанул Виталька и ушёл вслед за Сашкой. – Ну чего ты тут?
Сашка приложил палец к губам и хитро посмотрел на друга. Черные трусы лежали именно там, где описывал капитан.
- Аааа… - тихо отозвался Виталька.  – Я понял. Ну ты коварный.
И уже громко сказал:
- Капитан, тут и вправду ничего нету!

Затем он быстро ухватил трусы и переложил за другую дверцу в шкафу.

- Да ёлки-палки! Вы издеваетесь там? – голос капитана стал ощутимо ближе, а через пару мгновений сам он залетел в комнату. После душа на нем ничего не было, кожа на теле местами отсвечивала из-за не до конца вытертой влаги. Он стоял и прикрывался одной рукой себе внизу.
- Так, сейчас я сам всё найду, - он растолкал мальчишек и принялся свободной рукой шерудить по полкам слева в шкафу. Не найдя своих вожделенных труселей, он стал перебирать одежду по-новой. Для этого ему пришлось задействовать обе руки. Мальчики стояли по сторонам от него, переглядывались за его спиной и беззвучно ржали.
Сашка стрельнул глазами ему вниз. Виталька последовал его примеру и вытаращил глаза. Между ног у капитана заметно болталась таких себе неплохих размеров сосиска. Оба мальчика стали следить за покачиваниями маятника, а одного из них внезапно и на мгновение прошиб пот.

- А, ну вот же они! – капитан открыл дверцу справа и вытянул оттуда небольшой фрагмент одежды. – Странно, что справа лежали. Я же всегда их кладу слева.
- Да ладно… - махнул ему рукой Сашка. – Какая разница? Справа, слева. В трусах, без трусов…
- Ааааа! Я всё понял! – тут же воскликнул капитан. Он сжал черный комок в руках и швырнул его в хитрого мальчика. Тот поймал его, скомкал и швырнул в ответ. И убежал из комнаты. Капитан ринулся вслед за ним.
- Памагите! – заорал Сашка и тут же залился звонким смехом.
- Вот я те щас их на голову натяну! – заорал капитан вслед за ним.
Виталька еще долго наблюдал, как двое дикарей носятся по всей квартире, роняют вещи вокруг себя и кидают смятый кусок ткани друг в друга.
«Как дети, честное слово», - думал он. - «Что один, что другой».

 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Вскоре все трое сидели на полу, облокотившись об кровать, и смотрели «визор», поедая ложками йогурты из маленьких баночек.
- Интересно, а новости у вас тоже голые ведущие рассказывают? – как бы между прочим интересовался Виталька.
- Не, ну новости – это дело серьезное, - отвечал капитан. – А вот спорт или концерты какие-нибудь – это развлечение. Поэтому так. Вот, смотри.
Он поклацал кнопки на пульте. И действительно, на каком-то канале включилась студия с двумя ведущими за столом, а внизу по экрану бежала строка с новостями.  Ведущие были наряжены, «как при параде».
- Неинтересно, - махнул рукой Виталька. – Дальше давайте.

Капитан еще пару раз нажал на кнопку.
На экране появился концерт. Хор из детей исполнял какую-то бодрую песню. Виталик присмотрелся: дети стояли в два ряда и были попеременно голые и одетые, как клетки на шахматной доске.
- Хаха, прикольно придумали! – воскликнул он. – Так у вас тут это прям вот так всё устроено, на официальном уровне. И никто не парится!
- А смысл-то? – ответил ему капитан. – Все понимают, какая у нас ситуация с экономикой. Так почему бы не сделать из минусов какие-нибудь плюсы? Вот, сам посмотри, какое оригинальное решение. Разве не классно?
- Классно… Вы точно как бумер с такими словечками, - хмыкнул Виталька.
Санька с ложкой во рту повернул голову и посмотрел на обоих по очереди.
- Что такое «бумер»?
- Ну, бумеры – это такие старики, как вот он, - ответил ему Виталька сквозь капитана. – У нас так говорят. А мы с тобой зумеры. Или нет, погоди… Какое-то новое слово было. Ладно, не важно.

Капитан посмотрел влево на одного, потом вправо на другого.
- Пацаны, а что – я для вас реально такой старый?
- А сколько Вам лет? – переспросил его Сашка.
- Нуу… Я капитан по рангу. Как сами думаете?
- Шестьдесят пять? – спросил Виталька и хохотнул.
- Издеваешься? Меньше! – обиделся капитан.
- Ну полтинник значит.
- Меньше…
- Даа? А по Вам и не скажешь. Я бы за глаза дал Вам полтос.
- Тридцать семь, - сказал Сашка. – С половиной.
- Угадал! – воскликнул капитан. – Откуда знаешь так точно?
- Подсмотрел.
- Где?
- Не скажу!

Капитан повернулся к Витальке:
- Ты посмотри на него. Разведчик растёт! Значит, карты с документами надо будет перепрятать…
- Какие карты?
- А вот не скажу. Нефиг нос свой совать куда ни попадя.

- Ох и словечки у Вас, реально. Точно бумер, - сказал Виталька и взял пульт из рук капитана. – Надо для Вас другую передачу поискать. Например, заседание правительства. Любите такое?
- Нет, оставь детей. Хорошо же поют! – капитан отнял пульт обратно и отложил подальше от Витальки.
- Ммм… Ну ладно. Любите детей значит.

Капитан промолчал. Уткнул взгляд в свою баночку с йогуртом и принялся выскребать в ней остатки.
- Да ладно, мы всё понимаем. Давно уже, - сказал ему Сашка. Он погладил капитана по предплечью.
- Правда? – пробормотал тот в ответ.
- Ага, - сказал Виталька и посмотрел на Сашку. – Мы даже рады, что нам попался такой капитан. Вы же нам плохого ничего не сделаете. Так ведь?

Мужчина положил им обоим руки на плечи, сжал их на секунду, а потом встал. Обернулся и сказал:
- Мы вроде бы гулять собирались.
- Ой, да не спешите, - махнул рукой Сашка. – Завтра уже погуляем, а потом в гости поедем.
- У меня служба, - ответил капитан. – Так что не получится. Завтра надо возвращаться в Штаб. И тебе, Кунджи, предстоит снова взяться за работу.
- А возьмите отпуск, а! – вдруг осенило Виталика. – Вам же полагается. По уходу за детьми.
- Ну, не знаю… Если все станут брать отпуск по уходу, то работать некому будет.
- Неужели у вас тут настолько много детей?
- Ты даже не представляешь!
- Больше, чем взрослых? Это наверное неудивительно, если от взрослых вы вот так легко избавляетесь, - начал рассуждать Виталик. – Я только не могу этого понять - зачем? Отдаете детей чужакам или в приюты. Нахрена?

Капитан пожал плечами.
- Это решение правительства Вольности.
- Хреновое у вас правительство, значит. Невольность одна! С вашими-то технологиями – давно б уже что-нибудь придумали! Вот, например, взяли бы и переселили половину народу в параллельное измерение. Вы же и так можете путешествовать туда-сюда! Постройте межпрострпр… тьфу… странственные автобусы или поезда. И можно будет друг к другу в гости ездить. Нет?
- Хм... А ты и вправду соображаешь, - задумался капитан. - Только это всё дорого будет.
- Дороже человеческой жизни, да? – Виталька взвился и поднялся с места. - Блин, научитесь уже ценить ее, хоть как-то! Мы же все не амёбы и не букашки - а люди!

Он кинул в капитана пустым стаканчиком и выбежал из комнаты. Сашка подскочил, взглянул на мужчину и выбежал за другом.
- Нуу, дела… - капитан медленно пошел вслед за ними.

На кухне Сашка гладил дрожащие плечи Витальки. Капитан подошел сзади, положил руки каждому на плечо и сказал:
- Ну всё, ладно. Успокойтесь. Тут уже ничего не поделаешь.
- Слабаки вы! – ответил Виталька сквозь всхлип. – У нас бы такую Вольность уже б давно пинком под задницу… А вас тут тупо убивают, нищету разводят – а вы и не телитесь. Фу, отстой!
- Если бы мы и хотели что-то изменить, Виталий, то все равно не смогли бы.
- Разве? Вы же военные, они за вами прячутся. А вы бы их – хлобысь об стенку мордой! Чтоб знали! И всё, и нормальных людей во власть. Таких как Вы, например. Вы бы придумали, как о детях позаботиться, я уверен. Если Вы их так любите…

Капитан слушал рассуждения пришельца из другого мира и с каждым новым словом все больше убеждался, что мальчик совершенно прав.

* * *

В этот день они так никуда и не пошли. Виталька был не готов к прогулкам, его организм был слишком разбалансирован. Сашка почти ни на шаг не отходил от друга, и отвлекся только пару раз – когда надо было помочь с приготовлением ужина, и когда капитан по своей наивности решил натянуть на себя домашний халат. Мальчик увидел это, подкрался сзади и в прыжке скинул халат с могучих плеч капитана.
Мужчина успел ухватиться за одежду на середине пути. И недоуменно спросил Сашку:
- Эй, ты чего?
- Ничего. Не прикидывайтесь, - строго ответил ему мальчик и вышел из комнаты.
- Хм… Ну ладно! – крикнул капитан ему вслед. Он повертел халат в руках, потом аккуратно сложил и отнес обратно в шкаф.

Вечером капитан сделал пару звонков и поработал за компьютером, отвернув монитор от двух пар любопытных глаз. Попутно он размышлял о том, что высказал ему малолетний иностранец. С такими раздумьями он написал несколько сообщений в пару приватных чатов на компе. Мысли о том, что в этом мире что-то не так, возникали у него и раньше. И не только у него одного.

- Знаете, о чем мы с вами не подумали? – сказал он громко вслух, когда расправился со своими делами на компьютере. – Спать-то нам всем будет негде! Кровать маленькая. А больше ничего, на чём спать, у меня нет.
- Поспите стоя, как на карауле, - хохотнул Виталька. – Вам же не привыкать!
- Очень смешно, - огрызнулся капитан. – А если серьезно? Мы все втроем не поместимся.

Мальчики уже лежали на кровати впритык друг к другу и смотрели «визор». Они переглянулись, посмотрели по сторонам, и Санька сказал:
- Ну, может, и поместимся.
- А ну-ка, давайте попробуем, - поддержал его Виталик. Он махнул капитану, чтоб тот подошёл. – Вы, конечно, мужик статный, и плечи у Вас широкие. И вообще, как Геракл. Но мы-то помельче Вас.

Они спрыгнули с кровати и дали мужчине прилечь посередине. А следом взобрались обратно и улеглись по краям.
- Если притиснуться, то может и не свалимся, - оценил обстановку Сашка, когда все трое умостились на небольшой кровати. Но всем стало понятно, что места для троих тут действительно мало.
- Ну ладно, так и быть – можете положить кого-то сверху на себя, - сказал Виталик полушепотом. – Кого больше не жалко.
Все снова замерли, как три истукана, и посмотрели на потолок. Так прошла еще минута или две. И наконец, первым среагировал Сашка. Он медленно взобрался и растянулся на груди капитана, лицом к лицу с ним. Посмотрел на него впритык и сказал: «Здрасьте».
Виталик заржал у них под боком и принялся ворочаться. И упал на пол.
- Всё, там и спи! – захохотал Санька. – А нам тут и без тебя хорошо будет.
Он снова посмотрел на капитана, приблизился к его лицу и прижался щекой к щеке.

- Вот. И нормально. Вроде ничего не мешает, - пробормотал он. – Хотя…

Виталик подскочил с пола и посмотрел на них обоих. Остановил взгляд прямо посередине кровати, потому что заметил, что именно там начало происходить некоторое шевеление.
- Ох, капитан. Чувствую, мы сегодня вряд ли заснём, - сказал он и присел рядом с тем самым местом.

Капитан лежал весь напряженный, придавленный молодым голым телом, и казалось, совсем не дышал. Он уже не мог себя контролировать под таким напором, а тут еще и… Он этого не видел, но чувствовал, что чужая рука приземлилась ему кое-где. И принялась двигаться в медленном ритме. А дальше кое-какая часть его тела уткнулась в ложбинку между двух половинок чужой части тела. И ритмичные движения продолжились.

Облизнув сухие губы, капитан с хрипотцой прошептал:
- Кунджи… Ты можешь сделать меня таким же, как твой друг?

В ответ он ничего не услышал, но тут же почувствовал, как подсоединился к чужому телу сверху на нём, а по его собственному телу начали проноситься легкие разряды энергии

 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Вторую половину ночи до утра капитан провёл в кресле перед монитором компьютера. Мальчики спали в обнимку на его кровати, а он время от времени поглядывал, когда кто-то из них вдруг принимался легонько светиться. По-видимому, это означало беспокойный сон то у одного мальчика, то у второго. И капитан почти не двигался и еле дышал, лишь бы не нарушить их покой.

Сам он тоже ощущал беспокойство внутри тела. После того, что произошло между ним и сначала одним, а потом и вторым мальчишкой, теперь его собственный организм перерабатывал двойную порцию энергии, проникшей в него. Способ проникновения был простым и известным с начала всех времён. И может быть рассудок капитана не очень-то и хотел и допускал это всё – но на самой глубине подсознания что-то подсказывало ему не идти против своих потаенных желаний, а отдаться им и получать то давно позабытое удовольствие.

«К чёрту тот отпуск и планы на поездки за границу. Наивный я, кто ж меня в такой должности за кордон выпустит? Эх, а я так мечтал хоть раз побывать… Как я сразу не додумался? Взял бы тот отпуск – и торчал бы сейчас один в этой квартире. А тут – вон оно как всё сложилось!»

Капитан смотрел пустым взором в экран и ничего там не видел. Мысли его гуляли где-то в стороне, ближе к тем двум красивым обнаженным телам, что сладко обняли друг дружку и сопели почти в унисон.
Капитан выключил монитор и в полутьме подошёл к кровати. Присел на корточки, прошелся глазами по кротко мерцающим мальчикам. Поднял одну руку и, набрав побольше воздуха в лёгкие, положил ее на того, кто лежал ближе к краю. Прикосновение отозвалось пятнышком вскочившего света на юном теле. Большая сухая ладонь двинулась дальше. Прошлась по спине к плечу, потом обратно, потом к одной и другой половинке дальше поясницы. И обратно по тому же маршруту. И снова, и снова.
Всё это время руку капитана сопровождало одно пятнышко света. Капитан следил за ним сквозь полуприкрытые веки и старался равномерно дышать. Но резко выдохнул, когда до него вдруг дошло осознание, что свет этот исходит не от нежного юного тела, а от него самого. Он, капитан, сам этот свет излучает!
Пробежавшись глазами от пояса до плеч мальчишки, он перевел взгляд на его лицо – и вдруг увидел, что тот на него смотрит. Оба глаза слегка светились и мерцали от моргания.

- Ой…, - прошептал капитан и убрал руку. - Извини, я думал, ты спишь.
- Я сплю, - ответил мальчик. – И ты тоже спишь. Ложись сюда.
- Не поместимся же, - снова прошептал мужчина.
- Теперь поместимся, - послышалось ему со стороны других светящихся глаз чуть поодаль.

Капитан встал с корточек и попробовал прилечь на кровать. У него получилось поместиться между двух тел, да так, что осталось немало свободного места. Он лег на спину, и ему на грудь тут же опустились две руки с обеих сторон. Одна принялась гладить его, а другая опустилась ниже к животу.
- Спи давай. Тебе еще завтра нас на прогулку водить, - произнес шепот в его левое ухо.
Капитан закрыл глаза.

А утром проснулся в пустой кровати посреди тишины. Он встал и по инерции пошел в ванную. Откинул крышку унитаза и присел. Но ничего не произошло.
Он подождал еще немного, понапрягался – но ничего не вышло. Он задумался, встал, посмотрел вниз. Оторвал кусочек от рулона, провел себе сзади. Всё чисто. Тогда он провел двумя пальцами, посмотрел на них, приблизил к лицу. Всё чисто. Проверил спереди - всё то же самое. И запахов нет.
Он открыл кран, взял мыло и сунул руки под поток воды. И тут же отпрыгнул, потому что получил разряд тока по рукам. Пальцы задрожали, под кожей забегали обрывки света.
Он посмотрелся в зеркало и от удивления вскрикнул. Из отражения на него смотрел он сам – но возрастом в два раза моложе. Не было ни тех предательских морщин, что начали проявляться несколько лет назад. Ни клочков коварной седины на висках, что начала распространяться после первого неудачного вылета на задание.
На него смотрел как будто бы юный курсант - с красивым обнаженным телом, со свежим лицом и светлой волнистой прической.
- А-ху-е… - пробормотал капитан и закашлялся. – Неужели это вот так сработало?

Он быстро закрыл кран и выскочил из ванной комнаты. Прошелся по коридору и приоткрыл дверь на кухню.
Там за столом сидели оба мальчишки и шептались, надкусывая бутерброды. От скрипа двери они оба оглянулись, и один из них сказал:
- Во! Ты смотри, сработало! Еще и апгрейд загрузился. Ну, капитан, теперь ты вообще красава!

* * *

- Тебя капитаном обозвать уже как-то и язык не разворачивается, - сказал Виталька, как только все трое уселись в автомобиль. – Ка-пи… тьфу. Можно просто - дядя Гена?
- Он уже и не дядя. Вроде… - добавил вслед за ним Санька. – Больше как студент.
- Кадет, - исправил его капитан. – Если военный, значит кадет. Зовите как хотите. Вроде уже не чужие.
Мужчина – точнее, теперь уже парень – посмотрел в зеркало заднего вида на ребят, а потом на себя. Домашнее зеркало его не обманывало. И в машине тоже. На его внешность можно было дать не больше 20 лет.
Капитан к своему новому виду привыкал недолго. Он четко помнил времена своей юности. Даже лучше, чем все последние годы однотипной и однообразной службы во имя непонятно чего. И эту свою новую-прежнюю внешность он принял без особого труда, потому что сам с возрастом смотрелся в зеркала всё реже, чтобы не видеть болючей взрослости.
На то, чтобы выйти из подъезда в таком же виде, что и его подопечные, он также решался недолго. К тому же, Сашка специально куда-то подевал его трусы и штаны. Капитан, конечно, мог бы легко их найти в своей небольшой квартире, но махнул рукой и не стал. Ему захотелось угодить мальчишкам, и раз Сашка настаивал, а Виталька вроде не был против – значит, так тому и быть. К тому же, теперь ему самому нравилось, как он выглядит, и показаться в голом виде перед людьми ему было не стыдно.

- Ген, а куда ты нас гулять повезешь? – спросил его Виталька с заднего сиденья. Он решил первым преодолеть барьер взрослости, который теперь, тем более, стал меньше.
- А давайте сразу в парк! – Гена улыбнулся в зеркало и увидел, что мальчик показал ему большой палец вверх.
Сашка с утра был какой-то задумчивый. За всё время после пробуждения он сказал всего пару фраз. Виталька распереживался сначала, что его друг заболел или еще что-нибудь. Но потом они о чем-то пошептались, и он успокоился.
Сашка размышлял, и поделился мыслями с другом о том, что делать дальше. Теперь их стало трое с такими вот суперспособностями. Сашка думал: хорошо это или плохо? Наверное, хорошо. Его близкие друзья теперь под защитой. А если таких как они станет больше? Тогда можно будет и весь мир перевернуть! Если только эти суперспособности не получат плохие люди. А значит, надо тщательно их выбирать. И у Сашки прямо сейчас назревал план.

Пробравшись сквозь переулки и пробки, через час они подъехали к большой арке и остановились на парковке неподалёку. Вышли из машины, Гена надел на пояс ремень с барсеткой, щелкнул по кнопке на брелке. Машина пипикнула и помигала фарами. И все трое прошли под аркой через главный вход в городской парк.
Народу на огромной территории было дофига и больше. В основном это были дети. Одни сновали и носились друг за дружкой, другие ходили за руку или просто рядом со взрослыми. Аттракционы, музыка, воздушные шарики, сладости, всеобщий шум и гам – вокруг царила типичная атмосфера беззаботного детства. Мальчики влились в эту струю почти с самого порога и унеслись дурачиться, оставив своего попечителя позади.

Гена стоял за аркой и оглядывался по сторонам. Он заметил, что у входа в парк из взрослых только на нем одном были лишь барсетка и кроссовки. От неловкости ему захотелось вернуться в машину и дождаться, пока не вернутся ребята. Он уже развернулся, чтобы уйти, но вдруг услышал привычный рингтон телефона. Открыл барсетку и нажал кнопку на аппарате.
- Привет, Геннадий Валентинович! Это Слава. Помнишь, виделись с моими вчера в магазине?
- Да, Слав, привет.
- Ну как, сегодня всё в силе? Заедете в гости?
- Да. Думаю, что да.
- Отлично! Мне мои вчера все мозги прожужжали, расспрашивали про тебя и твоих. Кажется, они друг другу понравились.
- Я тоже так думаю. Хорошо, если подружатся.
- Конечно! Я уже чувствую, что между ними образовались парочки. Это так мило!
- Согласен. Во сколько к вам лучше заехать?
- Да когда захотите. Только не прям сейчас. Мы тут на выгул отправиться решили. Сейчас в парке тусуемся.
- О, так и мы в парке!
- В центральном городском? Обалдеть! А где именно?
- Я у арки, а малые уже убежали в толпу.
- Понял тебя, Геннадий Валентинович! Сейчас я к тебе подойду.

Капитан отключил звонок и положил телефон обратно в барсетку. Огляделся по сторонам. По телу пробежала дрожь от неловкости. «Светить голым задом», как выразился Виталик, ему перед другом не очень хотелось. Можно было, конечно, сбегать в машину и поискать там какую-то одежду. Но он прикинул в уме и понял, что там ничего подходящего не найдется.

Минут через пять его сзади похлопали по плечу. Он обернулся – перед ним стоял Слава и широко улыбался. И от его вида капитану сразу стало легче. Ну, хоть не он один тут такой голый олух.
А друг внезапно переменился в лице.
- Гена? Это ты?
- Это я, точно я, ты не перепутал. Привет, Слав, - капитан поспешно и неловко ухватил и пожал руку. – Не пугайся, это просто такие приколы.
- Фигасе, приколы! Да ты помолодел сразу лет на сто! Колись, в какой клинике делал подтяжку? Я себе тоже хочу.
- Да это… Сложно объяснить. Не обращай внимания. Мне самому еще непривычно.
- Ну ладно, потом расскажешь. Где твои сорванцы?
- А хрен его знает! Убежали, носятся где-то.
- Ну давай тогда присядем где-нибудь. Мой тоже куда-то умчался с малыми.

 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

Мальчишки тем временем оббежали весь парк вдоль и поперек. Полазали по горкам, покачались на качелях и каруселях – всё бесплатно. Виталька догонял Сашку, потом тот его. В какой-то момент он задумался: «Вот бы был прикол, если б я так в нашем родном парке с родаками гулял». От чувства свободы и отсутствия запретов у Виталика всё внутри и снаружи кайфовало. Он  во все глаза смотрел на чужих детей и на родного Саньку и не мог сдержать эмоций. Он вдруг подбежал, подхватил друга и приподнял от земли. Санька от неожиданности распахнул глаза и загудел: «Уооо!», а потом залился звонким смехом. Когда встал снова на ноги, то посмотрел удивленно на Витальку и сказал:
- Ты чего такой обнимательный?
- Не знаю, - тут же заскромничал Виталька. – Чё-то захотелось пообниматься. Нельзя, что ли?
- Можно! – Санька снова засмеялся. Потом спокойно сделал шаг навстречу, обхватил Витальку и попытался так же его приподнять. Получилось не очень, поэтому он просто остался прижиматься к нему в обнимках.
- Всё уже. Ты теперь мой, а я твой. Понял? – тихо сказал он.
- Понял, не тупой, - ответил Виталик.
- Не, я серьезно, Вит. Я твой. Если захочешь.
- Захочу, не переживай.
- Ладно.

Санька прижался еще крепче, приподнял голову и легонько прикусил Витальку за подбородок.
- Я те щас покусаюсь! – пригрозил тот ему в ответ и принялся щекотать под лопатками. Мальчик загудел: «Оооо, хохо» и сорвался в смех. Ноги подкосились и он сполз на землю, Виталик присел рядом с ним, не отпуская из своих рук. А Сашка быстро чмокнул его и отстранился.
- Ээ, ты чего? Увидят же, - пробормотал Виталька.
- Ну и что. Пускай видят. Чего прятаться?
- Ну, не знаю…
- Ну и дурак, значит.

Сашка отвернулся, но тут же замер и навострил уши.
- Погоди… Кажется, Мелиска здесь. И твой Арик вроде тоже.
- Даа? Как ты узнал?
- Почуял. Ты тоже можешь. Давай проверим.
- А как?
- Просто вспомни его и подумай.

Виталик попробовал вспомнить и подумать об Арике. Он представил его лицо, а потом всего остального. Симпатичный мальчишка чуть ниже его ростом, короткие тёмные волосы, карие глаза. Родинка под носом.
- Только ты сильно не светись, а то заметят, - прошептал ему Сашка.
- Хе, как целоваться, так пусть все видят, а светиться нельзя, да?
- Нельзя. Это опасно. А целоваться везде можно, дурак.

Виталик оглядел всего себя, закрыл глаза и снова сосредоточился. Арик снова улыбался ему в мысленном образе. Приоткрыл тонкие губы и обнажил чуть неровные зубы. И послышался его голос: «Я возле тачки с хот-догами».
- Он возле тачки с хот-догами, говорит, - озвучил Виталик свои видения.
- Да, я тоже уже понял. Пойдем к ним?

Они встали, осмотрелись по сторонам и пошли по наитию. Через несколько минут, пробравшись сквозь очередную толпу, они вышли к месту, где в ряд стояли прилавки с фаст-фудом. Возле одной такой точки стояли Арик и Мелиска.
Мальчики подкрались сзади, напугали их и поздоровались. Арик отошел к ним в сторону, пока Мелиска осталась ждать в очереди с двумя монетами в руке.
- О, а вы чего тут? – спросил Арик.
- Выгуливаем своего попечительщика, - ответил Виталик. – А вы своих тоже?
- Ага, - заулыбался мальчик. – Вы же вечером к нам придёте?
- Ну если вы не передумали.
- Неее, приходите, конечно! Чем богаты, тем и рады будем.

И тут со стороны тележки с хот-догами раздался крик. Все ринулись туда.
Тележка лежала на боку, сбитая каким-то незадачливым велосипедистом. А Мелиска лежала в луже разлитого кипятка и отчаянно верещала.
- Скорее! Отнесите ее подальше. Спрячьте, чтоб не видели, - закричал Сашка, когда подбежал к ней.
- Зачем? – не понял Виталик.
- Так надо. Быстрее!

Виталик огляделся по сторонам, заметил небольшое здание общественного туалета и показал туда рукой. Арик подхватил сестру за руки, Виталик поднял за ноги. Они оттащили ее в здание, следом залетел Сашка и запер за собой дверь.
- Всё, дальше я сам!
Он присел рядом с девочкой. Она уже не кричала, а потихоньку проваливалась в бессознанку. Ее тело покрылось жуткими пятнами от ожогов.
Сашка положил руки ей на грудь в область сердца. Помассировал там ладонями, сложенными одна поверх другой. Начал кружить ими, как будто раскручивая спираль. Взмахи руками становились всё шире, ладони вращались по всей груди и животу девочки. И тут под ними появилось пятно света. Оно зародилось маленьким кружочком и стало расширяться. Сашка сидел рядом спокойно, и только было слышно его глубокое дыхание.
Пару минут спустя облако света окутало тело девочки полностью. Еще через две минуты облако рассеялось, и все увидели, что на ее теле не осталось ни следа от ран.
- Фух, успел! – выдохнул Санька и отсел в сторону.
- Ты ее вылечил? – воскликнул Арик. – Но как?
- Это секрет. Никому ни слова! Хорошо? – тихо сказал ему Виталька. Потом он повернулся к Сашке и спросил: - Так теперь она такая же, как и мы?
- Нет, - ответил Санька. – Это по-другому надо делать. Ты сам знаешь, как.
- Аааа…
- Но я сделаю! Потом, обязательно…

* * *

Арик быстро вёл сестру в сторону выхода из парка. Мальчики поспевали за ними. Через несколько минут они нашли Гену и Славика – те сидели за столиком возле кафешки, с ними рядом был и парень Славика Володя.
- Всё, поедем домой, - громко сказал Арик, как только они подошли к мужчинам. – Нагулялись.
- Что так быстро? – Гена удивленно посмотрел на всех, но тут же, увидев выражения лиц детей, встал из-за стола. – Что-то случилось?
- Да вот, Мелиску чуть не угробили, - сказал Арик. Он рассказал всю историю с хот-догами, но промолчал про чудесное исцеление. – Всё нормально, успела отскочить, так что живая-здоровая будет.
- Фух, вот же повезло! – воскликнул Славик. – Прямо чудеса, не иначе.
- Ага, можно и так сказать, - ответил Виталик. – Ладно. Ну что, поехали по домам?
- Давайте уже сразу к нам, что ли, - отозвался Володя.

Все направились к выходу из парка.
- Вы на машине приехали? – спросил Славик.
- Да, а вы? – ответил Гена.
- Мы на автобусе.
- Ладно, попробуем поместиться, - задумчиво сказал Гена.
Все семеро вскоре втиснулись в машину, поприседали друг другу на коленки и медленно отправились в путь. По дороге заехали в магазин и прикупили всякого разного к столу.

 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Виталька проснулся посреди ночи оттого, что услышал мерный гул. Он не стал открывать глаза, а просто попробовал прислушаться. В ладонях и ступнях ощущалось дрожание и пощипывание, как от щекотки. Он не стал пугаться – потому что знал, что так и должно быть. Гул от его собственного тела, покалывание в нём – про всё это Сашка ему объяснил еще тогда, когда их запирали в тёмной комнате в Штабе капитана. И много еще чего другого объяснил, подготовив друга к новым ощущениям и способностям, которые теперь, по ходу, останутся с ним на всю жизнь.
Виталька полежал так еще немного, потом зевнул и потянулся. Открыл глаза в темноте. Разряд легкого тока щелкнул и пробежался по всему его телу и вылетел из пальцев в пустоту, и тут же исчез. Кто там еще умел метать молнии, какой из древних богов? Виталька попробовал вспомнить из курса школьной литературы. А, ну Зевс же, точно! Так что, они с Сашкой теперь как молодые боги, хехе. И эти, все остальные в квартире, уже тоже такие же стали. А всего-то нужно было…

Виталик вспомнил, что тут творилось накануне вечером. За окнами лил дождь и мерцала гроза. Дождь теперь им опасен, а вот гроза с молниями – самое то! Пока тут все куролесили, каждый на своих кроватях, гроза как будто бы помогала им, проникала сквозь стекло во все комнаты и устраивала настоящее световое шоу. Все поначалу испугались: и Славка с Вовкой в соседней комнате, и брат с сестрой здесь, каждый в своей постели. Но гости, каждый своим партнерам, всё по-быстренькому объяснили и сказали не бояться. И всё продолжилось по новому кругу.
В самом начале трое старших с загадочными улыбками прошли мимо и закрылись в соседней комнате. А Сашка с Мелиской сразу заняли двуспальную детскую кровать и принялись тискаться. Виталька с ревностью посматривал на них тогда: вот так просто Санька взял да и охмурил девчонку, а на верного друга перестал обращать внимание. И он аж накалился тогда весь на пару секунд, а в ладонях снова защипало. И немножко в глазах. Хорошо что Арик ему вовремя подвернулся – Виталька ухватил его за локоть, поднял с кресла и резко притянул к себе. Арик посмотрел на него распахнутым удивленным взором, потом этот взор покрылся легким туманом, а по губам проскочила улыбка.
- Ты что, завидки поймал? – прошептал он Витальке на ухо, покосившись на парочку на кровати. – Ну так мы тоже так можем, и даже не хуже.
Арик как будто со знанием дела принялся ласкать приятеля. Одна ладонь погладила затылок, вторая опустилась на плечо. Одно тело прижалось к другому, и Виталик почувствовал у Арика твердую боевую готовность ниже пояса. Но глаза Виталькины всё никак не могли оторваться от Сашки. «Предатель мелкий! Припомню тебе потом!» - злобные мысли носились в его голове, уши горели от досады, а ладони… щипались и покалывали, вот прям как сейчас.
Но потом Виталик понял, что Сашка делал всё как надо. Всё по плану, который еще раньше был придуман на кухне за обеденным столом. Гена активно обсуждал все те разные планы с друзьями, те кивали головами, и постоянно слышалось: «Так дальше быть не может. Надо со всем этим что-то делать!»
И Виталик смирился. Потому что это всё было надо для дела. Так он себя и успокоил.
Но нельзя сказать, что с Ариком всё было через силу. Мальчик оказался откуда-то вдруг опытный, и проделывал с Виталькой на гостевом надувном матрасе на полу такие вещи, что ум за разум залетал, а по телу блуждали волны балдежа, накрывая их обоих с головой. Арик старался угодить новому другу, не пропускал ни одной «горячей точки» на его напряженном теле. Виталька в какой-то момент понял, что Арик старается ему понравиться. Не просто выполнить привычный ритуал по удовлетворению, а именно что отдать себя всего настолько, чтобы потом услышать и похвалу, и признание.
Наивный десятилетка надеялся услышать когда-нибудь хоть от кого-нибудь те самые заветные три слова. Поэтому каждый раз старался изо всех сил, излучал всю свою накопленную нежность с мастерством, чтобы дождаться в конце и понять, что он в этот раз угадал. Что нашел наконец-то того самого, единственного и неповторимого – друга, покровителя или хозяина. Но до сих пор ему не везло. И, как потом окажется, не повезло и в этот раз. И после всех отточенных стараний губами, руками и всем телом он откинется на спину, посмотрит пустым взглядом в потолок, потом зажмурится и навострит свои ушки. Но в очередной раз ничего не услышит.

И сейчас Виталька, вдруг осознав это, посмотрел на мальчишку, что лежал рядом с ним на матрасе и тихо сопел во сне. Такой гордый тогда в магазине, такой перепуганный в парке, и такой кроткий сейчас в обнимку с ним. Виталька погладил его по волосам, вздохнул, аккуратно отодвинул от себя, встал с матраса и огляделся по комнате, освещенной сиянием из окна. Посмотрел на кровать. Девочка спала, лёжа на животе, и рядом с ней никого не было. Виталик прикрыл глаза, прислушался внутри себя, настроил свой поисковой радар – и направился к выходу из квартиры.

Проскакав по ступенькам на два этажа вверх, он взобрался по короткой лестнице, открыл дверцу и вылез на крышу многоэтажки. Впереди него, на расстоянии десяти шагов, в свете луны и звёзд с небесного потолка, спиной к нему стояла любимая фигурка и вся слегка светилась. Дождя уже не было, только ветер блуждал с порывами, растрепывая непослушные волосы. Дуновения были холодными, но Виталька совсем не ощущал, чтобы хоть как-то замёрз. Очередное суперсвойство организма.

Он подкрался к фигурке и обнял ее сзади. Фигурка хохотнула, поёжилась и положила руки себе на плечи. Голова откинулась назад, прислонившись к Виталькиной щеке.
- Чего не спишь-то?
- Да вот, проснулся, тело загудело опять.
- А, ну ты еще не привык. Скоро не будешь обращать внимания.
- Хорошо, если так. А ты чего тут стоишь? Не замёрз?
- А сам-то как думаешь?
- Ну да, я вот совсем не чувствую холод.
- Так и должно быть. Я те больше скажу: если бы ты сейчас оделся, то замёрз бы.  Одёжка, конечно, помогла бы согреться, но это было бы как у обычных людей. А так, если ты будешь без ничего, то никакие морозы не будут страшны.
- Прикол! А почему так?
- Ну, я не знаю почему, но вот так это работает. Если ты еще не понял, в наготе наша сила. Всякая одежда ее гасит, мешает. Соображаешь?
- Значит, вот почему ты вечно раздеться спешишь? А я думал, тебе это просто по приколу - дразнить и телепать.
- Ну, и это тоже. Но во всем есть и другой смысл. Никакая броня не защитит нас так, как открытая свету кожа. Хоть от солнца, хоть от луны. От них к нам и исходит вся сила. Если будешь закутываться в тряпки, сделаешь только хуже. Теперь это работает вот так, привыкай.
- Так что же, всю жизнь голышом ходить придётся?
- Ну что значит "придётся"? Ты до сих пор не рад? Я вот, когда узнал про это, про себя, то наоборот - обрадовался. Эх ты...
- Ну, не знаю. Че-то пока напряжно мне.
- Ты скоро привыкнешь и сам закайфуешь. Вон, у Арика спроси, как ему так живётся.

Санька развернулся к Витальке лицом, посмотрел с улыбкой, а потом обхватился, прижался и положил голову ему на грудь. Виталик принялся обдумывать то, как рассуждает его любимый друг, и поражался этим его словам и их серьезности. 11-летний мальчик говорил такие вещи... Как будто знания взрослого мира свалились на его светловолосую голову все сразу. Как они в ней поместились-то?
Он поцеловал друга в макушку. Потом они одновременно опустились, сели на поверхность крыши и принялись разглядывать небесный покров из звёздной россыпи. А через минуту их размышления прервал голос Арика:
- Эй, вы чего тут делаете?
Он стоял у входа на крышу, держась за перила. Мальчики этого еще не видели, но у Арика было перепуганное лицо. Он понимал, но до конца не осознавал, что сейчас происходит. Превращение случилось пару часов назад, он тогда сразу заснул в расслабоне и не успел заметить всех изменений в себе.
- О, Арик, привет! Как ты узнал, что мы тут? – спросил его Виталька.
- Хз, как-то сам по себе догадался, - пробормотал мальчик. - Проснулся, а вас нету. Я и подумал сразу, что наверно на крышу пошли.
Пока он осторожно шёл к ним, Сашка прошептал Виталику на ухо: "Спроси его про трусы". Тот отмахнулся, и Сашка обидчиво ткнул его в плечо. Арик наконец подобрался к ним на полусогнутых, огляделся в очередной раз по сторонам и присел рядом с Виталькой.
- Так а это… чё вы тут делаете-то? Холодно же, и ветер.
- А ты что ли замёрз? – Санька посмотрел на него и прищурился с ухмылкой.
- Я? Не знаю. Вроде нет. Хм… - Арик ощупал себе бока и лодыжки.
- Ну, оделся бы. Трусы там, или ночнушку, - с той же хитрецой продолжил рассуждать Санька.
- Да откуда они у меня? Скажешь еще такое, - хохотнул мальчик в ответ, как будто Санька ему сейчас сказал какие-то дикие вещи.
- А чё? Вы с сестрой не носите? – подключился к теме Виталик.
- Нет, не носим. Трусы - это для глупых богатых неженок. Они в тряпочном магазине дороже всего продаются. Да ну и нафиг! Чё в них такого? Только мешают и жмут. Наверное...

Все трое затихли, умостились друг возле друга полукругом и стали смотреть на небо. Минут через пять Арик осторожно спросил.
- Так это теперь навсегда?
Сашка молча кивнул в ответ.
- Ты не рад? – тихо сказал Виталик.
- Я не знаю, - пожал плечами Арик. – Пока непонятно… Это как будто я чем-то заразился, но оно не опасное, а наоборот. Да?
Сашка снова кивнул головой.
- Ммм… И как это сработало? – снова спросил Арик. - Я не особо и понял.
- Всё просто, - ответил Сашка. – Тот, кто уже «заражённый», как ты говоришь, передаёт это другому через молнии и капельки. Надо, чтобы они соединились, попали в чужой организм – и всё!
- Капельки? В смысле – эти мужские которые? Как у наших в-попе-чистильщиков? – на последних словах Арик нервно хохотнул.
- Ага, - ответил Сашка тоже со смехом. – В них самая суть.
- Так погоди… - встрял тут Виталик. – У тебя они тоже есть?
- Нее, - сказал Сашка. – У меня нету и не будет уже. У меня и без них получается. Я же с детства такой. А вот у тебя, у капитана и теперь уже у всех вас всё происходит через эти липкие капельки.
- Хех, вот мы с утра и узнаем, получилось ли у вашего Гены наших двоих «заразить».

Все трое поржали. Потом Сашка начал показывать Арику фокусы с тем, как стрелять короткими молниями из пальцев и не только из них. Последний способ Арику особенно понравился: он оббегал остальных сзади, махал бёдрами и пускал полоски света, целясь прямо в середину противника. Настрелявшись друг в друга и в разные стороны, через десять минут все вернулись обратно в квартиру.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

А план, озвученный с вечера на кухне, был такой: ни много, ни мало – переворот всего, что только можно и возможно. Так бывает, что на какие-то очевидные вещи кто-то кому-то просто открывает глаза, и наступает озарение. Похмелье. Так случилось и с капитаном Геной. Сомнения зарождались уже давно, но когда Санька с Виталькой ему вдруг как-то вот высказали всё – и картина мира сложилась полностью сама. Эти нестыковки насчет мнимой угрозы от соседних стран, эта разительная бедность у большинства жителей страны и этот чрезмерный достаток у меньшинства. И во главе этой странной пирамиды – чудовищная и нелогичная необходимость в истреблении родителей всех появившихся на свет детей. Проблему с перенаселением это не решало – можно было бы просто ограничить рождаемость другими, гуманными способами. Ну или постараться как-то улучшить качество жизни граждан, посмотреть на опыт других стран. Но почему-то правительство усердно сторонилось и отчуждалось от всех своих соседей, придумывало эти угрозы нападения, якобы оттого, что «все нам завидуют и хотят захватить наши земли и ресурсы». Железный занавес нависал над страной уже давно. Были обрублены каналы взаимодействия и всякие любые экономические, политические, культурные и прочие связи. «Мы сами справимся, мы лучше их всех, мы избранная нация» и прочий обидчивый бред – всё это впихивалось в умы граждан с самых малых лет. Население не такой уж и маленькой по размерам страны даже не было в курсе, что некоторые их ближайшие соседи живут намного богаче и справляются с глобальными проблемами человечества гораздо успешнее.

Наивный капитан Гена слишком поздно понял, что служит на благо большого зла. Привыкший с детства и до почти сорока лет своей жизни видеть вокруг себя полуголодных голых и босых сограждан, он и не задумывался долго, что это не есть норма. Каннибализм, убийство людей во избежание перенаселения были для него привычным явлением, которое очень долго не вызывало никаких вопросов. Задавать их кому-либо или самому себе государство не то чтобы запрещало – оно воспитывало людей так, что эти вопросы просто не всплывали на поверхность. Надо – значит надо. Традиции и духовные скрепы. Типа все так живут, и так надо. И веришь, и не проверишь. Наивный, он реально верил, что когда-нибудь сможет поехать в отпуск за границу, чтобы посмотреть на всю ту красоту, которую видел на старых картинках в выцветших журналах, что случайно попались ему в засекреченных архивах Ведомства Вольности. Поздно осознал, что отсюда ему выезд закрыт навсегда. И не только потому, что он военный. Выехать из страны вообще было сложно. А те немногие, кто сумел выехать за кордон по любым причинам, обратно уже не возвращались. Большинство уехавших погибало в течение нескольких месяцев от рук агентов разведки. Те же, кому удавалось избежать печальной участи и выжить, прятались под защитой других стран до самых последних дней своей осторожной жизни. И эта истинная картина мира была известна всем на этой планете – кроме граждан его родной страны, жившей обособленно и с перекрытыми информационными источниками. Маленькая пустыня посреди огромного оазиса.

Когда Гена наконец допёр своим умом, что что-то тут не так, он начал искать единомышленников. На его удивление, таких оказалось много. Используя секретный военный ресурс, он понемногу изучал лазейки и скрытые слабые места в монолитной махине. Она тщательно и долго воздвигалась, и конструировалась фанатиками во власти, при помощи современных технологий, большей частью позаимствованных или украденных у всего остального ненавистного ей мира, и переделана под себя. Молотком можно забивать гвозди, ножом можно нарезать хлеб и салат – но это было властям не интересно. Любые инструменты, даже созданные для самых мирных целей, превращались в руках безумного государства в орудия убийств или пыток, или подчинения и контроля. Но иногда всё-таки возникает шанс направить орудие убийства против самого убийцы. Об этом капитан и думал, и обсуждал это со своими единомышленниками. Двое из них накануне сидели с ним за столом на кухне, и оба они, после долгого обсуждения и объяснения, разделили с ним одну постель этой ночью. И наутро проснулись другими.

Никто не знал, откуда взялся этот странный светловолосый мальчишка с молниями в теле и с огоньком в глазах. Похищенный в раннем бессознательном детстве, он стал орудием убийства и расправы в угоду мощной махине террора. И вот сейчас появился шанс направить силу этого орудия в другую сторону. Гена, Славик и Володя это понимали. И Гена был несказанно рад, что сумел показательно выслужиться и завоевать доверие у военной махины настолько, что она без особых колебаний отдала маленькое светловолосое орудие под его опеку.

Действовать надо было проворно и оперативно, пока неповоротливая махина власти не опомнилась. Путь «заражения» неведомой силой от ее маленького источника был всем предельно понятен и прост. Природе есть природа. Законы сохранения и перераспределения энергии тоже всем известны. Сочетание факторов для ее преумножения было странным, но логически объяснимым: сперма как источник новой жизни вместе с молнией, заряжавшей ее неведомой и неизмеримой силой. Всё вместе это создавало прекрасный и даже приятный способ для того, чтобы увеличить и распространить энергию на других людей. Ну и укрепление, и обновление организма как приятный бонус.

Вовка со Славиком, на наглядном примере от капитана, еще со вчера были в курсе о том, что их ждёт после «превращения». Но, пробудившись поутру и взглянув друг на друга спросонья, всё равно вскрикнули от удивления. И только Гена, что лежал вплотную между ними, посмотрел на каждого из них и рассмеялся. Потом просунул руки им под плечи, каждому со своей стороны, прижал обоих к себе на мгновение и сказал:
- Ну как вам? Довольны хоть? Или меняем всё обратно?
И в ответ с обеих сторон наперебой донеслось:
- Да нет, всё отлично!
- Обалдеть! Глазам своим не верю. Это вообще реально?

Парни выглядели так, как когда-то давно, задолго до их знакомства друг с другом. То ли сбой какой-то случился, то ли просто Гене повезло меньше других, но Вовка со Славкой стали выглядеть сейчас как подростки не старше 16 лет. Может быть, их организмы легче получилось обновить, потому что они были менее «изношенными», не то что у Гены, который пережил в свое время несколько ранений в боях и вообще дофига стресса. Как бы то ни было, за старшеклассников его друзья вполне себе могли легко сойти. А он сам выглядел как средний курсант или студент.

Брат с сестрой же никак не изменились. Только стали выглядеть бодрее и румянее. Теперь еда была для них не главным источником подкрепления. Теперь самым главным был солнечный или лунный свет, который должна была впитывать их кожа. И поэтому – чем меньше помех для проникновения лучей сквозь кожу, тем лучше. В общем, всё как и всегда, и ничего не мешало. В головах, правда, пока еще не укладывалось, что туалет и душ им больше не нужны, а вода в больших количествах опасна. На эту тему Виталька до сих пор иногда раздумывал: «Вот бы надыбать где-нибудь плотный такой дождевик, лучше, чтоб полупрозрачный, и ходить всё время в нём». Бесполезные чувства стыда и стеснения выскакивали у него порой в самые рандомные моменты.

Поудивлявшись и поизучав новые свойства своих и чужих тел, все постепенно успокоились. Теперь настала пора превращать свой план в реальность. И его первый пункт, до которого додумались старшие ребята – это сходить на «экскурсию» в ближайший детский приют или интернат.
Все такие заведения по закону подчинялись военному ведомству. Государственная махина хотела в первую очередь контролировать подрастающее поколение, чтобы заранее отбирать для себя будущих послушных солдат из мальчиков, как и из некоторых девочек. А кто на пожертвование своей жизни во благо отечеству оказывались непригодны, те отсеивались и воспитывались отдельно как обслуживающий персонал или как производители потомства. Девушки после первых же родов уничтожались, чтобы избежать рисков и осложнений для здоровья у себя и отклонений у следующей «партии» потомства. Такие осложнения, из-за не самого лучшего уровня жизни большого населения, раньше возникали очень часто. Ну и государство решило уменьшить эти риски самым простым способом. Арик и Мелиска, двое детей от одних родителей, были редким исключением, так как родились двойняшками.

Капитан по своим каналам выбил пропуски, и на следующий день было решено отправиться в интернат для «будущих защитников отечества». В пропусках, оформленных Геной онлайн в личном кабинете, в пункте «Цель посещения» было указано стандартное: «Селекция В.». Это означало, что посетители одобрены военным руководством для того, чтобы подобрать себе кандидатов на усыновление и воспитание в духе боевого патриотизма.
Всей толпой сразу они решили не идти. Сашке светиться лишний раз, а тем более в околовоенных кругах, не стоило, да и не хотелось. Брат с сестрой остались дома под присмотром Володи. Гена и Славик нарядились в свои «мундиры» защитного цвета и взяли свои удостоверения. Перед самым выходом к ним подошел Виталик.

- Может, я с вами пойду?
- А ты там зачем? – вскинул одну бровь капитан.
- Ну как… - Виталик потоптался на месте. – Селекцию проводить. Помогать.
- Хм, - капитан переглянулся с бывшим сослуживцем. – Мы как-то и сами справимся.
- Да нет, ну вы не понимаете. Я их должен увидеть! Понять, что да как тут у вас устроено. Может, потом какие-то идеи подскажу. Ну и вообще…
- Ты просто на мальчишек поглазеть хочешь, я понял, - засмеялся капитан. Виталька отвел взгляд в сторону.
- Ну, так что тогда? Возьмёте с собой или нет?
- Да толк от тебя там какой? Мы со Славкой отберем самых сильных, на глаз. Отпросим их на выходные к себе, как принято. Познакомитесь, то-сё, ну а потом мы их «того», - капитан показал характерный неприличный жест. – Накачаем, подготовим, если подойдут. Вернем обратно, а дальше они сами всех остальных…
И он снова показал тот же жест и рассмеялся. Славик подхватил его настрой.

- Ну, вы «на глаз» отбирать будете. А у меня свои критерии, - уверенно сказал Виталик. Он посмотрел на каждого из старших по очереди. Гена посмотрел ему в глаза внимательно. Что-то такое особенное искрилось в них. Стало даже любопытно.
- Ну ладно, собирайся. А хотя… - он задумался на секунду. – Тебя бы нарядить во что-нибудь. Как ты говоришь – «для приличия». А то застремаешься перед толпой, стесняться начнёшь, как у вас там принято, а-ха-ха.
Гена и Славик снова захохотали. Виталик сжал кулаки.

- А вот и так пойду! Если у ВАС так принято!
- О-о-о! Храбрец! Ну, тогда пойдём, - капитан приобнял мальчика за плечо, выглянул из коридора в зал и махнул рукой остальным. – Так, братва, Вит с нами увязался, если что. Может, кто-то еще из вас передумал тоже?

Навстречу им выскочил Санька, подбежал к другу и прошептал ему что-то на ухо. Виталька внимательно слушал, вытаращив глаза. А в конце спросил:
- А можно так? Разве дадут?
- Дадут, еще и рады будут, - подмигнул ему Сашка, приобнял и что-то еще коротко шепнул.
- Ладно, - пробормотал Виталька после этой последней фразы и почему-то потупил взгляд и покраснел.

- Запомнил? Ну всё, идите, - скомандовал Сашка. Гена и Слава в шутку приосанились и отдали честь, после чего с хохотом вышли из дома, уводя Витальку с собой.

 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Машина подъехала к высоким воротам, обрамленным длиннющим забором с колючей проволокой. Здание интерната было видно еще издалека, оно недаром считалось самым лучшим и надёжным во всей округе. Строгий контроль и дисциплина, отсутствие всяких поблажек, пресекание любого саботажа и дедовщины были основными постулатами в уставе этого учебно-воспитательного заведения. А также: изучение военного дела, постоянные спортивные тренировки и закаливание, строгий запрет на любое прикрытие тела. Даже одеял на кушетках не было. Это Виталик сразу заметил, когда вместе с Геной и Славиком проходил через пустые сквозные комнаты по очереди.

Согласно заранее подготовленному капитаном письменному запросу их провели в крыло здания, где проживали воспитанники возрастом от 12 до 15 лет. Эту деталь просил указать Сашка. И не сказал, зачем, а просто хитро спрятал глаза. Ну, он в этих делах самый главный, ему и виднее. И только Виталька догадывался, что в таком отборе у его друга был свой дополнительный интерес. Но выдавать его не стал.

Пока все остальные постарше и помладше занимались на стадионе за задней частью здания – Виталик успел заметить их из окна, когда шел по длиннющему коридору – все отобранные строго по заданному возрасту мальчики собрались в актовом зале интерната. Девочек тут не держали, для этого был отдельный интернат по соседству. Услыхав об этом, Виталик вздохнул с облегчением. Не хватало ему позориться голышом перед девчонками! Мало ли какая «внештатная ситуация» может произойти. А с мальчишками, пусть даже и в таком виде, ему было как-то попроще. Он и раньше замечал за собой, еще когда в родном доме жил и в родную школу ходил, что в компании ребят ему дышалось свободнее и уютнее. Почему так, он сам себя не спрашивал. Как-то не до этого было.

Завуч, статный мужчина в военной форме и шапке, чеканным шагом провел их ко входу в зал, а сам остался снаружи и закрыл за собой дверь. Виталька вздохнул еще легче – никто посторонний не будет стоять над душой, и он будет присутствовать на «селекции» только вместе со своими старшими друзьями. Все трое уселись в зрительном зале на первом ряду. Свет приглушили, осталась освещенной только одна лишь сцена.

Через пару минут из-за кулис с обеих сторон начали выходить мальчишки. Виталик забегал глазами то в левую, то в правую части сцены и пробовал всех посчитать. А еще дико вспотел и задрожал. Гена заметил это, покосился, усмехнулся и положил руку Витальке на колено. Дрожь сразу прошла, но внутренний мандраж остался.

Ребята спокойно рассредоточились и встали перед ними в два ряда по росту. Гена поднялся с места и громко сказал:
- Здравствуйте, ребята!
В ответ все хором отчеканили что-то обрывистое и неразборчивое. Виталька услышал лишь что-то похожее на «Гав-гав-гав», хотя наверняка в этом хоровом лае был какой-то смысл.
- Вольно! – отдал команду капитан. Мальчишки тут же послушались: кто-то подбоченился, кто-то расслабил колени, а кто и присел прямо на пол.
Гена начал толкать им стандартную речь про селекцию. Видимо, сам он бывал на таких мероприятиях не раз. Виталик не вслушивался – он во все глаза рассматривал «будущих защитников», сидя в одном из кресел и вжавшись в его спинку. Пальцы вцепились в подлокотники. В горле резко пересохло. Славик как знал об этом: он вдруг протянул Витальке руку позади капитана. Мальчик оглянулся, протянул руку в ответ и вцепился в бутылку с водой, отпил немного – и его прошиб пот с новой волной.

Всего их оказалось 14 человек, по 7 в каждом ряду. Виталику не сразу удалось их правильно посчитать, всё время сбивался. Один раз даже показалось, что у него двоится в глазах, но потом он посмотрел внимательнее и понял, что среди мальчишек было двое близнецов. Они стояли в разных сторонах, и это сбило Виталика с толку. Он все время перебегал глазами от одного к другому и, конечно же, сравнивал их между собой. Две идентичные невысокие фигуры, с короткой светловолосой стрижкой, блестящими натренированными, но не слишком мускулистыми телами – казалось, они были зеркальным отражением друг друга. Даже одна и та же родинка над верхней губой, прямо как у Сашки, располагалась у близнецов зеркально – у одного под левой ноздрёй, у другого под правой. Это был знак. Санька говорил ему обращать внимание на любые детали, на всё необычное. И это был как раз такой случай. Однако во всём остальном различий между ними не было. Даже «там» у них всё было синхронное.

Закончив свою речь, Гена уселся обратно, а на сцене началось «представление». Нет, никто не принялся петь или плясать. То, что происходило на сцене, напомнило Витальке показ мод, который он когда-то смотрел по телевизору. Только там разодетые парни или девушки демонстрировали наряды от кутюр. А здесь ребята демонстрировали… самих себя.

Презентацию открывали близнецы. Словно по команде, сработавшей в их головах, они вместе с остальными отошли вглубь сцены, встали впереди всех, взялись за руки и с одинаковым чётким шагом совершили дефиле навстречу зрителям. Они все время смотрели поверх рядов куда-то вперед. Подойдя к краю сцены и встав прямо над зрителями в первом ряду, они расцепили руки и сделали шаг в разные стороны. И один из мальчиков все же не удержался и мельком взглянул на Витальку, но не в глаза, а куда-то ниже - а потом снова вперед себя. Виталька заметил, или ему показалось, что близнец на секунду улыбнулся краешком губ. Гена это тоже заметил, сдвинул брови и покосился на своего юного соседа слева. И тоже усмехнулся – и было с чего! Виталька сидел, все так же вжавшись в спинку кресла, но теперь обеими руками прикрывал себе между ног. А еще елозил попой по сиденью и снова дрожал. В какую-то секунду он пошерудил там себе пальцами и быстренько вытер их об ногу. И снова прикрылся.

Тем временем, перформанс продолжался. Мальчики по парам проходили из глубины к краю сцены, ровно по прямой, ограниченной двумя близнецами, что стояли недалеко друг от друга. Потом резко разворачивались, как по команде, и тем же мерным шагом возвращались в глубину сцены. А дальше выходила следующая пара, и так шесть раз. Потом близнецы отошли к краям сцены влево и вправо, а остальные встали в длинную шеренгу от одного близнеца до другого. Развернулись на месте, спинами к зрителям, и замерли.

Это был знак к действию.  Гена и Славик тут же встали со своих мест и вышли на сцену. Виталька остался сидеть, прикрываясь, и во все глаза смотрел и ждал, что же будет дальше. Гена и Славик, каждый со своего края, пошли мимо ребят навстречу друг к другу. Они останавливались возле каждого мальчика, смотрели им в глаза, прикасались к их обнаженным телам в разных местах. Гена в основном щупал им мышцы на руках, Славик же изучал рукой их тела более широко и свободно – сверху и снизу, слева и справа, со всех сторон. Виталику это было плохо видно, потому что всё происходило за спинами ребят. Перед ним же самим просто в длинный ряд располагались 14 крепких поп. В глазах у Виталика всё рябило и мутнело, голова кружилась, а руки беспокойно суетились внизу живота. Сдерживать себя он уже еле-еле мог, поэтому, пока никто на него не смотрит, он напряг все свои мышцы, дернул руками пару раз и разрядился прямо себе в ладони.

В этот момент Гена, как по чуйке, посмотрел на него, выглянув между двух мальчишек, и громко и без всякого стеснения (хм, откуда б у него оно было!) огласил на весь зал:
- Возьми платок в барсетке!
Виталька чертыхнулся, вжал голову в плечи и на секунду зажмурился. «Ну блин, зачем?!». Он ожидал, что сейчас 14 голов повернутся в его сторону и начнут синхронно смеяться. Но ничего такого не произошло. Все мальчишки, и даже Славик, даже не шелохнулись, а продолжили стоять, сверкая попами перед напуганным Виталькой. Подождав немного, мальчик принялся беспокойно расстегивать барсетку липкими пальцами. Вожделенный платок нашелся не сразу. Подцепив его, Виталька принялся поспешно вытирать себе руки и область паха. Не забыл и про барсетку, тоже обтёр её ещё чистыми краями платка.
- Брось его и поднимайся сюда! – раздалось тут со сцены. Виталька открыл рот и посмотрел между мальчишек на Гену. Тот махал ему рукой к себе.
- Да ладно, я тут посижу! – Виталька сказал это будто не своим голосом. Но Гена настаивал. Ну как, он просто молча сверлил Витальку глазами, и тому ничего не оставалось, кроме как послушно выйти на сцену, чтобы не затягивать неловкое ожидание.

Славик уже закончил свой осмотр и спустился к сиденьям, умостился на свое место и беззаботно попивал воду из бутылки, не глядя ни на кого. Гена дождался, пока Виталька спотыкаясь выползет на сцену, подошел к нему и прошептал на ухо:
- Последнее решение за тобой. Не робей, мы тут все свои, а они теперь подчиняются тебе и ослушаться не смеют – иначе их ждет строгое наказание. Что там тебе Кунджи говорил, то и делай. Изучай каждого. Я больше всего смотрю на вон тех двоих, - Гена бесцеремонно показал пальцами. – Ну и близнецы вроде неплохие, хоть и пока слабоватые, как по мне. Но ты решай всё сам. На кого укажешь, тех и возьмем. Всё, давай, удачи!

Капитан похлопал Витальку по плечу и слегка подтолкнул к мальчишкам, а потом сошел со сцены, уселся рядом со Славиком и стал с ним о чем-то перешептываться, как ни в чем не бывало.
Виталик сделал несколько робких шагов к мальчишкам. Он все еще прикрывал себе одной рукой внизу – неугомонный торчок у него до сих пор не расслабился, даже после разрядки. От досады он даже щелкнул по нему пальцами, а тот только обиженно отпружинил и со звуком ляпнулся о гладкий лобок. Виталька резко поднял глаза и посмотрел на мальчиков. Никакой реакции! Всё также 14 пар глаз смотрели перед собой вглубь сцены. Все ожидали в стойке «смирно» и ждали своей очереди на осмотр.

И тут Виталик резко расслабился. Раз так – значит и нечего тянуть время за хвост! Он убрал руки от паха, обтер о живот потные ладошки и подошёл к первому мальчику. Тот смотрел сквозь него, совершенно не шевелясь. Виталик посмотрел ему в лицо, заглянул в глаза. В них отображалось полное подчинение и послушание. Виталик переглянул ему через плечо и посмотрел на Гену. Тот покрутил рукой в жесте «Давай, давай!», а потом поприкладывал себе руки к голове, груди и животу, типа «Ощупывай их, если надо».
И Виталька прислонил ладонь к щеке мальчишки. Мышцы у того на лице слегка дернулись. Зеленые глаза всё так же смотрели будто насквозь. Виталька соскользнул взглядом мальчику вниз. Полностью гладкое тело, плоский живот, а дальше… Дальше просто красота! Аккуратный член с закрытой головкой ровно висел над подтянутыми яичками. Всё в теле этого мальчика замерло и ждало. Только грудь слегка вздымалась от тихого дыхания.

Виталик заметил краем глаза, что Гена машет ему поторапливаться. И тогда он перешел к следующему кандидату. Это как раз был один из близнецов, который с родинкой слева. Такая же короткая русая стрижка, голубые глаза, ровный нос, чуть пухловатые губы. Мышцы не такие развитые, как у предыдущего мальчика, но в целом телосложение хорошее. Узкие бёдра, не менее аккуратно сложенные причиндалы ниже живота. Виталик не стерпел и, как он него ранее настойчиво требовал Сашка, приложил ладонь к паху мальчика. И тут никакой реакции! А хотя нет… Мышца сократилась один раз и снова ослабла. Виталик посмотрел ему в глаза. На секунду ему показалось, что они слегка прищурились. А губы чуть шевельнулись. Реагирует, значит! Не как робот, в отличие от предыдущего зеленоглазика.

Но пора двигаться дальше. Виталик подходил к каждому – и сразу смотрел в глаза и в пах. Сравнивал телосложение, рост и прочие размеры. К концу осмотра он выбрал для себя четверых. Но до окончательного решения оставалось провести еще один тур конкурса. Тот, о котором Сашка его попросил в самом конце разговора.
Виталька спустился со сцены и вернулся к Гене и Славику, и рассказал им о Сашкиной просьбе. Те ничуть не удивились, как так и надо. Гена сказал: «Если нужно – вперёд, иди командуй!». И добавил: «Мы в буфет – тебе принести что-нибудь?». Виталька отмахнулся, но потом передумал и попросил еще воды. А потом, когда остался один-на-один с 14 послушными пацанами, он поднялся на сцену и решил им прямо всё объяснить. Даже хорошо, что старшаки пока что ушли. Виталька надеялся, что так ему будет проще проводить эксперимент.

Он оббежал их, встал перед ними посредине и сказал:
- Всё, пацаны, можете пока расслабиться!
Но никакой реакции не последовало. Странно! Виталик задумался – а потом его осенило! И он громко сказал: «Вольно!»
Пацаны тут же зашевелились. Кто-то присел на корточки, кто-то запрыгал на месте, разминая затекшие конечности, кто-то уселся на сцену или остался стоять с расслабленными коленками. Но все продолжали молчать. И Виталька продолжил свою речь:
- Пацаны, в общем, такое дело… Извините, конечно, но мне надо будет, чтоб вы все хором подрочили! Не, я понимаю, дичь какая-то. Правда же? Только мне это очень надо. Такое у меня поручение. Это всё для дела, поймите!

Он посмотрел на каждого из 14-ти ребят. Никто ничего не ответил. Когда он взглянул на первого из близнецов, тот сразу же отвёл взгляд и пожал плечами. Ага, первая реакция на его слова. Ну хоть какая-то! Виталька подошел к нему.
- Скажи, что думаешь! Как это вообще – нормально, по-твоему?
Близнец продолжал молчать, только принялся разминать себе плечи. Виталька подумал и снова догадался:
- Разрешаю обратиться!
- Благодарю, - тихо ответил мальчишка, дождавшись, наконец, нужной команды. – Вопросы задавать – не нашего ума дело. Как скажете – так и будет.
- Слушай, ну дело-то необычное, согласись.
- Не нашего ума это – соглашаться или нет. Сказано – сделано. Подрочим хором. Не в первый раз уже.

Виталик решил пообщаться с мальчиком побольше. Вроде покладистый он. Реагирует нормально. Если, конечно, вообще можно назвать нормальной такую тему для разговора. И вообще всю эту ситуацию.
Он взял мальчика за плечо и отвел его ото всех в сторону к краю сцены.
- Присядем, - сказал он, и мальчишка тут же послушался. Они присели на корточки. – Можешь меня спросить обо всём, о чём хочешь. Я обещаю отвечать честно.
- Не положено, - пробормотал близнец.
- Ну, я разрешаю. Спрашивай.
- Не положено, - продолжал настаивать мальчик чуть более тихим голосом.
- Ладно. Упрямый ты, однако, - Виталька тоже решил перейти на полушепот. – Вас тут капец как муштруют.
Мальчик снова пожал плечами. Виталик задумался, как же дальше вести себя с ним и со всеми остальными. Он не хотел никого заставлять или кому-то приказывать. Но, по ходу, другого обращения к себе они не ожидали. Как же поступить?
Виталька подумал еще немного, а потом сказал:
- Ладно! В общем, подрочите, а я буду смотреть. Только я! Те двое будут сидеть и не вмешиваться. Слушаете только меня, ок?!
Мальчик кивнул головой.
- Мне надо увидеть, кто из вас стрельнет дальше и больше остальных. Потом я кого-нибудь выберу. А, ну и еще кое-что надо будет сделать… Тебя как зовут вообще?
- Младший воспитанник кадетского корпуса имени Вольности Алекс Алькер к Вашим услугам, - отчеканил мальчик на автомате.
- Понятно. А брательника как звать?
- Младший воспитанник кадетского корпуса имени Вольности Ден Алькер к Ва… Ой, - на последних словах у мальчика вдруг порвался шаблон.
Виталька тихо засмеялся и шлёпнул его по плечу.
- Ахах, не так уж и сильно вас тут муштруют!
- Прошу прощения, господин… эээ…
- Что? А дальше? Как там у вас по шаблону?
Мальчик замолк и стушевался. В глазах его Виталька вдруг заметил страх.
- Эй, ты чего! Отставить бояться! – сказал он мальчику и взялся ему за оба плеча. – Посмотри на меня.
- Есть «отставить бояться»! – мальчик послушно посмотрел на Витальку. Тот принялся внимательно изучать его эмоции. Мальчик забегал глазами по лицу Виталика. – Простите, я не знаю Вашего имени…
- Меня зовут Виталик. Можно просто Вит. Без званий и должностей. Понял?
- Понял…

Всё так же сидя на корточках вместе с мальчишкой, Виталик огляделся по сторонам. Все остальные 13 воспитанников после команды «вольно» занимались чем попало. Только второй брат-близнец стоял неподалеку и беспокойно косился в их с Алексом сторону.
«Не такие уж и надроченные роботы они тут. Живые, с эмоциями. Не всё ещё с них повыбивали», - размышлял Виталик. Он уже примерно знал, на кого падёт его выбор. Но надо всё равно послушаться Сашку и выполнить его поручения, какими бы странными и необычными они ни были. Витальке захотелось поскорее расправиться со всеми делами и свалить отсюда подальше.
Он снова повернулся к Алексу, протянул и прислонил обе руки к его коротко стриженной русой голове. Как там его Санька учил? Сфокусироваться и ждать.
Мальчик дрогнул от его прикосновения, как будто его слегка ударило током. Виталик был готов, что так будет. И легкий разряд тока из его рук действительно вышел.
- Не бойся, больно не будет, - поспешил он успокоить мальчика. – Давай, положи ладони сверху на мои.
Мальчик не двигался. И тогда Вит сказал:
- Это приказ.

Алекс послушно положил свои руки себе на голову поверх рук Виталика. Тот прислонился лбом к его лбу и закрыл глаза.
Перед ним заплясали разные узоры всех возможных цветов и оттенков. Они хаотично проносились туда-сюда перед его закрытыми глазами, пока примерно через минуту не уложились в ровные линии. Эти линии становились всё плотнее и толще, надвигались всё ближе – а потом резко рассеялись. Вместо них начали проступать цветные пятна разных размеров. Они двигались медленно вокруг друг друга, перемещались и поглощались более крупными пятнами тех же цветов: красные, зеленые, оранжевые… Виталик продолжал сосредоточенно наблюдать. Он ждал, пока появится конкретный цвет, который решал всё. Если его не будет, тогда мальчишку придётся отбраковать.
«Ну же, давай! Где ты есть??»

Он очень хотел, чтобы мальчишка оказался тем самым. Полезным для Сашки. Он уже и так стал нужным для него самого. Но блин… Неужели всё зря??

 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Гена со Славиком стояли у входа в актовый зал, жуя бутерброды, и заглядывали вовнутрь помещения. Завуч стоял всё это время в коридоре и терпеливо ожидал. Парни уже переговорили с ним, наврали ему с три короба об очередном привычном отборе для тренировок в военном лагере Вольности. Для завуча все эти сказки были в пределах нормы – он услышал от Гены именно то, что ему было надо, всё по шаблону.

У воспитанников интерната с самого момента их поступления сюда сразу же отбивали всякие ненужные вещи в головах: рассуждения, сомнения и вопросы пресекались жесткой муштрой и психологической ломкой. Из детей делали бездумных рабов режима. Оттачивали послушание и бесстрашие. Вдалбливали им, что их жизнь ничего не будет стоить, если она не будет посвящена и отдана во благо Вольности. Главная цель такой переломанной жизни – убить врага и спасти отечество от всех угроз. Пусть даже если эти враги и угрозы не настоящие. Никто ведь об этом не знает, кроме самих командиров и правителей. И никто не должен узнать. Вольность постарается.

Гена давно понял этот диссонанс: назвать идеологию государства словом, которое означает прямо противоположное. Книжку об этом он тоже когда-то нашел и втихаря прочитал в старых засекреченных архивах. Уже полвека прошло с тех пор, как эта книжка была написана – а не потеряла своей актуальности до сих пор. Надо же! Неужели правительство настолько глупое, что не научилось на ошибках прошлого? Не спрятало подсказки в виде книжек и картинок, не уничтожило их без следа. Похоже, что так и есть. И это тупое, хоть и сильное правительство, наверное, можно будет как-то победить. Не всем же быть таким, как оно! Сколько можно-то уже?

А для этого нужны воины, которые смогут пойти против него. Не тупые. С живой разумной искрой внутри. Или молнией, если сказать точнее. Пробудить ее, усилить и направить против настоящего, а не мнимого врага государства – вот каков был реальный план у его единомышленников. Гена стал настоящим лидером подпольного восстания, потому что теперь у него имелось мощное орудие в виде Сашки и Витальки. И его друзей, и их приемных детей. И дальше их будет больше. Только надо их поскорее найти и обратить на свою сторону. И когда их станет достаточно много, они сами себя преумножат, найдя себе подобных. Надо только им помочь на самом старте.

- А кстати, не желаете ли провести для нас экскурсию по вашему прекрасному учебно-воспитательному заведению? – Гена резко повернулся к завучу, всё так же стоя у входа в актовый зал.
- С удовольствием! – бодро ответил седой мужчина с залысинами и пригласительным жестом махнул рукой на коридор. Славик, дожевывая бутер, в непонятках вскинул глаза на друга. Тот ему подвигнул и слегка кивнул в сторону входа в актовый зал. Славик заглянул вовнутрь, увидел, что внутри происходит, и аккуратно закрыл дверь.
- Да, прогуляемся, пока ребята не закончили. Спешить не будем, - сказал он завучу. Ничего не подозревающий бывший вояка слегка поклонился обоим гостям и пригласил следовать за ним.

В это самое время в зале продолжался эксперимент. Виталик сидел в первом ряду посредине, а на сцене происходило то самое действо: все 14 мальчишек стояли в шеренге над ним и бодро двигали руками у себя между ног. Кто-то расставил ноги пошире, кто-то наоборот сжал их и напряг все мышцы. Витальке было видно, кто левша, а кто правша. Через несколько минут стало понятно, кто выносливей и у кого руки крепче. А в какой-то момент он вдруг подскочил и взобрался на сцену, чтобы быть ко всем поближе.

Их руки двигались не синхронно. Каждый справлялся со своей задачей как умел. Была дана единственная команда: дойти до финала, получая при этом удовольствие. Это Витальке тоже было важно. Он бродил вдоль сцены мимо всех, как можно ближе к каждому, изучал их эмоции, прикасался к блестящим вспотевшим телам и прислушивался к их внутренней энергии. В ком-то ее было больше, чем в остальных, и Виталька заранее догадывался, у кого из мальчиков получится выплеснуться раньше и мощнее. Чуть ранее, сканируя Алекса, он все таки смог увидеть тот самый цвет, который так ждал: смесь синего с фиолетовым. Это был цвет "индиго", по нему называли одарённых детей, он слыхал об этом раньше. А сейчас он буквально увидел его в ауре одного из близнецов. Но в его брате не увидел. И не знал теперь, как поступить. Но об этом он еще подумает позже, а пока что…

Во время процесса коллективной дрочки он успел прикоснуться к каждому по очереди. Прикосновения были ко всем одинаковые: его пальцы дотрагивались сначала до лба, потом, после короткой паузы, скользили от груди к животу, потом останавливались на лобке и слушали вибрацию оттуда. У пятерых из них на лобках уже прорастал пушок. Ощущать его Витальке было приятно и любопытно, ведь у него самого там всё ещё было гладко, а у других он это раньше мог только видеть – в школьном туалете у старшеклассников. А теперь вот мог и пощупать. Еще одна мечта наконец сбылась.
Волосики у всех тех пятерых мальчишек там были мягкими. Виталик гладил их, пробовал пальцами эти короткие тёмные завитушки, что дрожали под его ладонью. У четвертого из пяти обладателей тех мягких мочалок как раз во время прикосновения произошла разрядка. Виталька успел уловить взглядом тот самый момент, когда из маленького отверстия на открытой головке вылетела белая струйка. Пролетев про причудливой траектории, она вляпнулась прямо ему в живот. Он даже отскочить не успел, только вскрикнул: «Ой!». И только потом отпрыгнул на шаг назад – но и это его не спасло. Вторая струйка все равно его догнала и приземлилась чуть ниже первой. Верхнее пятнышко на Виталькином животе соединилось с нижним и принялось медленно стекать на пупок. Он посмотрел на себя, раскинув руки и встав на цыпочки. Потом взглянул на ребят – те продолжали работать, но теперь все явно замедлились и принялись коситься в его сторону.

Виталик не растерялся:
- Ох ты ж! Двухпалубный! Ранил и убил прям! – вдруг ему вспомнилась игра в «Морской бой». Он еще раз посмотрел себе на живот, потом на мальчишек, и вдруг захохотал. – Во прикол!
По толпе пронёсся негромкий разноголосый смешок. Виталька осмелел, подвигал головой и спросил:
- Так, кто следующий? Остались еще кораблики, чтоб подбить, - он пробежался взглядом по улыбчивым лицам. – Вы же в курсе про эту игру?
По толпе пронеслось: «Знаем!», «В курсе!». А самый высокий из всех, тоже обладатель «мочалки», вздёрнул нос и заявил:
- Я смогу подбить четырёхпалубный!
По толпе сразу пронеслось: «О-о-о!!», «Давай!».
Виталька вставил руки в бока:
- Уверен? Отвечаешь?
- Можем проверить, - с усмешкой отозвался дылда.

Тут из толпы раздался голос:
- Пацаны! Вы чего не по уставу? Он же тут командир!
Все сразу притихли и перестали дрочить. Виталька спохватился:
- Нет, нет, продолжайте! Всё нормально, ребят. Ну, кто следующий? – он посмотрел на дылду: - Ты?
- Не, мне еще надо время чуток. Вон, Серый у нас всегда быстро стреляет, беги к нему.

Виталик посмотрел в ту сторону, куда показывал дылда. Четвертый с левого края мальчик приветливо помахал рукой.
- Да, я уже почти!
Виталик побежал к нему и встал прямо лицом к лицу:
- Привет! – улыбнулся он темноволосому мальчишке.
- Ну привет, - ответил тот, после чего принялся двигать рукой еще быстрее. Виталик подошел поближе. Полминуты спустя из симпатичного писюна с широкой головкой начали вылетать струйки: первая широкой полосой пролетела по воздуху и попала Витальке чуть ниже солнечного сплетения; вторая попала туда же, но левее; третья, более короткая, влепилась посредине между свежими пятнами и пятнами от предыдущего мальчишки; а четвертая вылетела, но цели не достигла, а просто стекла по всей длине писюна на пальцы мальчика.

- Эх, не добил! Досадно. Но неплохо! – похвалил его Виталик. В ответ Серый молча поднял ладонь с остатками липких капель, а Виталька хлопнул по ней своею пятернёй. Ладони на миг сцепились, из-под пальцев в стороны разлетелось несколько мелких брызг.
- Круто! Кто следующий? – спросил разгоряченный командир и высунул язык. Все молчали, поглядывая друг на дружку. Виталик сдвинул брови, оглядел всех и произнёс: - Ладно, я понял. Короче, так! Приказываю: всем балдеть и кайфовать! Пока никто не пришёл…
Он посмотрел на вход в актовый зал. Дверь была закрыта, в помещении были только они одни.

- Идите все сюда, ко мне. Нефиг там строем стоять.

* * *

- Прошу меня простить, уважаемые господа, но всё же – как долго еще планируется проходить ваша селекция?
Завучу было приятно проводить экскурсию по своему учебному заведению, но на втором часу его терпение было уже почти на исходе.
- Да-да, сейчас, уже скоро, - ответил ему Гена, подглядывая в этот момент в дверную щелочку в актовый зал. – Прошу и нас простить, мы и сами не ожидали…
«Интересно, что они там делают?» - думал капитан, пока разглядывал всё действо на сцене. Оно подозвал рукой Славика, чтобы тот тоже оценил.
На сцене все 14 подростков стояли кругом и смотрели вниз перед собой. Изнутри круга доносились восторженные возгласы знакомым голосом: «Ох, да! Давай еще! Вот так, поближе! Продолжай!».
До завуча эти возгласы тоже дошли, поэтому он, весь покраснев и разозлившись, растолкал Гену и Славика и решительно вошёл в огромное помещение. Увидев, что перформанс еще не закончен, он быстрым шагом проследовал к сцене, встал в первом ряду и громко произнес:
- А-а-атставить!

Все пацаны тут же разбежались в разные стороны и быстренько построились в шеренгу. В том месте, где только что была толпа, остался один только Виталик. Он сидел на корточках, оперевшись одной коленкой об пол, громко и натужно дышал и вытирал себе лицо и макушку.

- Фу-у-ух! – выдохнул он, обтряхивая обе руки. С его пальцев заметно слетели несколько капель влаги. Гена и Славик подошли следом, раскрыли рты и заворожено разглядывали его.
- Господа! Я конечно всё понимаю, - обратился завуч к ним. – Только вам бы тоже совесть поиметь не мешало бы. У меня распорядок дня, всё расписано поминутно. Дисциплину нарушать не полагается!
Гена напрягся, опустил глаза и сказал:
- Прошу прощения, капрал. Мы действительно задержались дольше положенного. Мероприятие закончено. Прошу предоставить список имён кандидатов, мы сделаем свой выбор и не заставим вас долго ждать.

Завуч заметно смягчился, ощутив свою власть и правоту.
- Список имеется у меня с собой. Даю вам еще 10 минут, потом вызову вам транспортное сопровождение.
- Не волнуйтесь, мы все в нашей машине поместимся, - отозвался тут Славик.
- Вам виднее. Ну, время пошло.

Завуч чеканным шагом вышел из актового зала. Все остальные посмотрели на Виталика. Тот уже перестал пыхтеть и отдуваться, присел попой на пол сцены и развел руками:
- Ну а я чё? Я ничё! Мне надо было тщательно выбрать!
- Ну ты обалдел совсем! – Гена решил его немного пожурить для вида. – Ребятам по делам уже пора идти, а ты всех задерживаешь. Выбрал хоть кого-то?
- Да я бы всех забрал, вот честно! – Виталька посмотрел на мальчишек. – Пацаны, вы все такие классные, вообще все! Но нам надо выбрать только некоторых. Извините! И я не могу сказать, кого именно. Вам потом всё скажут. Ладно?

Он виновато посмотрел на каждого из 14-ти. Те стояли по стойке «смирно» и в присутствии Гены со Славиком не смели ничего сказать. И Виталик, оглянувшись на старших и на вход в актовый зал, чуть тише добавил:
- А еще... Я знаю, как вы тут живете. Я просто хочу сказать вам всем: каждая жизнь бесценна. Не отдавайте ее просто так, бейтесь, чтобы ее сохранить! Вы сами решайте свою судьбу, ребят... Вот, как-то так…

В помещении повисла тишина. Гена, чтобы разрядить обстановку и соблюсти субординацию для вида, сказал командным голосом:
- Через 15-20 минут четверо из вас пойдут с нами. Остальным выражаю благодарность и желаю удачи!

Мальчишки отдали честь и все хором выкрикнули: «Служим Вольности!». Виталик уже спустился со сцены и то и дело обтирал себе грудь и лицо от обильной липкой влаги.
- Одного платка тебе не хватит, а в душ нельзя, - пробормотал Гена озадаченно. Он осмотрел мальчика со всех сторон. – Боже мой, и на спине тоже, и на попе. Ну ты даёшь! Как теперь в машину садиться?
Славик стоял в стороне и тихо ржал. Виталик сказал обидчиво:
- Я что ли виноват? Это ж всё для дела. Правда?
- Ну, настолько усердно выбирать не очень-то и надо было. Я же тебе сразу показал, кого б я выбрал. Или ты не согласен?
- Согласен, - ответил Виталька и еще раз поелозил руками об коленки. – И близнецов еще возьмём. Они классные! Эх, если бы вы попозже зашли, они бы меня сами успели вытереть.
Гена подумал немного, переглянулся со Славиком. Тот кивнул головой.
- Ладно. Только быстро! А то завуч злой уже, как танк!

Витальке только этого и надо было. Он снова побежал на сцену, попутно выкрикнул «Вольно!» и притормозил на том же самом месте, где до этого сидел. Ребята снова сгрудились вокруг него и принялись обтирать его распаленное тело своими руками. Кое-кто помогал даже языком, облизав его грудь, живот и пах досуха, а близнецы аккуратно обработали его лицо. В процессе обтирания и облизывания себя Виталька успел прошептать Алексу, что его с Деном точно заберёт с собой. Алекс в ответ на это тихо сказал ему «Спасибо». А кто-то сзади прошептал на ухо: «Приходите ещё».

Через 5 минут все расступились – и Гена со Славиком снова увидели Витальку: блестящего, но почти не липкого, и довольного как слон. Еще через 20 минут трое плюс четверо вышли из здания интерната, запихнулись в мини-машину и медленно выехали за ворота.

 

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Первым делом и сразу с порога, без «Здрасьте» и прочих фамильярностей, новых гостей в квартире сразу отправили купаться. Места для всех четверых в ванной комнатке было мало, поэтому кому-то пришлось подождать снаружи. Времени на помывку после жаркого «выступления» и поездки им дали достаточно. Но все равно, по вышколенной привычке, все справились с этим заданием в считанные минуты. Если бы мальчики знали, что это была, возможно, их последняя в жизни помывка, то они наверняка не торопились бы и насладились бы вдоволь ощущением стекающей по телу горячей воды.

Дальше – ужин и всеобщее знакомство. Следом – долгая беседа с подробным объяснением и наглядными демонстрациями примеров и доказательств. Удивленные лица, вытаращенные глаза. «Клятва воина» о неразглашении. Перед этим – тщательная проверка на понимание и лояльность. Сашка просканировал каждого и остался доволен. Ну, почти. Во время бесед за ужином он склонился к уху Витальки и прошептал:
- Всё хорошо, но зачем ты одного лишнего взял?
Виталька кашлянул, протолкнул кусок дальше в горло, дожевал остальное и так же шепотом ответил:
- Да я… Ну, не разлучать же их друг с другом! Правда же?
Санька покачал головой и сказал:
- Эх, если б я тебя не знал… Ладно, что-нибудь придумаем.
- Слушай, а зачем тебе прям лучшие из лучших? – встрепенулся Виталька, но продолжил так же шепотом. - Что, разве эти наши все такие же? Мелиска, Арик, эти ихние в попу чистильщики. И Гена разве тоже «индиго»? Мы даже не видели, как далеко и много ли он стреляет. Арик вообще еще не умеет, а у Мелиски там ничего нету. Вот она-то точно лишняя.
- Нет, ты не понимаешь. Она потом может родить такого как я. Ну, короче, я потом тебе объясню.
Оба внимательно посмотрели друг на друга. Сашка продолжил:
- Мне нужны, как ты говоришь, лучшие из лучших, чтобы шансов было больше. Чтоб надёжней всё получилось. Ты же слышал про быков-осеменителей?
- Ого, вот даже так ты говоришь? Фигасе у тебя научный подход.

Разговор продолжился позже и отдельно ото всех на крыше многоэтажки. Санька и Виталька долго спорили. Первый сравнивал всё со спортивными соревнованиями, другой в распале дискуссии скатился к сравнениям с фашизмом, а потом еще долго объяснял про этот мерзкий феномен из параллельной истории мира. Наконец, оба сошлись в выводах о том, что «лучших из лучших» будет достаточно и троих, что больше всё равно там выбирать было не из кого, и что братьев разлучать никак нельзя и негоже. На том и порешили, пожали друг другу руки в примирении, обнялись и поцеловались, и пошли вниз ко всем остальным.

Ну а внизу, в квартире, достаточно просторной, чтобы все как раз вместились, уже начинался сеанс «превращения». Виталька еще раз задумался, а точно ли пацаны дали свое согласие добровольно или же всё-таки не посмели отказаться ввиду своего строгого воспитания и послушания. Но что-то менять и отменять было уже поздно.

Сашка сам распределил, кого куда, а сам вместе с Ариком и Мелиской уселись в сторонке у стенки и все трое принялись наблюдать. Виталька, которому достались оба близнеца, всё время косился в Сашкину сторону, а тот только кивал головой и показывал большой палец в ответ.
«Это всё для дела», - снова успокаивал себя Виталик. Он почти не чувствовал ревности, но ему было досадно, что у Сашки этого чувства как будто бы не было вообще. Даже обидно как-то! Но, с другой стороны, близнецы были хороши настолько, что Виталик, как и раньше с Ариком, не переставал удивляться, откуда у них всех столько опыта и умения в этом вроде как совсем не детском ремесле. Наверняка и те двое других – тот что с «мочалкой» и тот что с членом с широкой головкой, которые самые первые угостили его тогда белковым десертом – тоже были не менее опытными. Накормленный Виталька к огромной радости Сашки переработал у себя в организме всё это в дофигища энергии. А значит, обоих близнецов он теперь сможет превратить быстрее и зарядить сильнее. Знал бы он, какие дополнительные тренировки у тех ребят проводились в интернате с малых лет, он бы еще долго искал по квартире свою отвалившуюся от удивления челюсть.

Там, на сцене актового зала, Алекс и Ден подошли к нему самыми последними. Виталька тогда чуть ли не валялся по полу от обалдевания, а эти двое стали для него просто вишенками на десерте, которого он уже успел объесться досыта. Точнее, наглотаться и обмазаться. И сейчас он, так же на виду у всех, снова задрожал от предвкушения, хотя опасался, что десерта на этот раз ему будет маловато.
Некоторое время спустя он с радостью обнаружил, что ошибся. Мальчишки не подвели – накормили его своими десертами от души. И сами дали облизать свои «столовые приборы» досуха. На этом разогрев закончился. Когда настала очередь поменяться местами, они с готовностью встали в нужные позы – и к ним тут же подскочил Сашка. Время от времени они с Виталькой чередовались, переползали на коленках от одного близнеца к другому и обратно. Те молча пошатывались в ритме, переглядывались между собой и при этом не выражали никаких эмоций - до тех пор, пока Виталька не догадался отвлечься, проползти между ними и шепнуть прямо возле их ушей фразу: «Вольно».

Пацаны тут же будто проснулись от летаргического сна! Расшевелились, задвигались, поймали встречный вайб и ритм. Не стеснялись в выражениях и эмоциях – такие звуки и слова Виталька слышал только один раз в жизни, когда смотрел видосы у своего одноклассника на телефоне. Но там всё было наиграно как по сценарию. А тут всё было вживую и взаправду. И его сначала накрыла та самая бесполезная в этом мире скромность – сущий атавизм, это слово он вспомнил из школьного курса биологии, - но очень скоро, и не без помощи родного Саньки у себя под боком, он отдался всеобщей эйфории, что царила в разных уголках этой квартиры, сломал свой очередной внутренний барьер и дал накопившейся за ним энергии с кайфом вырваться наружу. Те места на Виталькиной коже, где еще недавно были липкие мокрые следы, оставленные 14-ю мальчишками, сейчас светились и мерцали яркими пятнами.
И снова он потерял счёт времени. И погрузился в это море с головой. И отдал себя всего. Всё для дела - и не только. Когда он на последнем мощном выдохе откинулся назад и раскинул руки – к нему в обнимки сверху прыгнул Сашка, обнял его и затискал, и еще легонько пощекотал. Виталик схватил его в охапку, крепко прижал к себе так, что Сашка аж пискнул и расхохотался. А потом громко сказал:
- Ты глянь, что творят! Давай, я тоже так хочу.

Виталька посмотрел, куда показывал Сашка. Сбоку от них на полу лежали близнецы один сверху на другом и вовсю целовались взасос. Он вытаращил глаза, по телу снова пробежали мурашки, а натруженные мышцы ниже живота свело приятной судорогой.
- Хех, дак это… Может, это у них так между собой принято, по-братски, - хохотнул он.
- А чё, мы разве не можем? Тоже по-братски, - заулыбался Санька и следом хитро прищурился. – Чем мы не братья-то?
- Ммм… - загудел Виталик типа в размышлениях. – Наверно, ты прав. Братья и есть. Вот вернемся ко мне домой, я маму с папой попрошу, чтобы они тебя усыновили.
Сашка отпрянул, откинулся на спину и посмотрел в потолок.
- Ты в это веришь?
- Во что? - не понял Виталька. – Думаешь, не усыновят?
- Не. Думаешь, ты вернешься?
- Конечно! – Виталька резко поднял голову, облокотился и повернулся к Сашке. – Вот закончим тут все дела, победим эту ихнюю тупую Вольность – и сразу домой. Я тебя не отпущу! Если… если сам не уйдёшь.

Глаза его вдруг стали влажными, в них забегали искорки. Сашка это заметил, приподнялся и вытер ему каждый глаз по очереди.
- Эй, влагу тут не разводи. Вредно для организма, - тихо сказал он.
Виталик оттолкнул его руки, шмыгнул носом и посмотрел Саньке прямо в глаза.
- Ты не веришь, что у нас всё получится? Так и скажи! Ты же у нас всё знаешь, всё видишь, да? Ну, говори тогда как есть.
- Ничего я не буду говорить, Вит, - сказал Сашка тихо. – Как там, в поговорке: «Чтоб не сглазить»?

В этот момент к ним обоим подползли близнецы. Алекс, заметив влажные глаза Витальки, подсел рядом, приобнял его за плечо и покосился на Сашку. А тот молча встал и пошёл в другую комнату, где у остальных всё ещё происходило в полном разгаре. Арик и Мелиска отлепились от стенки, которую сидя подпирали всё это время, и вышли на кухню. Ден последовал за ними по пятам. Виталик и Алекс остались в комнате одни.

-Ну, чего ты? Что-то случилось? – Алекс ласково погладил Вита по затылку и попробовал поймать его взгляд. Тот сначала слегка его отталкивал, а потом не сдержался и свалился мальчишке в объятия, и снова захлюпал носом.

- Выходит, я тут застрял навсегда, - пробормотал он через паузы и пустился в беззвучный рёв.

 

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

Ночевать, пусть и в не сильно маленькой квартире, такой большой толпе народу было тесновато и душновато. Виталик ворочался всю ночь, Сашкины обнимки ему мешали, пот лился ручьём, так что на рассвете он даже втихаря вышел из квартиры и вылез на крышу подышать. Мысли о том, о чем ему намекнул Сашка, никак не вылетали у него из головы.
«Не может такого быть. Откуда он знает? Да нет, не знает он ничего. Выберемся отсюда стопудово. Тут, конечно, неплохо и прикольно. Но как же мама с папой, и бабушка? Им без меня сейчас хреново, и мне без них тоже».
В груди у Витальки резко нахлынула и защемила тоска. Он вспомнил улыбку и обнимашки мамы, когда она читала ему сказки на ночь в младших классах. Папины руки, что рассеянно гладили его волосы, когда они сидели вместе на диване перед телеком или в креслах у компа, его колючую бороду, что щекотала его у виска каждый раз, когда тот прислонялся к сыну губами – просто так, без повода. Их с мамой слова в его адрес: «Ты лучшее, что появилось в нашей жизни». Бабушкины пирожки с начинкой из картошки или капусты, вприкуску с ее незлым ворчанием. Уроки в школе, одноклассник Петька, который всегда звал его в гости… Сейчас Виталька вдруг задумался и понял, что у Петьки к нему, наверно, были какие-то чувства побольше, чем просто дружба. Как же он крутился постоянно возле него и вечно следовал за ним как хвостик! «Это ж-ж-ж – неспроста!». Если бы не Сашка и Виталькины чувства к нему сейчас, он бы еще не скоро понял, что между мальчишками такое вообще возможно. Эх, Петька! Наверняка сейчас тоже льёт свои слёзки по нему. А как бы он смеялся, если бы увидел, в каком теперь виде Виталька здесь ходит. И сам бы так тоже захотел, стопудово! Он вечно за ним всё повторяет, Виталька для него авторитет.

В глазах защипало еще сильнее. Виталик посмотрел на предрассветное небо, пару раз хлюпнул носом, сглотнул, выдохнул, оглянулся по сторонам, опустил голову на подогнутые колени и дал волю всему, что накопилось – и снова разревелся, только уже громко и затяжно. И хорошо, что вокруг никого нет. Не надо лишних взглядов или слов.

* * *

Во время завтрака Володя как бы случайно вспомнил, что у него есть свой личный домик в деревне, который давно пустует. Этот намёк все поняли однозначно – и уже после обеда, погрузив все нужные вещи и ребят, в несколько заездов переселились на окраину небольшого села в паре десятков километров от города. Домик стоял отдельно ото всех остальных в конце единственной улицы, с одной стороны огороженный забором, а с другой стороны свободно выходящий на луг перед лесом. Места на всех было больше, чем достаточно, лишних глаз не наблюдалось, так что каждый мог свободно расположиться где угодно и делать что вздумается. Но, конечно же, не забывая при этом о главной цели, для которой они все собрались.

После того, как наутро случилось «превращение» - всё тем же способом, при помощи капелек от новых ребят и молний от всех остальных – капитан Гена прямо и честно рассказал всем, зачем всё это нужно. Перед этим он самолично просканировал каждого из мальчишек, как его научил Сашка: прислониться лбами друг к другу, взяться за голову и закрыть глаза. Санька рассказал всё подробно, что и как Гена должен был увидеть. И результатами своего сканирования он остался доволен – все ребята были надёжными, с «правильными» мыслями и видением мира вокруг себя. Поэтому признаваться ребятам, что он и его приятели задумали государственный переворот с их помощью, Гене было не страшно.
Дальнейший план был такой: после отбора самых «плодовитых» мальчишек и их «превращения» в практически неуязвимых воинов с кучей энергии внутри, их предстояло отправить обратно в интернат под предлогом «визита в гости на выходные». Это было привычным явлением в таких учреждениях, ребята могли даже после усыновления возвращаться в интернаты и «подкрепляться боевым духом» от друзей, не терять при этом вышколку и самим делиться с ними своим опытом от проживания в среде за пределами приютов.
И теперь им предстояло совершить диверсию: накачать остальных мальчишек приобретенной энергией, превратить их в таких же, какими стали они сами, и использовать их в нужных целях. План не идеальный, с рисками и оговорками, но другого варианта ни Гена, ни его единомышленники не придумали.

Вскоре настанет пора тренировок, а за ней финальная битва. Ну а пока что до выходных дней еще было время, поэтому ребята просто отдыхали на природе и наслаждались свободой после долгих лет заточения в приюте казарменного типа и постепенно оттаивали от своей муштры. Все как-то сами по себе разбились на пары: спортик Серый постоянно зависал с Ариком, дылда с «мочалкой» Лёшка прильнул к его сестре, Виталька не отходил от Сашки, а взрослые тусовались втроём на своей волне. И конечно же близнецы Алекс и Ден всё время были друг с другом.
Оказалось, что «дефектность» Дена проявилась еще кое в чём: его превращение произошло не до конца, и это выражалось сразу в нескольких примерах. Так, энергии в нем оказалось совсем немного, он не умел светиться, а еще он по-прежнему мог вырабатывать свои «капельки» вместе со слабыми молниями. Брат его постоянно подзаряжал до нужной силы, но этого хватало ненадолго, поэтому на тренировках по метанию молний они почти не отходили друг от друга и всё время держались за руки. Впрочем, всё как и раньше. В свободное от тренировок время они уходили на склон у края лужайки, сидели там в обнимку, тихо болтали о чём-то своём и в процессе разговора время от времени прикладывались друг к другу губами то в плечо, то в щёку, а то и прямо целовались взасос. Это была у них такая постоянная подзарядка. И, как догадывался Виталик, который с завистью поглядывал в их сторону – это у них между собой было такое привычное общение с самых малых лет.

- Чего ты на них всё время косишься, - как-то спросил его Сашка, не вытерпев того, что друг снова от него отвлёкся.
- А? Да я просто… - Виталик пожал плечами и медленно отвернулся от близнецов к нему.
- Завидуешь?
- Не… Ну, им прям так хорошо, я смотрю. Сосутся всё время, за руки друг с другом ходят. Кайфуют в общем. Ты же видел, да? У них обоих там всё время торчит и не падает. А им норм.
- Не стесняются.
- Ага.
- Мы тоже так можем. Или нет?

Сашка внимательно посмотрел на друга. Виталик спрятал глаза и сказал:
- Наверное… Им никто другой и не нужен, они на остальных вообще не смотрят. У нас с тобой не так.
- Ну а чего ты хотел, Вит? У нас с тобой задание такое – превращать достойных в таких, как мы сами. Тут уж приходится смотреть на других и выбирать. Или ты забыл, что творил на селекции?

На этих словах Сашка звонко рассмеялся. А Виталька сказал:
- Я помню. Да, прикольно было. Но это они, а это ты. Ты лучше их всех!
- Я знаю, - ответил Сашка с тем же смехом. – Ну потерпи. Закончим все дела, и я потом буду только твой.
- Не врёшь?
- Не вру! Вот тебе, зуб даю, - Сашка цокнул большим пальцем под верхними зубами себе, а следом и Витальке. Снова засмеялся, придвинулся поближе и легонько прикоснулся губами к его губам. Оба закрыли глаза и замерли на полминуты. Потом Виталька резко отпрянул и сказал:
- Пообещай, что придумаешь способ, как нам вернуться домой!
Сашка похлопал глазами, улыбка постепенно исчезла с его губ.
- Я постараюсь вспомнить, как это делается, и как я к вам вообще тогда попал. Я стараюсь и сейчас, но башка всё равно пустая.
- Ну ты старайся, а то я не хочу тут застрять навсегда. Мне домой надо к маме с папой. И твоих тоже надо как-то найти. Понимаешь?
- Угу, - ответил Сашка тихо. Потом покосился в сторону, где сидели близнецы - те опять сосались, закинув руки друг другу за головы. Виталька проследовал за его взглядом и тоже уставился на братьев. Сашка сдвинул брови, одной рукой прислонился к Виталькиной щеке и повернул его голову к себе обратно. А дальше прильнул губами к его губам и принялся соревноваться с близнецами по долготе поцелуя. Виталька пару раз промычал в процессе, но Сашка его не отпускал. Наоборот, он сильнее прижался телом к его телу, придавился ладонями к его спине в обнимках и засунул язык Витальке в рот поглубже. И тут…

Такое ощущение бывает, когда ты с утра потягиваешься после сна. По телу проходит одна большая волна, все мышцы напрягаются, а в глазах темнеет и начинают бегать точки с мурашками.  То же самое произошло и сейчас у обоих мальчиков, только вдобавок при этом они с закрытыми глазами стали видеть вокруг себя одну и ту же картину: дом бабушки Виталика, а именно его комната – с кроватью, шкафом и подгоревшими шторами. На несколько секунд они оказались именно там!
- Стой! Не открывай глаза, - воскликнул Санька. – Ты понял, в чём прикол?
- Эээ, вроде да. Обалдеть!
- Тихо! Повторяй за мной.

Сашка приподнялся, не отрываясь от Виталика. Тот встал следом. Их руки по-прежнему оставались сцепленными, а глаза закрытыми. Они сделали несколько синхронных шагов в сторону кровати и попробовали присесть на нее. И у них получилось! Своими попами они почувствовали ткань слегка смятой простыни. Потом попробовали одновременно прилечь, и своими головами ощутили упругость подушки. В носу у обоих защекотал запах постиранной наволочки.
- Фиалка. Это бабушкин стиральный порошок, она покупает только его из года в год, - Виталька на секунду отлипнул и сказал это, а потом произнес название порошка. – Так это что – мы у нее дома??
- Тихо. Слушай, - ответил Сашка, и оба резко замерли, обнявшись еще крепче, щека к щеке.
- Да, дорогая моя, да. Я тоже переживаю и скучаю. Что тут поделаешь! Будем надеяться, что его скоро найдут. Сколько дней-то прошло? Ну вот, третий день сегодня. Он у нас сообразительный. Как только получится, даст Бог, пришлёт о себе весточку. Да… Я тоже чувствую, что он живой-здоровый. Ну всё, не плачь, родная. Всё будет хорошо. Ага, давай, на связи.

Виталик открыл и вытаращил глаза и так смотрел на Сашку, не отрываясь.
- Давай пойдём к ней!
- Нет, ты что! – прошептал Сашка. – Напугаем твою бабульку, еще инфаркт схватит. Погоди, сейчас что-то придумаем.

Они оба встали с кровати, всё так же прижимаясь друг к другу, и Сашка попробовал отодвинуться от Виталика. Их тела расцепились, но руки по-прежнему были сжаты. Оба они только сейчас заметили, что их кожа покрыта ярким белым светом, как у энергосберегающих лампочек. Так они прошлись по комнате, выглянули в окно, потом подошли к двери.
- Придумай, какой знак ей оставить, чтоб она поняла, но не испугалась, - сказал Сашка.
Виталик задумался, потом подвёл Сашку к письменному столу, одним мизинцем, не расцепляя своей и Сашкиной ладоней, выдвинул ящичек, подцепил и достал оттуда маленький ключик, и положил его на стол.
- Это ключ от шкатулки с моими сохранёнками. Там всякая фигня, которую я собирал, когда малой был, - пояснил Виталька. – Она поймёт, наверное.
- Если, конечно, заметит этот ключ на столе, - уточнил Сашка.
- Заметит! Она у меня подслеповатая, но глазастая. Если что-то лежит не так или не там – сразу вычислит!
- Ладно. Ну хорошо, тогда давай обратно, - сказал Санька и резко расцепил их руки.
- Погоди! – воскликнул Виталька, но было уже поздно.

В это время бабушка на первом этаже своего дома замерла на месте и навострила уши. Подождала немного, покачала головой и медленным шагом направилась вверх по ступенькам.

 

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Тренировки по метанию молний и правильному использованию энергии продолжались еще несколько дней. Ребята дожидались, когда солнце светило напрямую без помех от облаков, становились на лужайке в круг, брались за руки и под руководством Сашки равномерно распределяли силу между собой. А потом весело пуляли молниями в воздух или друг в друга. Был еще один способ сконцентрировать солнечную энергию внутри тела, и его Сашка показал чуть позже. Однако этот способ подходил только мальчикам, ну а Мелиска оставалась в пролёте, и ее это огорчало. Она с завистью и любопытством смотрела, как то одни, то другие мальчишки в рандомный момент просто останавливались посреди пути и принимались чиркать себе между ног то одной рукой, то другой, их висюльки превращались в колышки, и из них начинали вылетать длинные изогнутые линии с избытком электрического разряда. После этого баланс энергии приходил у них в норму, свечение по телу распределялось равномерно, и мальчишки становились готовыми к новому этапу тренировки. Дылда Лёшка замечал, что девочка каждый раз грустит, и стремился ее как-то поддержать. Но что-то его всё равно не устраивало, что-то было такое, что всегда мешало ему сконцентрироваться на 100% - и Сашка подсказал, что именно. Как-то проходя мимо Лёшки, когда он стоял посреди лужайки с девочкой неподалёку и натужно наяривал себе руками между ног, Сашка обронил фразу:
- Тебе мочалка твоя мешает. Без нее всё будет как у всех.
- И что же делать? – спросил тогда Лёшка, прервав свой натужный труд.
- Избавляйся. Только учти, что потом заново не вырастет.
- Да-аа?? Почему так?
- Ну, вот так, - Санька пожал плечами и пошёл дальше по делам. Парень задумался и посмотрел на подругу. Та прищурилась и прислонила палец к уголку рта.
Вечером к ужину Лёшка вышел ко всем и, бросая косые взгляды на Сашку, гордо прошёлся своими длинными худыми ногами мимо всех и уселся рядом с ним у костра. Сашка покосился ему вниз, усмехнулся, после чего протянул ему ладонь и сказал: «Молодца! Дай пять!». Потом и все остальные с любопытством посмотрели Лёшке туда же, привставая с мест и со смехом комментируя, что увидели. Лёшка устал раздвигать согнутые коленки перед каждым зевакой и показывать свой начисто выбритый лобок. Потом ему еще пришлось поотбиваться от вопросов:
- А яйки тоже побрил?
- Да.
- А бритву где нашёл?
- У Володи в доме, одноразка в ванной лежала.
- А ты разрешения спросил?
- Да отстаньте!
- А между булками побрить не забыл? На всякий случай.
- Не забыл!
- Да-а, прям помолодел ты, 15 лет тебе и не дашь.

Все ржали с долговязого парня и с его реакций на подколки. В конце расспросов Мелиска пересела к нему, прижалась плечом и улыбнулась. Лёшка наконец успокоился и потянулся за своей порцией рыбы, пожаренной на костре, и поделился с девочкой. На этом все успокоились.

На следующий день четверо ребят в сопровождении капитана Гены отправились в интернат «в гости» с ночёвкой. Старшаки Володя и Славик отправились на автобусе за покупками в город, а брат с сестрой и Сашка с Виталькой остались управлять хозяйством.
Все четверо поубирали в доме и вокруг него, собрали весь мусор и уложили его в мешки.
- Интересно, где тут у них мусорник в деревне, - Виталик спросил сам себя вслух и тут же получил ответ:
- Я видел! Когда мы сюда ехали, там баки стояли, четыре штуки в ряд, - сказал Арик. Он уже был готов подхватить все мешки и оттащить их. Виталик его притормозил:
- Погоди, давай вместе сходим. Или дождемся наших из города, и пусть они сами отнесут.
- Нее, так неинтересно! – возразил Арик. В глазах его сверкала жажда приключений, Виталик это сразу заметил. Он задумался: отпускать пацана одного за пределы дома было стрёмно. Кто-нибудь из местных чужаков может случайно попасться на пути, начнутся расспросы. Поэтому, чтоб не растеряться самому и вовремя подцепить растеряшку да свалить вместе с ним обратно, Виталик решил пойти на мусорник с Ариком вдвоём.
Это было похоже на челлендж, который он когда-то пробовал дома у Петьки. Вместе с ним, само собой. Челлендж заключался в том, чтобы прокрасться из детской комнаты через зал в туалет и обратно. Вроде бы ничего такого, но было два нюанса: в зале в тот момент спала Петькина бабушка, а сам Петька напару с Виталькой должны были пробежать мимо нее голыми. Так что, получался даже двойной челлендж – предстояло еще перебороть смущение от того, чтобы в первый раз раздеться друг перед другом.
Виталик не помнил уже, кто этот челлендж предложил. Но сейчас, снова представляя себе в голове ту картину, он понял, что тогда это наверняка был Петька. С самого начала, когда семья Виталика переехала в город из поселка и когда он пошёл в новую школу, этот Петька сразу увязался за ним и навязал ему свою дружбу. Да еще и сидели они за одной партой. Виталька был не против, просто иногда назойливость нового друга ему надоедала, но постепенно он привык. И часто приходил к нему в гости, каждый раз попадая так, что дома никого не было. Лишь пару раз он стыкался с Петькиной мамой, которая была приветливой и щедрой на угощения. А папу он не видел никогда. Как оказалось, его у Петьки вообще не существовало, и Виталик лишний раз не спрашивал, почему так.

И вот в тот день они решились на тот челлендж, который пришел Петьке в голову неизвестно откуда – то ли в интернете подсмотрел, то ли услышал у кого-то. А тут как раз бабушка в гости приехала. Ну, пообщались, то-сё, и она спать легла, и отвернулась к стенке. И Петька такой:
- Давай мимо нее пробежим! Голые!
- Ты чего, совсем дурак, что ли? – отреагировал тогда Виталька, покрутив пальцем у виска.
- А чё, тебе слабо?
- Нет, но зачем?
- Просто!
- Хм… И что за приз тому, кто выиграет? – Виталик тогда как-то быстро согласился. Видимо, настроение такое было, что нервишки пошевелить захотелось.
- Нууу… - задумался Петька. – Я тебе подарю что-нибудь своё, всё что хочешь. Хоть самого себя, а-ха-ха! Или наоборот, ты мне отдашь… ся, гы-ы-ы.
- Ну ты совсем рёхнулся, конечно! А если она не проснётся и мы оба выиграем?
- Ну, тогда ничья. И второй раунд.
- А в нём что?
- Придумаем потом!
- Ладно… А если она нас обоих запалит?
- Ну, тогда мне достанется по жопе, а ты тут гость. Тебя не тронут, не ссы. Так что у тебя по-любому будет «win-win». Соглашайся, ну!

Не дожидаясь согласия, Петька в следующий момент принялся скидывать с себя футболку и шорты, и как-то быстро остался в одних трусах, и положил руки себе на пояс.
- Ну? Не тормози!
- Да, я щас… - промямлил Виталька и снял с себя всё то же самое, но медленнее. Когда оба остались в одних трусах, Виталик их сравнил: на нём самом были боксёрки, похожие на еще одни шорты, но в облипку. А на Петьке были обычные трусы, похожие на девчачьи, только рюшечек каких-нибудь не хватало.
- И-и-и, раз, два, три! – отсчитал Петька и сдёрнул свои труселя вниз до колен. Виталик тупо уставился другу между ног и открыл рот. Там у друга почему-то уже торчало вверх и ни грамма не стеснялось.
- Это… А чё с ним? – Виталик тут же принялся недоумевать и краснеть.
- Да просто так. Весело же! – спокойно парировал Петька. – Ну, а ты чего тормозишь? Или мне тебе помочь?
- Не надо, - буркнул Виталька и, потоптавшись на месте и глядя в сторону, он начал снимать с себя боксёрки. Со стороны можно было подумать, что трусы никак не хотели с него сползать: тормозили, собирались в гармошку на одном месте на бёдрах. А тут еще появилась новая преграда... От волнения и всех прочих чувств у Витальки тоже начал вставать. И боксёрки забуксовали прямо там. Теперь, чтобы от них избавиться, надо было их спереди сильнее оттопырить, перекинуть через стоячий писюн и потом уже стягивать их вниз. И тут Виталька передумал.
- Не, Петь, это какая-то дичь. Вот скажи, зачем? Давай че-нить другое.
- Эх ты, - отвечал тогда Петька. – Трусишка зайка серенький. Да ну тебя…

Мальчик махнул рукой, скинул свои труселя с колен на пол, отодвинул в сторону и один пошёл в соседнюю комнату. А через 5 минут так же спокойно вернулся обратно.
- Она бы не проснулась, она дрыхнет как танк всегда. Еще и подслеповатая, без очков нифига не увидела бы.

Вот так Петька выиграл челлендж в отсутствие соперника. Но никаких призов от друга не потребовал.

* * *

И сейчас Виталик с Ариком и с мешками в руках стоял и выглядывал из-за забора, не идёт ли кто. Тот же самый челлендж: пробежаться голышом до цели и обратно. Только теперь это будет не так ссыкотно, потому что навряд ли здесь кто-нибудь обратит внимание на двух голышей, что бегут по улице. Тут скорее риск другого типа: что к ним пристанут и начнут расспрашивать. Этого Витальке не хотелось. И только Арику было пофиг. Он первый выскочил за ворота с одним мешком в руке и бегом помчался в сторону, где, по его представлению и по памяти, находился мусорник.
«Если нормально сбегает туда и обратно, то я ему остальные мешки отдам», - подумал Виталька, следя за мальчишкой, что сверкал попой и пятками вдалеке. Потом подумал, что все-таки пацанёнку не помешает подстраховка, и нерешительным лёгким бегом направился вслед за ним.

Арик уже выкинул мешок в бак и стоял ждал, пока Виталька доползёт до него. Не стерпел, сорвался с места, подбежал к нему, выхватил один из двух мешков и крикнул:
- Давай, шевелись скорее, а! – и побежал обратно к бакам. Виталик на полусогнутых дочапал до него, выкинул мешок и огляделся по сторонам. И тут…
В доме почти напротив мусорника, чуть в стороне, над воротами торчала чья-то растрепанная шевелюра с любопытными глазами. Виталик посмотрел в них, толкнул Арика в плечо, тот посмотрел на него, потом на ворота, и помахал рукой. Над воротами появилась рука и тоже помахала им. Виталик взял Арика за предплечье и повёл обратно за собой. И тут вслед им донеслось тихое: «Эй!». Виталик оглянулся.
- А вы чьи? – спросили любопытные глаза.
- Мы? Ничьи, сами по себе, - ответил Арик.
- А у кого живете?
Арик по простоте душевной показал рукой в сторону дома в конце улицы.
- А, понял. У Володика. Он вас усыновил, да?
- Не, мы в гостях тут, на тренировках.
- Ну ты чего ляпаешь? – одёрнул Арика Виталька. – Молчи. Пойдём уже.

Арик отнял руку и обиженно посмотрел на Витальку. Оба они двинулись дальше.
- Погодите! Я с вами. Можно?
Приоткрылась калитка и оттуда вышел мальчонка лет десяти, закрыл калитку и встал на месте, сцепив пальцы на опущенных руках.
Увидев сверстника, Арик подбежал к нему и сказал:
- Конечно можно. Не обращай на него внимания, - он махнул на Витальку. – А как тебя зовут? Я Арик.
- Я Динька.
- Как? Дынька? Ха-ха!
- ДИнька, то есть Дениска.

Мальчики пожали руки, Арик приобнял нового друга за плечо и повёл вперёд. Проходя мимо Витальки, он показал ему язык и пошёл с другом дальше.
«Ладно, потом разберёмся», - подумал Виталик и последовал за ними. По пути он рассматривал сельского мальчишку сзади. Тот выглядел опрятным, не грязными как свинья, как представлял себе Виталик. В деревне у его бабушки местные дети приходили к водоёму всегда, когда им надо было отмыться. Водоём был неподалёку от бабушкиного дома, и Виталик видал их всех из окна – замухрышки носились по берегу, кидались илом и травой друг в друга, и отмывались потом после помощи взрослым по хозяйству. И в его представлении сельские дети всегда были такими. А тут – прямо какой-то чистюля. Всё тело мальчишки сверкало чистотой под солнечным светом, и только тёмные растрепанные волосы с парой листиков в кудряшках выдавали в нём селюка.
«И тут голяком живут, ты смотри!», - размышлял Виталька. – «Ну, оно и неудивительно. Однако вот, у нас в обычной реальности тоже есть места, где голышом ходят: пляжи такие, я ж сам там бывал, когда ездил к родственникам на каникулы. А еще малышня так бегает и плавает в речках Индии, и в Амазонке в племенах так живут. Тут, конечно, не то и не другое, и даже не третье. Как с ума все посходили! Хотя... Удобно и практично, если подумать. Хех, вот бы так и у нас было! Прикол, если бы в нашу школу все так на уроки пришли».

Пока он размышлял и вспоминал картинки из энциклопедии про Индию, Арик с Динькой уже успели скрыться за воротами дома Володи. Он ускорил шаг, добрался до ворот, огляделся назад и по сторонам и быстренько закрыл калитку за собой.

 

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Уже через час четверо из пяти носились по двору и лужайке с криками и воплями. Динька верещал звонче всех, убегая то от одного, то от другого, и увиливал от длинных струй из молний, что летели в его сторону. Виталик сидел в стороне и хмуро за ними наблюдал.
«Неправильно это, и как бы чего не вышло. Разболтает всем раньше времени – и капец всем планам», - думал он.
Арик, Мелиска, Динька и Сашка продолжали рябеть у него перед глазами. Некоторые молнии попадали прямо в Виталика, щекотали его кожу, и он каждый раз вздрагивал и тёр ладонью места, куда прилетали выстрелы из пальцев ребятни. Разряды были слабыми, для мальчика это были как щипания от батарейки или как укусы комариков. Все заранее, не сговариваясь, переключились на щадящий и не опасный режим разрядки.

Когда все запыхались и устали, присели на траву у остатков потухшего костра, Динька громко заявил:
- Я тоже так стрелять хочу! Научите, как!
В ответ слово взял Сашка:
- Просто так это не получится. Надо сделать кое-что сначала. Но только потом всё обратно не вернуть. Так что ты не спеши хотеть. Если потом передумаешь, что-то исправить уже будет нельзя.
- Я всё равно хочу! – мальчик никак не собирался униматься. Он с завистью наблюдал за тем, как тела его друзей переливаются от блуждающих под кожей пятен света.
- Нельзя, как ты не понимаешь! Тебе ж объяснили, - подал свой голос Виталька. Голос был жестким. Услышав это, мальчик скривился, готовый зареветь.
- Так, стой. Не реви, - успокоил его Санька. – Давай сначала проверим, подошел бы ты вообще или нет. Не все могут.

Он встал с места и подозвал к себе мальчишку, тот подошёл. Сашка притянул его к себе и слегка стукнулся лбом о лоб, обнял его сзади за шею и закрыл глаза. Мальчик зажмурился и немного обмяк, но не упал, а подвис в воздухе в нескольких сантиметрах от земли.

Виталик заметил, что Санька просканировал малого несколько раз, как будто перепроверял результаты. Потом вдруг сам Санька залевитировал над травой. И Динька поплыл вверх вместе с ним, и они поднялись на полметра, не отрываясь лбами. Такое Виталик видел впервые. И продолжил наблюдать.

Мальчики поднялись еще чуть выше, одновременно расставили руки в стороны. Сашка подогнул одну ногу – Динька сделал то же самое в ту же секунду. Всё это с закрытыми глазами и прислонившись лбами друг к другу. Пару минут спустя оба опустились и сели на траву.
Сашка улыбнулся Диньке, погладил его по растрепанной макушке и посмотрел на Виталика, потом встал и подошел к нему. Наклонился над ухом и прошептал:
- Слушай, а он мощный что капец! Почти как твой Алекс.
- Да? Но не такой же, как он? – прошептал Виталька с ухмылкой.
- Не такой. Но почти. И даже почти как ты и как Гена! Ты представляешь?
- И что же делать? Превращать его тоже?
- Не знаю. Надо выяснить, кто у него попечители. Может, с ними поговорить. Но, Вит, он реально мощный! Смотри, что покажу…

Санька встал, вернулся к Диньке и поднял его с травы за руку. Арик и Мелиска в непонятках продолжали наблюдать за всеми в стороне.
Санька что-то прошептал Денису на ухо, показал пальцем куда-то вдаль, а потом взял его за руку, выпрямил ее параллельно к своей и сцепил пальцы их обоих.
- Стреляй! – дал он команду. Динька прицелился, слегка согнул ноги в коленях и резко выпрямил. Из сцепленных пальцев в общем кулаке вылетела полоска неровной молнии, сделала дугу и попала прямо в макушку самого высокого дерева в ближайшей округе. Издалека раздался еле слышный щелчок, а потом из макушки дерева повеял легкий дымок. Дерево не загорелось, а только подымило и через минуту потухло.
Сашка оглянулся на Виталика.
В этот же момент калитка открылась и во двор зашли Славик и Володя, обвешанные кучей сумок и пакетов.

- Ну как вы тут, зайцы? – весело спросил Славик.
- И белочка,-  добавил Володя.
Они не сразу поняли, что тут происходит, поэтому принялись разгружаться от всех своих покупок. Первым среагировал Володя.
- О, Динька! Ты чего тут делаешь? – он направился к мальчику с протянутой рукой. Динька встряхнул головой, Сашка убрал руку от его руки. Мальчик сделал несколько шагов навстречу Володе, пару раз споткнулся и чуть не упал.
- При… Привет, Володик. Я вот, подружиться пришёл.
- Молодец! – сказал Володя, улыбаясь, но недоверчиво покосился на Сашку, а потом на Витальку. – Как ты узнал, что у меня тут гости? Сильно шумели, что ли?
- Нее, мусор выносили, а я и увидал. Меня Арик позвал. Можно же?
- Можно-можно, конечно. Ты у Ирины хоть отпросился?
- Забыл! Извини, я сейчас.
- Не спеши, давай мы к ней вместе сходим.

Он похлопал мальчишку по плечу, потом взял на руки и прижал к себе, еще раз посмотрел на остальных и вышел со двора.
- Ой, Володя разозлился, наверное, - сказал Арик.
- Есть немного, - ответил Славик. – Зачем вы без спросу наружу выходили? А если бы кто другой увидел, а не Динька?
- Извини, Слав, - подал голос Виталик. – Это я виноват, вот этого не смог удержать.
Он показал на Арика. Тот стушевался и присел на траву. Сестра присела с ним рядом.

- Ладно, пусть Гена с вами разбирается, когда вернётся. И с тобой, Арик, я еще отдельно поговорю. Вам повезло, что Динька свой. Он Вовкин родственник, а Ирина его старшая сестра.
- Старшая? Разве так бывает? – удивился Сашка. По логике, такого быть не должно, потому что тогда их родители после появления на свет Ирины оставались живыми и даже завели второго ребенка. Но Славик уточнил:

- Я имел в виду двоюродная, конечно же. А вы что подумали? В общем, он и ваш, можно сказать, родственник, - он посмотрел на Арика и Мелиску. – Все мы друг другу не чужие, хоть и не кровные.

* * *

Гена вернулся поздно вечером один. Ребят он оставил в интернате до понедельника, как и было задумано по плану. Что им там делать дальше, они знали сами – все инструкции были им даны чётко и понятно. Оставалось только ждать. И надеяться, что ничего не сорвётся.

Ну а пока он выслушал все новости за день, поговорил с Сашкой и Виталькой, устроил легкую взбучку, быстро успокоился и пошёл спать. Мальчики тоже пошли на ночевку, но не в кровати, а на луг, как и в прошлую ночь.
- Интересно, как там сейчас наши пацаны в интернате, - Виталька шептал Сашке на ухо, лежал с ним рядом и гладил его по руке. Оба смотрели в звездное небо. Виталик внимательно вглядывался в созвездия – и что-то ему казалось там неправильным, но он пока не мог понять, что именно. И тут до него дошло: ручка ковша Большой Медведицы – она повернута в другую сторону! Но как? Он посмотрел на другие звезды – то же самое, все в зеркальном отражении. Неужели в этой параллельной реальности весь мир такой?
Он хотел поделиться своим наблюдением с Сашкой, но не успел – тот как раз решил отреагировать на его вопрос:
- Да как – все как обычно, наверное! Превращают там друг друга всем на радость. Ой, расскажи еще раз, как ты их отсматривал. Ты все мои установки обломал. Ты хоть сам понял?
- Как это обломал, Сань? Ты сказал: выбрать самых мощных. Ну, я и выбрал.
- Я тебе, балбесу, говорил, чтобы ты замерял, кто дальше стреляет. А не просто много стреляет. А ты что? Собрал их всех в кучу, сел впритык – и довольный, как кот от сметаны.
- А-а, ха-ха, да какая тебе разница-то? Дальше, ближе. Главное, что изо всех сил и от души!
- Ну ладно, я тебе признаюсь: дальность - это было не самое главное. Я просто по приколу сказал тебе, чтоб ты повеселился. А ты и повеселился, и даже еще круче! А ну, колись, кто тебе на самом деле больше всех понравился…

Они еще долго шептались и мерцали в темноте, пока постепенно не погасли и провалились в глубокий сон.

 

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

В понедельник у капитана заканчивался отпуск и ему была пора возвращаться на работу. Но сначала он должен был забрать мальчишек из интерната, привезти их домой, потом взять Сашку и вернуть его обратно в Штаб. Все вместе они уже распланировали диверсию, которую Сашка должен был там осуществить.

Но из интерната капитан не вернулся – ни с ребятами, ни без них.
Первым вдруг засуетился Сашка, примерно через час, как тот уехал. Он отсел ото всех в сторонку и всё время елозил на одном месте, будто пытался сконцентрироваться. Когда Виталик подошел к нему поинтересоваться, что его беспокоит, Сашка просто отмахнулся рукой и продолжал молча сидеть, то бегая глазами по сторонам, то вперяясь в одну точку.

Витальку потом позвали к себе брат с сестрой, и он пошел к ним, но всё равно время от времени поглядывал на любимого друга.
И вот, полчаса спустя, Санька сам подошел к ним и уверенным голосом произнёс:
- Гену похитили.

Все засуетились вокруг него. По Сашкиному виду стало понятно сразу, что он всё точно знает, поэтому никто не стал говорить ничего типа: «С чего ты взял?» или «Не может такого быть». Первую фразу в ответ на слова Саньки обронил Славик:
- И как нам его спасти?
- Я пока не знаю, - отвечал Санька. – Надо продумать план. Пацаны в интернате уже в курсе. Они тоже будут думать. Нам надо накопить побольше энергии. Идите все сюда.

Он протянул руки в стороны, слева за его руку тут же взялся Виталик, а справа подошел Динька. Мальчик сразу включился в процесс, даже ни единого слова не сказал. Остальные тоже взялись друг другу за руки – и так все сели в один большой круг.
День с самого утра, на удачу, оказался солнечным. Так что сейчас каждый принялся усиленно впитывать в себя энергетические лучи с неба и накапливать и распределять их между собой.

Виталька нервничал. «Если они его поймали в интернате и увезли сразу в Штаб, значит, завуч что-то там нашептал командованию, какие-то свои подозрения. И еще, может быть, решил перепроверить выданные пропуски. Чёрт! Гену могут пытать, вообще-то. И пацанов проверять и допрашивать. С пристрастием. Навряд ли ихние вояки с ментами сильно отличаются от наших».

* * *

Капитан Гена очнулся в каком-то помещении без окон и с приглушенным светом. Оглядевшись по сторонам и на себя, он сообразил, что попал в одно из тех помещений, в которых бывал и раньше, и ни за что не мечтал бы оказаться на том месте, на котором был прямо сейчас, именно в таких обстоятельствах.
В обычное время это была коллективная помывочная комната для персонала: выложенные плиткой пол и стены, душевые отсеки с кранами и решетки в полу для слива проточной воды. Здесь обычно купались солдаты после своих очередных военных миссий. Сам Гена, как старший по званию, не мылся вместе со всеми, а приходил сюда, чтобы проконтролировать процесс или просто поглазеть. Сам он всегда купался здесь отдельно, когда ватага разгоряченных влажных тел один за одним исчезала. После того, как помещение становилось пустым, он запирал входную дверь изнутри и отдавал всего себя жару и пару вперемешку с постепенно рассеивающимся запахом помытых мужских и юношеских тел.

Теперь же он снова находился здесь один. Но никакого такого запаха, что приятно будоражил бы его ноздри и томно напрягал бы его мышцы по всему телу, не было и в помине. Вместо него был другой запах, не такой приятный, и скорее даже отталкивающий. Это был запах крови. Его собственной крови, как он скоро успел понять. Всё его тело изнывало от тупой боли, сопровождаемой резкими и бесконтрольными ударами током. Это он ее излучал, и это она била его самого. Руки были подтянуты вверх и прикованы цепью к водопроводному крану.
Он попытался разглядеть, откуда же у него идет кровь. Посмотрел себе вниз и по сторонам. Вроде чисто. Он сделал глубокий вдох – и тут же скривился от очередного разряда боли, а потом и обнаружил ее источник. Кровь засохла у него под носом и отозвалась металлическим привкусом во рту. Значит, били сразу в лицо. Он попытался вспомнить что-нибудь, и первые картинки начали всплывать у него в мозгу.

Капитан приехал в интернат в обычном настроении, вышел из машины и направился в кабинет к завучу. Хотя, не совсем так. Он был в приподнятом настроении, и уже предвкушал, что скоро увидит своих ребят, к которым успел привыкнуть и даже полюбить, пока они гостевали у его друзей на квартире и в доме. Ему нравились все эти ребята: сильные, потенциальные, неглупые. Правильные. Такие как надо. Миссия обещала быть увлекательной и стопудово обреченной на успех. Ну а как же иначе, с такими-то бойцами! Заряжёнными морально и физически. Гена надеялся, что у них тут, на «побывке», тоже прошло всё как надо, и что еще как минимум пара десятков новобранцев прибудет к их суперспособному полку. Что сил и запасов чудодейственной энергии и молодой спермы хватит на дофига народу. Главное, чтобы сработала еще сила убеждения, и тут надо было полагаться на таланты и способности самих ребят. Как-никак, все они тут друзья, все в одних условиях, и всем хотелось бы свободы.

Капитан постучал в дверь и зашел в кабинет, отдал честь и тут же замер на месте. Дверь за ним резко захлопнулась. Не поворачивая головы, он огляделся по сторонам. В кабинете, кроме него и завуча, были еще двое. Тут же он ощутил мощный разряд тока, который пробежался по его телу от головы в пятки. Ноги подкосились, тело заныло от переизбытка сил. Вся мощность собралась одним комом, ухнула вниз к ногам и вышла из него в пол. Резко обессиленный, капитан упал. И через звон в ушах помутнённым разумом услышал:

- Здравия желаю, капитан. У нас к Вам имеется несколько любопытных вопросов.

* * *

Блики от белого кафеля заслепили ему глаза и принялись беспорядочно блуждать перед его взором. В другой ситуации поток холодной воды подействовал бы на него отрезвляюще, но сейчас всё было наоборот. Вода теперь причиняла ему исключительный вред. Кунджи предупреждал – после «превращения» никакого душа нельзя, дождя тоже. «Перемкнёт все контакты внутри – и хана». Видимо, его мучители это тоже знали. Сами догадались? Или на Кунджи экспериментировали? В общем-то, не так уж и важно.

Капитан Гена сидел на кафельном полу в полуобморочном состоянии. Тело его было снова мокрым. Хм, он же только что был практически сухой! И вот он, чей-то силуэт навис прямо над ним. Наверное, он снова вырубался от собственного удара током по самому себе. А голос-то знакомый…

- Капитан, как себя чувствуете? Готовы продолжить разговор?
- Что вам от меня нужно?
- Даа, видать, у Вас серьезные провалы в памяти. Мы с Вами уже многое успели обсудить. Но это не важно. Я готов выслушать всё снова. А может, еще какие-то интересные детали всплывут. Хе-хе. Как поплавки над водой. Чем больше воды – те больше поплавков, не так ли?

Над головой раздался скрипящий звук от поворачивающегося крана – и тут же на капитана полилась очередная порция ледяной влаги. Тело вздрогнуло, стукнуло само себя током, но не сильно. Внутренний заряд стал совсем слабым.
Широкое улыбчивое лицо склонилось над ним поближе, и сквозь туман перед глазами капитан его разглядел. Да, это было он – тот самый Премьер-визирь Вольности Артур Лигович Асташко. Похожий, по рассказам Виталика, на какого-то Павла, помощника какого-то Ярослава Ильича, который в Виталькиной реальности был то ли отцом, то ли наставником у Кунджи в течение полугода или больше.

- Что Вы хотите от меня? Хватит издеваться, - пробормотал Гена. – Я помню, что пытки у нас прописаны в законе как легитимные. Но я не вижу в них целесо… фу-ух-х… - он набрал воздуха побольше и снова сморщился от резкой боли в груди, - … сообразности!
- Так дайте нам повод их не применять, капитан! – воскликнул Артур Лигович с широкой улыбкой. – Не сдерживайте себя, говорите всё, как на духу. А мы послушаем.

Гена огляделся по сторонам, пытаясь увидеть, кто такие «мы» в этом помещении. Перед глазами по-прежнему был туман, и Гена никого не разглядел. Но почувствовал чье-то еще присутствие.
- Вы хотите узнать, где Кунджи?
- Не то чтобы… Нам бы хотелось узнать про остальных, - ответил Артур Лигович. – Тем более, что Кунджи и так здесь.

Гена замер на месте. В глазах проявилась некоторая ясность. Он посмотрел в сторону, где ему померещился какой-то небольшой силуэт. Невысокая фигура стала приближаться и…
«Господи! Они его поймали!»

Фигура встала рядом с Премьер-визирем. До боли знакомая внешность, привычная и полюбившаяся ему. Светловолосый голый мальчик с родинкой под носом. Только вот… Что-то в нём было не так.

- Кунджи! Помоги уважаемому капитану, - Артур Лигович сказал это строго, будто отдал приказ. Мальчик протянул руку. Гена взялся за нее – и от плеча мальчика до его собственного плеча протянулась полоска ярко-оранжевого света. Энергия подняла капитана на ноги. Мальчик переложил ладонь ему на грудь и прижал его к кафельной стене прямо возле душевой трубы. Другая ладонь приложилась к крану холодной воды и замерла в ожидании. Мальчик молча посмотрел на Премьер-визиря.
- Очень хорошо. Ну, капитан, как Вы? Рады встрече со своим приятелем? Есть что ему сказать?

Зрение капитана сфокусировалось. Он попробовал просканировать мальчика, как тот сам его когда-то учил. Но для этого нужно было соприкоснуться лбами, а это сейчас навряд ли было возможно. Однако капитан начал догадываться и так – Кунджи этот был ненастоящий.

 

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

- Пацаны! Пацаны, там нашего капитана скрутили и увозят!
Ден забежал в палату, закрыл за собой дверь, отдышался и выдал для всех страшные новости. Мальчишки сбежались и сгрудились вокруг него, потом отвели его подальше от двери в дальний угол комнаты.
- Откуда знаешь? Сам видел?
- Да вон, в окно посмотрите!

Двое ребят осторожно подошли к большому окну без штор и выглянули наружу.
- Да, точно! Ден правду говорит. Вон, несут его под руки в бусик, вчетвером на одного.
- Он в бессознанке, видишь? Руки телепаются…
Мальчики переглянулись между собой. Самый высокий дылда Лёшка сказал:
- Наверное, завуч-капрал… козёл… настучал на него, - он поднял палец вверх над головой и показал в потолок. – Пацаны, ну теперь-то вы всё поняли, а?

Он посмотрел на кучку ребят, что стояли в сторонке. Двое из кучки кивнули ему в ответ.
- Понимаем теперь. Сволочи! Выкрали нас из семей, родаков убили, а теперь воспитывают из нас роботов-терминаторов, - сказал один из них. – Так что теперь будем делать?
- Надо вас «превратить» поскорее, будете как мы, и все вместе поможете нам и капитану. И Сашке. И всем! – отозвался Алекс, один из близнецов.
- Давайте тогда побыстрее!
- Все согласны? Или кто-то еще сомневается?
- Да все согласны, - из кучки наперебой донеслись одинаковые фразы. Первый, кто подал голос, огляделся на всех, потом встал на коленки, нагнулся и раздвинул ноги.
- Тогда забаррикадируем дверь, чтоб никто сюда не влез, и начнём!

* * *

Сашка сидел в углу комнаты в доме Володи, сжимал кулаки и чуть не плакал. Виталька гладил его по голове.
- Ты точно уверен?
- Да, Вит, ну а как иначе?! Мне надо туда, к нему. Они его пытают, а мы тут сидим. Им я нужен, вот и пойду!
- Я с тобой!
- Нет, сиди тут, ты что! Ты и все остальные тут мне поможете, если что-то пойдёт не так.
- Я за тебя боюсь, Сань!
Виталька кинулся обнимать Сашку, целовать его щёки и глаза.
- Я без тебя умру. Если что-то с тобой случится…
- Я постараюсь, чтобы ничего не случилось, Вит…
- Ты же сам не уверен на 100%?!
-Нет… Но лучше попробовать и узнать, чем сидеть и гадать на одном месте.

Сашка обнял Виталика и прошептал ему что-то на ушко. У того тут же слёзы хлынули из глаз в два ручья.
- И я тебя! Очень-очень! Обещай, что всё получится! И всё будет хорошо!
- Я не могу обещать… Но я буду стараться.

Они еще немного посидели в обнимку, пока Виталькины рыдания не успокоились. Потом Сашка встал и направился к выходу.
- Скажу Володе, чтоб заводил машину.

* * *

- Вашим планам, господин капитан, сбыться не суждено. Примите эту новость. Вас ждёт суд и эшафот, как зачинщика бунта.

Премьер-визирь Вольности Артур Лигович Асташко сидел теперь в своём широком кресле на противоположном конце длиннющего стола в белой комнате, которая, казалось, не имела ни стен, ни потолка.
На другом конце стола, на стуле, сидел капитан Геннадий Валентинович Вершник, с цепями на руках и кандалами на щиколотках ног. Поддельный Кунджи стоял за спиной, положив обе ладони ему на голову.
«Слепили подделку, а детали не продумали. Родинка не на той стороне лица. И между ног неразвитое, тяп-ляп, мелкое как у дошкольника. Пустяковая деталь, а так бросается в глаза! И молнии оранжевые, а не синие. Бракоделы!».
Гена старался отвлечь себя другими мыслями, чтобы это существо позади него, если сейчас читало его мысли, видело в них всякую чушь.
Поддельный Кунджи, видимо, и вправду читал его мысли, потому что в какой-то момент надавил ему на макушку и послал в голову разряд тока. По телу капитана пробежались полоски света вместе с мурашками.
«И вообще ты недоразвитый какой-то. Фуфлыжный! Одноразовая поделка. Отработаешь – и тебя в утиль пустят, на запчасти для нового клона. Тоже одноразового, как и ты сам. Избавятся от тебя, и даже не вспомнят. Стыдно-то как! Позорище…»

Капитан специально накачивал себя такими рассуждениями, чтобы задеть чувства псевдо-Кунджи. Если, конечно, у этого создания вообще они есть. Премьер-визирь, тем временем, продолжал свой монолог:
- Вот скажите, капитан – что Вам еще не хватало? Отличная служба, довольствие, молодой коллектив в подчинении. Возможность быть лучше и выше других. Привилегии в усыновлении! Могли бы себе выбрать самого лучшего пасынка в любом интернате! Воспитать себе в утеху и на пользу Вольности.

Артур Лигович небрежно махнул пальцами и посмотрел на псевдо-Кунджи. Тот послушно убрал руки от капитана и отошел в сторону. Толстяк вопросительно посмотрел на него. Тот отрицательно помотал головой.

- Эх, ладно! Не хотите по-хорошему – придётся по-плохому. А зря, капитан. Очень зря.
Он выдвинул ящичек, достал пистолет, прошелся вдоль всего стола и встал рядом с Геной. Поднял руку и наотмашь ударил его пистолетом по лицу. Капитан откинулся на стуле и чуть не упал вместе с ним. Кунджи вовремя подскочил и придержал стул сзади.

После этого удара Гена почувствовал, как у него встряхнулись мозги. А в следующее мгновение он услышал голос настоящего Кунджи:
«Гена! Алё, ты меня слышишь? Можешь мысленно разговаривать со мной. Я чую, что тебя сейчас не контролят».
Гена обрадовался этому родному голосу, но внешне не подал виду. Только на секунду его брови чуть двинулись вверх – и это заметил клон. Но не Премьер-визирь – он как раз в этот момент смотрел себе на горячую ладонь и потряхивал ею. Гена снова покосился на клона. Тот стоял рядом как ни в чем не бывало.

«Гена! Ну, ты там совсем не алё? Я тебя чувствую!»
«Кунджи… Саша! Я тут, в кабинете главного. Они изобрели твоего клона, прикинь!»
«А, да! Я в курсе, я видел. С маленькой пиписькой который?»
«Ага, он. А что, есть и другие? С большими?»
«Ахах, нет, только он один. Запасной. Видать, достали из чулана. Ну, он глупый, если что. Попробуй с ним так же поговорить. Хотя… Он может не ответить, у него голосового аппарата не предусмотрено. Но, может, подаст какой-нибудь сигнал».
«Ладно, попробую».
«ОК, и я с ним попробую тоже. Я уже рядом! Держись!»

Гена сильно зажмурил глаза, как будто отключив этим сеанс связи. И тут же попытался переключиться на клона.
Премьер-визирь при этом вдруг принялся разглагольствовать, расхаживая вокруг них обоих и помахивая пистолетом. Будучи уверенным, что от капитана он уже ничего толкового не добьётся – ведь устав Вольности строго гласил, что никогда нельзя сдаваться врагу, и капитан был научен беспрекословно следовать этому – Премьер-визирь решил повыпендриваться перед ним напоследок.

- А знаете, капитан… Я был о Вас худшего мнения. Вы – стойкий незаурядный солдат. Из Вас мог бы выйти отличный генерал. А может, когда-нибудь, Вы могли бы занять самое главное кресло в нашем государстве, когда моё время пройдёт.
И тут он вдруг замолчал и спрятал язык за зубами. Капитан тут же среагировал.
- Что Вы имеете в виду, Премьер-визирь? Какое это Ваше главное кресло? Главный же у нас Президент, разве нет?

Гена внимательно посмотрел на Артура Лиговича. Тот спрятал глаза, помолчал немного, а потом чуть тише сказал:
- Ладно, раз так, скажу Вам всё как есть. Всё равно Вы уже никому не сможете это распространить. Ваши минуты сочтены. Всё дело в том, что… Нет никакого Президента. И нет никакого правительства. Самый главный в нашем славном государстве – это Я. Именно я создал это всё: устав, законы, армию и социальное устройство. И люди счастливы! Вы же сами это знаете.

Прифигевший Гена помолчал несколько секунд, а потом спросил:
- Погодите… Ведь по визору показывают заседания парламента. Президента, который выступает перед ними, выезжает на переговоры с другими странами. Поздравляет с Новым годом.
- Повторю еще раз: нет никакого президента и правительства. Это всё актёры, ролевые игры, сериал по визору. Реалити-шоу о народных прислужниках. Если бы вы внимательно читали текст мелким шрифтом в конце общественного договора…

Артур Лигович, довольный самим собой, присел на край стола и сложил руки на груди.
Капитан покосился на псевдо-Кунджи и мысленно произнес:
«Ты слышал? Всё обман. И ты ненастоящий. И служишь самозванцу. Хочешь это исправить?».
Ответом ему был лёгкий кивок светло-русой головой.

* * *

Как по единой бессловесной команде, все одновременно взялись за руки: на лужайке за сельским домом - Виталька, Арик, Мелиска, Динька, Славик и Володя; Динька и вправду оказался самым мощным – он светился ярче всех, держась за руки соседей по кругу, и смеялся, глядя на них, будто от щекотки. Алекс и Ден, Серый, дылда Лёшка и еще две дюжины мальчишек так же стояли в кругу посреди палаты в интернате.
Энергия равномерно распределилась между теми и другими. И стрельнула мощным ярко-синим лучом из середины лужайки по направлению к солнцу. Второй яркий луч, даже еще мощнее из-за количества ребят, что ее излучали, вырвался из огромного окна палаты и так же направился в небо. Посредине пути оба луча объединились.

В этот момент Сашка, настоящий Кунджи, ворвался в кабинет Премьер-визиря, подскочил к своему клону и прислонился лбом к его лбу. Клон начал переливаться уже правильным, синим светом. Сквозь высокий потолок в помещение влетел отраженный от солнца мощный сине-белый луч и устремился прямо в Сашку. Тот замер, приподнялся над поверхностью белого пола и протянул руку капитану. Гена ухватился одной рукой за него, а вторую направил в сторону Премьер-визиря. Грузный мужчина не успел ничего понять и никак среагировать – всё произошло в какие-то считанные секунды. Он отлетел на стол, начал махать руками и ногами и истошно верещать. Его тело обволок один большой сгусток света, впитался вовнутрь его толстого тела, раздул его в еще больший по размерам шар и… с разноцветными искрами лопнул. Тело разлетелось на молекулы, без кишков и крови – просто хлюпнуло как мыльный пузырь и растворилось в пространстве.

Но на этом ничего не закончилось. Луч света, проникший из космоса, стал расширяться и поглощать всё вокруг себя. Яркий синий свет, похожий на тот, что излучают специальные лампы в палатах больниц, принялся распространяться по всем помещениям и коридорам Штаба. Все, кто попадал под его действие, замирали на месте и ничего не могли с собой поделать. Синий свет обволакивал их, излечивая ото всяких патогенов и прочищая им мозги.
В домах у всех жителей страны из экранов визоров тоже хлынул этот целительный свет. Радиоприемники перестали транслировать голоса и музыку и принялись излучать едва слышимый уху тихий ламповый звук. Люди стали просыпаться от морока. Животные и птицы усмирились и легли на землю. Во всей стране на несколько минут воцарилась полная тишина.

* * *

- Ну что, надеюсь, все живые?
Сашка первым поднялся с пола и помог встать капитану Гене. Цепи и кандалы валялись разорванные и раскинутые во все стороны. А потом подошёл к своему клону и обнял его. Тот обнял его в ответ, на его безэмоциональном лице завиднелась лёгкая улыбка.
- Ты теперь такой же, как я, - сказал ему Сашка. – Настоящий. Я тебя перепрошил, ты уже умеешь говорить. В общем, привет.
- Привет, - ответил ему таким же голосом клон. – А как меня зовут?
- Хочешь, будь Кунджи. Это значит «вакуум, эфир». Чистая голова, загружай ее только хорошими мыслями и рассуждениями. Ну а я останусь Сашкой.
- Хорошо, - ответил новый Кунджи. – И спасибо, что оживил меня.
- Да на здоровье! Хочешь, подключу тебя к главному серверу, загружу всю базу знаний о мире и о социуме – и будешь у нас новым Президентом? Настоящим!
- Хочу, давай! – Кунджи ответил ему с широкой улыбкой и с ярким сиянием в голубых глазах. Они снова обнялись, прислонились лбами друг к другу и остались так стоять на несколько минут.

Обалдевший капитан Гена смотрел на них и на всё вокруг и как будто лишился дара речи. Еще через минуту он услышал у себя в голове:
- Эй, ау! Гена, ты там? Всё в порядке?
Гена от непривычки и от шока принялся отвечать голосу вслух, как по телефону:
- Да-да, алё! Виталик, это ты, что ли?
- Ага, кто ж ещё! Ты живой-здоровый, мозги себе не повредил? – снова раздался в его голове звонкий голос.
- Да фиг тут пойми, свихнулся я или так и надо, хе-хе. Вроде всё ОК. Кунджи… то есть Сашка твой, тоже тут в порядке.
- Ну, передавай ему привет от всех. Приезжайте обратно в деревню, да поскорей.
- Добро. Всё, кладу трубку, отбой! – ответил Гена и тут же чертыхнулся, почувствовав себя идиотом.

 

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

Всё закончилось, и вскоре началось нечто новое.
Другая жизнь для граждан несчастной страны. Обманутые и одурманенные люди начали потихоньку прозревать. Чтобы ответить на самые главные вопросы растерянного населения, была организована большая пресс-конференция. Ребята в деревне и в интернате, вместе с остальными жителями по всей стране одновременно смотрели ее на визорах и слушали по радио.

Первым к видеокамерам и микрофонам вышел Сашка. Он поправил бабочку на шее – единственное украшение на всём его теле – постучал в несколько микрофонов, как по клавишам пианино, усмехнулся, откашлялся, взял в грудь побольше воздуху и на выдохе сказал:

- Всем привет! Как дела? Ммм… В общем, вы, наверное, заметили, что у нас случилось кое-что интересное. Вы, если что, не пугайтесь – ничего страшного в этом нету. Даже наоборот. Кхм-мм… Я думаю, вам лучше всё расскажет мой кл… мой брательник. Он у меня умный парень, столько всего знает! И вообще, гляньте, какой красавчик. Кунджи, подойди сюда, не стесняйся! Он у меня еще и скромный, знаете…Эй, ну подойди, пожалуйста. Тут все свои! Правда же?

Сашка улыбнулся, когда услышал одобрительный смешок в пресс-зале. Потом посмотрел за кулисы и помахал рукой. Через полминуты к журналистам вышла его почти точная копия, за исключением некоторых мелких деталей, и еще вместо бабочки на шее у «брательника» аккуратно висел тонкий галстучек. Сашка подскочил ему навстречу на его полпути к стойке с микрофонами, приобнял, поцеловал в висок и что-то прошептал на ухо. Потом помахал всем в зале рукой и ушел за кулисы, продолжив наблюдать оттуда.

Кунджи зашел за трибуну, точно так же откашлялся и постучал по паре микрофонов, потёр себе нос и поднял глаза на публику. Из зала донеслось несколько ободряющих хлопков.
Кунджи начал говорить. Его детский голос звучал поначалу неуверенно, и он постоянно поглядывал в зал и делал паузы. Но уже через пару минут голос стал увереннее, речь твёрже – и Сашка, что стоял за кулисами и внимательно смотрел на свою почти что копию, даже стал за него гордиться.

Кунджи рассказывал о том, что же такого случилось и как это повлияет на дальнейшую жизнь всех граждан страны. Поведал об обмане со стороны Премьер-визиря, о его судьбе, о многих тайнах, что скрывались за стенами военного Штаба. Об искусственно созданной нищете, о мнимых угрозах со стороны остального мира, о планах на то, как всё это исправить и попробовать сделать жизнь людей лучше. О поддержке, которая понадобится ему для всего этого. О страхах и надеждах людей. О собственных знаниях и понимании мироустройства, обдуманных и обработанных им из открытых и закрытых источников.

Он рассказал людям еще одну большую тайну: о том, что всё это время родителей всех новорожденных детей не убивали, а прятали ото всех. И что большинство из этих мам и пап на самом деле живы, просто находятся не здесь, а в параллельных пространствах – там, куда его предшественник Сашка прятал все неугодные военному командованию объекты во время своих заданий и миссий. Вот почему Премьер-визирь не хотел развивать эту тему с переселением лишних людей. Они уже там живут! То параллельное пространство существовало всегда, как и множество других подобных. Там тоже живут люди, такие же как здесь. И имеют свои семьи и детей. И все – на одной и той же планете под названием Земля. Просто параллельно друг другу и независимо от остальных.
В одних пространствах развитие было отсталым, в иных прогрессивным. В одном из таких пространств жил Виталик со своей семьей, и до недавних пор не знал и не гадал, что существуют другие такие. И что, оказывается, между этими пространствами можно путешествовать. Нужно только иметь соответствующие развитые технологии. И в пространстве, в котором сейчас находятся жители этой страны, такие технологии есть. Так Сашка попал в гости к Виталику, и так же тот попал сюда. И эти технологии Кунджи пообещал всем открыть и использовать во благо, а не для военных целей, как раньше.

Люди слушали его заворожено и с открытыми ртами. Всё, что звучало из его тонких розовых уст, казалось какой-то сказкой, сюжетом для какого-нибудь фантастического фильма или сериала. Но оказалось, что всё это – реальность. А фантастическим сериалом с элементами триллера и ужасов была все эти долгие годы их собственная жизнь. И теперь, наконец-то, настал happy end. По крайней мере, так пообещал им Кунджи.

Закончив свою речь, он склонил голову, поправил галстучек и снова взглянул в зал. Журналисты наперебой стали задавать вопросы, и он принялся на них отвечать: лаконично, максимально просто и понятно.
Сашка не стал оставаться здесь дольше. Он с любовью посмотрел на своего «брата», мысленно послал ему пожелание удачи и вышел из помещения.
Примерно через час или около того он уже был в деревне вместе со всеми ребятами. Он сидел с ними и с Виталиком в зале домика перед визором, слушал пресс-конференцию Кунджи и легонько мерцал от удовольствия. Его миссия была завершена. Он снабдил Кунджи всеми необходимыми знаниями и навыками, которые понадобятся тому, чтобы стать достойным правителем. Хотя бы на некоторое время. Потом уже будут выборы, реформы, примирение в обществе и развитие отношений с соседями. А пока что…

- Вит, мне кажется, тебе пора возвращаться домой, - тихо сказал Сашка. Он сидел рядом с Виталиком, положив голову ему на плечо и обняв одной рукой сзади. Виталик отвлёкся от визора и посмотрел на друга.
- Что? Ты знаешь, как я смогу вернуться?
- Да. Теперь знаю. Я изучил всё, что хранилось на серверах в Штабе. И я знаю, как вернуть тебя домой не на пару минут, а насовсем.
- Ого! Это же круто! И когда же мы сможем это сделать?
- Да хоть сегодня. Только нам понадобится поехать прямо в Штаб.
- Давай поедем!
- Давай. Попрощаться со всеми не хочешь для начала?

* * *

Прощание со всеми было спокойным, разве что немного грустным. Все надеялись, что когда-нибудь увидятся вновь, и говорили «До встречи» и «До свидания». Арик молча обнял обоих друзей и пожал им руки, ну а Мелиска по-девчачьи проревелась.
В интернате, где пока что оставались жить все 14 новых приятелей со всеми остальными, прощание было долгим. Сашка подходил к каждому мальчику, по паре минут разговаривал, и в конце прислонялся лбом ко лбу и говорил всем одну и ту же фразу: «Спасибо! Без тебя ничего бы не получилось». А второму из близнецов, Дену Алькеру, он прошептал на ушко:
- Я был неправ насчет тебя, извини. Ты на самом деле самый удачный, уравновешенный получился. И ты, кстати, можешь всех других «исправить», сделать их такими же. Ну, ты понял, как.
- Угу, понял, - отвечал ему Ден. – Да не за что. Только зачем им становиться слабее, чем они сейчас? Большая сила – это ж круто! Вроде…
- Нууу… Зато у тебя остаются твои капельки. Ты понял, да? И ты можешь сделать так, чтобы им их вернуть. Тем, кто захочет их себе обратно, конечно. Только ты им сейчас сразу не говори. Потом, когда мы уедем. А то времени у нас и так мало.

Ден понимающе кивнул и отвёл глаза в сторону брата и других ребят. На губах у него на полсекунды проскочила довольная улыбка.
Напоследок Гена переговорил с капралом-завучем. Тот также «воспрянул ото сна», а может просто «переобулся» - стал вести себя более дружелюбно и разговаривал с широкой улыбкой. Прежняя строгость и угрюмость его испарилась, как будто ее никогда и не бывало. Вот что с людьми творят чудеса и энергия космоса!
По итогу разговора капитану Гене в интернате была предложена должность куратора по воспитательной части. Гена на это, конечно же, с легкостью согласился. Выходя из кабинета завуча, он с трудом сдерживался, чтобы не расплыться в довольной улыбке.

Еще через час Сашка, Виталька и капитан Гена были в Штабе. После всех событий и приключений накануне всё здание претерпело кое-какие изменения. Во-первых, были отключены или демонтированы все замки и решетки. Проход между помещениями, коридорами и этажами теперь был свободным. Во-вторых, персонал переоблачился в штатскую одежду. И самого персонала стало заметно меньше. Многие просто уволились и вернулись к обычной гражданской жизни. Те, кто остался, занимались в основном переоборудованием программного обеспечения и переустройством системы защиты и обороны.
Гена ходил по коридорам здания, которое он за все эти годы выучил наизусть, и удивлялся, как резко и шустро всё в нём поменялось и встало с головы на ноги. Все втроем они переходили из уровня на уровень, которые раньше были один секретнее другого и требовали отдельного согласованного доступа. Сейчас же для перехода от одного к другому уровню требовалось просто открыть очередную дверь или подняться на очередной этаж.

Капитан Гена многое из сказанного Кунджи на пресс-конференции знал и раньше. Закрытая ото всех радикальная военная система, устроенная Премьер-визирем, поощряла лояльных и уничтожала сопротивляющихся. Однако, разросшись до неприлично огромных размеров, она окрепла и огрубела с одной стороны, но стала более уязвимой со стороны другой. Она была заточена под отражение больших и серьезных атак – как силовых, так и информационных – но при этом перестала быть способной замечать более мелкие или тонкие угрозы. Так, система совершенно прозевала зарождение партизанского движения, рассеянного по всей стране. Не замечала мелкие уязвимости в технологическом плане: утечки, дыры и огрехи в IT-обеспечении. Да и все проверки и тестирования проводились здесь спустя рукава: бланки заполнялись по шаблону, поломки штопались абы как, всё неприглядное просто закрывалось ширмой. Система была слишком самоуверенной, как и ее хозяин Артур Лигович Асташко. И Гена это знал. И знал не только он один.

Он провёл обоих мальчишек на самый высокий уровень секретности: в главную лабораторию бывшей Вольности. Это было довольно большое светлое помещение, в котором углы были закруглены, а монолитный потолок становился прозрачным при необходимости после пары щелчков соответствующих тумблеров в стене. Посреди помещения стояло высокое и широкое кресло со множеством подсоединенных к нему проводов со всех сторон. Напротив кресла в стену был встроен огромный экран. Сашка, как только увидел всё это, сразу встал как вкопанный.

- Фигасе! А я же знаю это, я же тут раньше бывал!
- Да, Кунджи… Ой, то есть Саша! Ты тут практически жил всё своё детство, - тихо сказал ему Гена. – Ты наверно много чего позабыл уже…
- Вы на мне ставили опыты, да? И потом стирали мне память? – воскликнул Сашка и вперился глазами в капитана.
- Да, - ответил тот и потупил взгляд. – Извини. Они хотели выучить все твои способности до конца. И внедрить в тебя новые другие. Во благо Вольности…
- Понятно… - ответил Сашка и сердито посмотрел на Гену. Он понимал, что Гена тут не виноват, но вылить свой гнев на кого-то всё-таки надо было. Виталька приобнял его сзади за плечи. Сашка сначала дёрнулся и вспыхнул, но тут же, почувствовав любимые мягкие ладони, понемногу начал потухать.

- Это так он ко мне домой попал? – спросил Гену Виталька, чтобы отвлечься. Гена кивнул головой.
- Они проводили эксперименты с быстрым переселением в параллельные пространства. Сначала так отправили его родителей. Они были первопроходцами. Потом пробовали других подопытных. Родителей только что появившихся на свет детей. Всем потом говорили, на всякий случай, что они погибли. Потом, для отмазки и чтобы как-то это всё легализовать, в Уставе Вольности было прописано это правило. Но на самом деле никто никого не убивал. Просто их переселяли в другие миры, и никто здесь так и не знает до сих пор, что с теми людьми стало дальше. Живы они или нет. Где именно они находятся и как они там теперь живут. Саша был первым из таких переселенцев, кто сумел вернуться назад.

- У меня дома… То есть, в моем мире, наверное, тоже такие люди есть, - вдруг тихо принялся говорить Виталик. - По нашему визору рассказывают, что среди землян уже давно живут инопланетяне. Мне всегда казалось, что это всё выдумки и сказки. А сейчас я уже как-то даже сомневаюсь…
- Всё может быть, Виталь, - ответил Гена. – Мы так и не смогли выяснить всё до конца. Отправляли некоторых своих агентов и разведчиков наугад, но никто потом на связь не вышел.
- Слушай, Гена… А ты не знаешь такого чувака? Как же его… Вячеслав Ильич, вроде. Он руководил лабораторией, где Сашка жил почти год, когда на Землю попал. Ну, то есть, в мой мир.
- Может быть, Ярослав Ильич? – Гена нахмурился и сдвинул брови.
- Да, точно! Ярослав Ильич! – Виталик подпрыгнул на месте. – Ты его знаешь?
- Еще бы мне его не знать, - так же хмуро ответил Гена. – Это мой давний знакомый. Можно сказать, с детства.

Мальчики с открытыми ртами уставились на Гену. А тот всё молчал и хмурился.
- Ну! Что расскажешь про него? – не вытерпел Сашка. – Этот гад меня взаперти целый год держал. Тоже всякие эксперименты делал. А я им технику сжигал каждый раз.

Гена наконец заговорил:
- Мы с ним выросли в одном дворе. Жили в одной многоэтажке, я на 5-м этаже, он на 7-м. В детстве дружили, ходили друг другу в гости. Вместе пошли служить. Потом у меня начали возникать сомнения, на том ли я месте нахожусь, всё ли правильно делаю на своей службе. А у него было всё наоборот – он прям фанатиком стал. «Вольность – это всё, что имеет смысл!» - так он постоянно говорил мне и всем остальным. Дослужился так, что стал правой рукой Премьер-визиря. Ну и, конечно, понимал, что тут к чему. И однажды вот так сел в это кресло и куда-то улетел. Говорил, что будет продолжать дело Вольности везде, где только будет возможно. Видать, к вам и попал.

- Козёл… - буркнул Виталька себе под нос. – Значит, он всё такой же, если и там Сашку продолжал мучить. Он наверное не знает, что ваша Вольность уже всё, лопнула. Как и этот ваш Премьер-визирь.
- Ну, не «наш», Виталь, - снова нахмурился Гена. – Не говори за всех.
- Извини… Так что теперь? Как нам с ним расправиться?
- Надо подумать. Я не очень разбираюсь, как это кресло-телепорт работает, если честно. Я тут только пару раз присутствовал.
- Может, я вспомню, когда сяду в него?

Сашка бодрым шагом направился к креслу, взобрался на него, огляделся по сторонам, пошевелил ручки и проводки.
Виталик увидел на столе что-то вроде пульта. Он нажал на нем красную кнопку – и на стене засветился экран. Сначала появилась приветственная заставка:
«Добро пожаловать! Вас приветствует программа телепортации «Ку-11-Инфиниум, версия 2.1».
Следом появилась вторая заставка:
«Активируйте код доступа и подготовьтесь к следующему этапу».

Код доступа. Где же его искать? И куда и чего нажимать дальше?
Сашка выпрыгнул из кресла и подбежал к компьютеру в правой стороне помещения. Виталик и Гена подошли вместе с ним.

- Я попробую разобраться, - сказал Сашка. – Я уже лазил по системе, успел ее поизучать – даже то, что хранилось на тайных дисках. Что-то и про телепорт там тоже было.

 

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Ключ от шкатулки, внезапно обнаруженный на столе, навёл бабушку Виталика на некоторые мысли.
Она позвонила Ярославу, покопавшись в своих вещах и найдя его визитку.
Первым делом Ярослав Ильич спросил у нее, какое в доме проведено телевидение: кабельное или спутниковое. Когда приехал – один, без сопровождения – то сразу же вылез на балкон и поменял, словно лампочку, конвертер на тарелке с родного на привезенный с собой. Потом включил телевизор и спутниковую приставку, ввел на пульте какие-то свои коды и запустил поиск, после чего подключил свой ноутбук к телеку как к монитору.

- Как хорошо, что Вы приехали! – радовалась Виталькина бабушка. – Как думаете, это он такой знак подал, да? Значит – живой?
Ярослав Ильич рассеянно ей отвечал:
- Да-да, скорее всего… Вы не против, если я с Вами его подожду какое-то время? Мало ли, вдруг какая-то помощь будет нужна.
- Ну конечно! Оставайтесь, сколько надо. Лишь бы внучка моего нашли! Ох, Господи… Кушать не хотите ли? Я тут блинчиков с начинкой напекла. Вы любите жареный фарш?

* * *

Сашка, прямо со знанием дела, быстро перебирал пальцами по клавиатуре и постоянно поглядывал на экран. Виталик с Геной стояли рядом и все время переглядывались в удивлении.
- Всё, кажется, я нашёл! – наконец сказал Сашка минут через пятнадцать. Он еще пару раз клацнул мышкой, пробежался тонкими пальцами по почти беззвучным клавишам – и на экране появилась следующая заставка:
«Доступ разрешен. Запуск телепорта состоится через 4:59 минут».
Сашка нажал на клавишу “Enter”, таймер начал обратный отсчёт.

- Гена, ты с нами? – спросил Виталик. Ему вдруг захотелось, чтобы капитан полетел с ним и Сашкой в его мир. Очень не хотелось с ним прощаться. За всё это время Гена реально стал им обоим как родной.
- Ммм… Наверное, да. Хотелось бы пообщаться мне с давним приятелем.

Гена снял трубку со стационарного телефона на столе и сделал один короткий звонок. Разговаривал шепотом. Потом все трое уселись на широкое и высокое кресло, Сашка присоединил к себе почти все проводки на присосках, а еще пару штук прилепил на плечи своих друзей, взялся за их руки, крепко сжал их и стал ждать, глядя на таймер на экране.
28 секунд, 27, 26…

- Что бы ни случилось, пацаны, знайте, что я вас очень люблю.
- И мы тебя, Ген! – сказал Виталик и посмотрел ему в глаза. – Спасибо тебе за всё!
Сашка молча посмотрел на обоих, улыбнулся и сжал им руки покрепче.

03 секунды, 02, 01…

* * *

Ярослав Ильич терпеливо слушал рассказы бабушки Виталика о своей жизни. О том, как в юности работала на заводе, встретила там мужчину своей мечты, родила Виталькину маму. Потом – как умер супруг и как родился Виталик, как он пошел в садик, затем в школу, какие хорошие оценки всегда получал, и даже пару раз ездил на городскую Олимпиаду.

Левый глаз Ярослава Ильича всё время подёргивался, в ушах звенело от голоса женщины, которой он, судя по всему, понравился. Что ж, не впервой. Статный высокий военный возрастом всего-то слегка за 50 нравился многим женщинам в его окружении – что в родном мире, что в этом, параллельном. И не только женщинам. И не только мужчинам. И они ему тоже. Сейчас он, в ожидании поглядывая на мерцающий экран телевизора, как раз вспоминал одного мальчишку. О том, как смотрел на него, изучая юное соблазнительное тело без какой-либо нитки на нём, лежащее без сознания на полу в ослепительно белом помещении одной лаборатории. Как гладил его по волосам, по щекам, груди и животу, вдыхал аромат молодой кожи, прикасался к ней губами то тут, то там. Иногда он забирал его к себе в кабинет «для анализов». Мальчишка потом всего этого, конечно же, не помнил, потому что ему предусмотрительно стирали память после каждой такой их встречи. Сколько раз ее стирали, Ярослав уже и не помнил, и давно сбился со счёта. Да и какая, в принципе, разница? И кому какое дело, какие еще «эксперименты» могли проводиться с этим, по сути, испытательным материалом в человеческой оболочке! Очень удобно.

Таким вот способом, через приватные «эксперименты», Ярослав Ильич и «заразился» от мальчика всей этой фигнёй с молниями и прочими энергетическими зарядами. Сначала удивился, потом долго пребывал в шоке, а потом сам себя убедил, что это даже к лучшему. Что теперь у него есть такая же мощная сила, что у этого смазливого голого куклёнка. И, если честно, даже тот факт, что после этого он стал импотентом, не особо его волновал. Подумаешь, не будет у него теперь своих детей! Он легко сможет усыновить любого чужого. Это ведь у него на родине в порядке нормы! Да и проводить «эксперименты» на чужих, а не на собственных детях, ему было бы морально легче. Наверное…
Ну что же, раз эти мелкие подопытные смогли побывать тут и оставить намёк о себе – значит, телепорт продолжает действовать, а они наверняка снова захотят сюда вернуться. Надо только подождать. Потерпеть эту болтливую старуху, а если сильно надоест – то можно и по-тихому избавиться от нее и замести следы. Ему не привыкать такое делать. Всё во благо Вольности! Ну, и себя любимого, само собой. Второго пацана потом тоже пустить в оборот. А если будет сопротивляться и строить из себя героя-спасителя – то и его туда же, вслед за бабкой. И Кунджи останется с ним. Справиться будет несложно, сил у малого всё ж будет поменьше. Наверное…

Ярослав помотал головой и зажмурился, прогоняя от себя эти мысли и образы. Когда он открыл глаза, то краем зрения заметил, что на экране телевизора появилась лёгкая рябь. Он присмотрелся поближе. Ровная трансляция белого экрана на пару секунд исказилась, задёргалась. Потом резко потухла, а еще через пару секунд засветилась вновь. И в этот раз свет из экрана стал ярче.
Еще через несколько секунд из телевизора вышло трехмерное изображение, как из проектора. Отразившись от стены напротив, лучи света преобразовались в объёмную форму, свет быстро-быстро замерцал – и посредине между телевизором и стеной проявились три фигуры разного роста. Две из них тут же выскочили из светового потока, держась за руки, и отпрянули в сторону кровати. А третья фигура, самая высокая из них, протянула руки к Ярославу, схватила его за шею и подмышку, и слегка искаженным голосом сказала:
- О, Ярик! Привет! А пойдём-ка, поболтаем с глазу на глаз!

После этих слов фигура затащила не успевшего опомниться Ярослава Ильича в луч света, быстрыми движениями заломила ему руки за спину и опустила на колени – и еще через пять секунд экран телевизора потух, а обе фигуры растворились в воздухе. В комнате стало темно, как ночью, когда внезапно выключается лампочка в люстре. Издалека, с нижнего этажа, раздался однократный щелчок.
- Господи! Пробки перегорели! Что ж это такое творится-то?

Женщина сначала растерялась, а потом огляделась по сторонам и, увидев двоих мальчишек на кровати, всплеснула руками:
- Виталичек! Ты вернулся, мой родной! Ох, а мы уже тебя совсем потеряли!

Она бросилась обнимать внука и второго мальчишку рядом с ним, целовать обоих без разбору, причитать и плакать от радости.
- Откуда же вы свалились-то? Голые, расхристанные… Голодные небось? Я как раз блинчиков с начинкой напекла! Ой, надо вам хоть трусишки какие достать.
- Ба, ну всё, угомонись уже, ладно!? Живые мы, здоровые, как видишь. Всё в порядке. Трусишки нам не надо, мы и так в порядке. А покушать – это да. Правда, Санька?
Второй мальчик, который всё это время с улыбкой сидел и хлопал глазами, глядя то на друга, то на женщину, сейчас после слов Виталика утвердительно кивнул головой, встал с кровати и направился по ступенькам на нижний этаж. Бабушку с внуком он оставил наедине друг с другом. Пусть еще пообнимаются и порадуются, сколько обоим влезет.

 

ЭПИЛОГ

На следующий день вся семья была в сборе. Мама и папа Виталика примчались в деревню вскоре после звонка от их сына по бабушкиному телефону.
И вот все четверо плюс один гость сидели за столом на первом этаже дома, поедали бабушкины блинчики с начинкой и запивали их горячим чаем. Все обнимания и причитания со слезами уже были раньше, сейчас осталась только умиротворенность и тихая радость от того, что всё, наконец, в жизни этой семьи встало на свои места.
Сашка, одетый «для приличия» в какие-то Виталькины трусики, рассказывал семье о себе. Рассказывал всё как есть: про параллельный мир и его обитателей, про их с Витом приключения, про революцию, про волшебную силу солнечного и лунного света. И про своих родителей, которых ему еще предстоит отыскать.
Взрослые слушали Сашкины рассказы с некоторым скепсисом. Но после того, как он осторожно продемонстрировал им свои молнии, а Виталька присоединился к нему в этих ярких и впечатляющих фокусах, родители вместе с бабушкой поверили им обоим. И дали слово, что никому про это не расскажут.

После обеда оба мальчика поднялись на верхний этаж и улеглись на кровати в обнимку. Точно так же, как уже лежали этой ночью и смотрели сны. Точно так же, как спали друг с другом много раз раньше – в том, параллельном мире.
Сашка долго думал, как сказать Виталику то, что давно собирался. Он еще немного поразмышлял, глядя ему в глаза и гладя по плечу и груди, и наконец решился:
- Вит… Такое дело… Я всё-таки хочу найти своих маму и папу. И такое дело, что… Я не чувствую их здесь. Ты понимаешь?
- Не чувствуешь? Значит, они где-то в другом параллельном мире?
- Скорее всего, да. Мы же не знаем, сколько всего этих миров. Может, три, а может пять или десять. Или еще больше. Тот телепорт – я поизучал его тогда на компьютере. Он отправлял людей в рандомные места, каждый раз неизвестно куда. И сколько таких мест, я так и не нашел инфы. Может, плохо искал. А может, это и правда никому не известно.
- И ты полетишь неизвестно куда? А если не найдешь их? А если обратно не сможешь вернуться?

На последних словах голос Витальки задрожал, а на глазах проявились слёзы.
- Мне надо их найти, - спокойно ответил Сашка. Он прижался лбом ко лбу друга, потом слегка отпрянул, а следом поцеловал его мягко в губы. Виталик ответил на поцелуй, прижался и обнял друга руками и ногами.
- Тогда я полечу с тобой!
- Нет! Я должен сам. А у тебя тут семья. Твои родные и так много ужасов пережили. Не надо их заставлять переживать всё снова. И мне будет спокойно, я буду знать, что ты тут, в безопасности. Буду знать, как тебя потом найти. Сразу же, как только у меня всё получится.
- Ты точно прилетишь ко мне? Обещаешь?
- Я постараюсь.
- А когда ты собираешься улетать?
- Думаю, что сегодня. Лучше ночью.
- Тогда у нас еще есть время!

* * *

Они лежали одни на пляжном песке у водоёма. Чтобы быть еще ближе, они избавились от всего, что было на их телах. Солнце потихоньку заходило за горизонт. Стояла такая тишина, что всё вокруг казалось нереальным. Однако это была самая настоящая реальность: горькая от скорой разлуки и одновременно сладкая от последних мгновений в обнимках. Сашка отдавал Витальке свою энергию – прикосновениями, проникновениями и затяжными поцелуями. В то же время, он сам подпитывался энергией от лучей заходящего солнца.
Сашка шептал на ушко другу самые важные слова. Виталик млел от них, дрожал и тихо плакал. Кивал головой и шептал ему в ответ. Всё, что они не успели сказать до сих пор. Всё, что они говорили уже сотню раз. И молчали о том, для чего не существовало никаких слов. Понимали друг друга, просто глядя глаза в глаза. Слушали свои юные сердца.

Когда пришла пора, они вернулись в дом. Все уже спали, дом окутала сонная ночная тишина. Они поднялись на второй этаж, закрыли за собой дверь в комнате. Сашка включил телевизор. Антенна работала всё с тем же странным конвектором, на телеке был включен всё тот же загадочный канал.
Сашка сказал:
- Запомни эти настройки и сохрани эту штуку на антенне. И включай ее иногда. На любом визоре и антенне. Тогда я смогу прийти.
- Хорошо, - ответил ему Виталька упавшим голосом. Сил на эмоции у него почти не осталось. Сердце перестало тарахтеть и стучало теперь тихо и размеренно. Виталик смирился с неизбежным.

- Я вернусь! Я постараюсь! Не знаю когда и как – но вернусь! – шептал ему Санька.
- Да… Я знаю…
- Ну, тогда мне пора.

На белом экране проявилась лёгкая рябь из помех.
- Передавай привет Гене. Надеюсь, он там разобрался с тем козлом как следует!
- Обязательно передам. И всем пацанам, как только с ними увижусь.

Рябь на экране превратилась в беспорядочное движение горизонтальных полос и вспышек. В ушах у обоих зазвенел тихий ламповый звук.
Сашка обнял Витальку в последний раз и прикоснулся губами к его уху. Несколько слов прозвучали почти неслышно. Затем он оттолкнул Виталика от себя и исчез в лучах ослепительно яркого света. Экран телевизора погас.

- И я тебя тоже. Сильно-сильно, - прошептал Виталик в ответ, упал на кровать и закутался с головой в одеяло.

Кирилл (Кир)©2016 : Cachorro©2025-2026